Пока ты не знал, кто я

Глава 9. Ну что, мириться будем? А то как-то глупо получается…

Карина Аркадьевна Милова проснулась с мыслью:

«Если я не устрою гала-ужин в этом месяце, меня исключат из сообщества женщин, которые спасают мир в туфлях на шпильке».

Было решено: благотворительный вечер — в пользу животных, в красивом месте, с фуршетом, пресс-воллом и хотя бы одной знаменитостью, которая знает, кто такой Байкал и чем он отличается от бренда воды.

Мероприятие назначили на субботу.

Локация — загородный клуб с названием из разряда "Шато Ля Мяу", потому что всё было с отсылкой к животным: мини-зоопарк в углу, дизайнерские кормушки как декор, и официанты с галстуками-бабочками в виде лапок.

Карина вела прямую трансляцию с утра:

— Дорогие мои пушистики и лапусики! Сегодня — день, когда каждый может помочь хвостикам, и не забывайте — ваши пожертвования делают этот мир лучше. А я пошла красить губы и спасать собак.

Саша сбежала.

— Ну вас всех, — сказала она, запрыгивая в машину в джинсах и худи. — Сегодня дежурю с попугаем, который ругается хуже, чем водитель маршрутки.

Её план: не пересекаться с родителями. Не вспоминать о Марке. Не сойти с ума.

План провалился, когда Павел Волин вышел из своего «Вольво» и поднялся по лестнице к зоне регистрации.

— Добрый вечер, — произнёс он голосом, способным заморозить борщ.

— Добрый, — ответила Карина, улыбаясь как женщина, которая одновременно ведёт три чата и ругается по громкой связи с флористом. — Какая неожиданная честь.

— Просто… решил посмотреть, что тут у вас за зверинец.

Он окинул взглядом оформление, наткнулся на арфистку в платье с принтом «собачьи морды» и чуть не усмехнулся.

Карина приподняла бровь:

— Говорят, сарказм — последнее прибежище мужчин, у которых всё хорошо, но они в это не верят.

— А вы, как всегда, поэтичны.

Он сделал паузу и добавил:

— Приятно, что у вас ничего не изменилось.

Она хотела ответить чем-то острым, но тут появился Игорь Милов.

— Пашка?! — выдохнул он и тут же хлопнул его по плечу. — Ты пришёл?! Не верю. Кто тебя затащил — собака или совесть?

Павел Волин сжал челюсти.

Карина замерла.

Официант оступился от напряжения.

— Я сам. Просто решил… вспомнить, как раньше мы…

— Да ладно, — махнул Игорь. — Давай без пафоса. У меня к тебе два вопроса: будешь вино и почему ты стал занудой?

Они отошли к бару.

Карина наблюдала издалека, как два человека, которые не разговаривали лет десять, сидят в креслах, пьют вино и смеются.

СМЕЮТСЯ.

— А ты помнишь, как мы на корпоративах орали песни группы «Комбинация»?

— Я старательно забыл.

— А как ты на спор ел острую шаурму в деловом костюме? Твоя репутация юриста тогда чуть не сгорела.

— Она бы выдержала и вторую шаурму, — ухмыльнулся Павел.

Минут через двадцать Карина подошла с видом хозяйки бала.

— Мужчины, вы тут не перепутали жанр? У нас тут «Добрые сердца», а не «Брат за брата».

Павел встал, подтянул пиджак и спокойно сказал:

— Мы с Игорем решили… начать с нуля.

Он сделал паузу, глядя прямо на неё.

— Может, это и к лучшему. Мир — маленький. А Звенигород — ещё меньше.

Карина молча кивнула. Впервые за вечер — не как светская львица, а просто как женщина, которая внезапно увидела что-то, чего давно не видела — человеческое в людях.

Позже, когда Саша вернулась домой, она увидела родителей в кухне. Они о чём-то негромко разговаривали. Мама без телефона. Папа без сарказма. Это было почти пугающе.

— Что-то случилось? — спросила она.

— Нет, всё хорошо, — сказала мама.

— Просто… твой отец впервые за долгое время не назвал Волина "консервативной занозой". Уже прогресс.

Саша ушла в комнату, села на кровать и открыла ВК.

Сообщение от Марка:

“Сегодня был странный день. Кажется, мой отец улыбался. Причём не в суде”.

Она ответила:

“А у меня попугай научился говорить "что за бред". Думаю, он смотрит наши новости”.

И только в самом конце добавила:

“А ещё мне кажется, что мир иногда даёт людям второй шанс. Даже если они думают, что уже всё потеряли”.