Пока вы рожали детей

Квартира

Сердце бешено колотится, дыхание прерывается, Лера лезет вверх на скалодроме – цепляется за камни, они больно впиваются в кожу. И бешенный страх. Только не смотреть вниз. Только не смотреть. Как только посмотришь вниз, голова закружится, и обязательно упадешь. А голова уже кружится. Руки потеют и соскальзывают с камней. И жарко, как в пустыне. Кажется, она уже идет по пустыне три дня, нестерпимо хочется пить. Пить.  Но почему так холодно? В пустыне должно быть жарко. А она как-то читала, что в пустыне ночами бывает страшно холодно. Нужно лечь поспать, вот только нечем укрыться.  И почему тогда солнце светит прямо в глаза, если сейчас ночь? Нестерпимо хочется пить. 

Ее веки тяжело разлепляются, как будто кто-то смазал их клеем ПВА, и яркий свет больно режет глаза. Что произошло? Она непонимающим взглядом осматривает комнату. Похоже на номер в отеле.  Она приподнимается на локтях и осматривается. Голова кружится и нестерпимо хочется пить. Она лежит на огромной двуспальной кровати с белой постелью, но белая межкомнатная дверь с позолоченной ручкой указывает на то, что это, скорее всего, не отель, а чья-то квартира. Из панорамного окна, прикрытого полупрозрачной белой шторой, открывается вид на голод. За окном Москва. Она же должна быть… Неужели она?.. Резким движением она вскакивает с кровати и обнаруживает, что совсем голая. Какой позор! Ее вещи валяются тут же перед кроватью. Платье и трусы. Нужно обмотаться оделялом. Мало ли кто зайдет. Она вообще не понимала, кто именно может войти, и сколько там, за белой дверью с позолоченной ручкой, всего человек. Она окинула взглядом комнату в поисках своего бюстгальтера. Комната, действительно, была похожа на красивый номер в отеле: белая постель, высокое мягкое изголовье из коричневого бархата, возле окна расположилось кресло и журнальный столик, на котором стояла ваза с живыми розами. В комнате было идеально чисто, и ее бюстгальтера нигде не было. Она быстро надела свое короткое кружевное платье поверх голого тела, зачем натянула трусы, и встала с кровати. Интересно, где ее телефон и сумка? От этих мыслей ее бросило в жар! Неужели она потеряла телефон вчера в баре? Оглядевшись, она подошла к большому зеркалу во весь рост и посмотрела на себя в зеркало. Что за чудище! Ее длинные каштановые волосы напоминали не расчёсанное гнездо, свитое из того, что еще вчера было локонами, вокруг глаз – черные круги из осыпавшейся туши, как у панды, в уголках глаз запеклись черные остатки туши. Ну и ну! Лера пригладила волосы руками, и пальцами попыталась очистить глаза от остатков осыпавшейся туши. Срочно нужно в душ. Вообще она всегда была красивой, с самого детства ей говорили: «Будет красавицей!» или вот это «От женихов отбоя не будет!».  Сейчас она часто ловит на себе заинтересованные взгляды людей в кафе, она вглядываются в ее лицо, а некоторые даже останавливают ее на улицах и говорят, что она очень красивая. Тем не менее, сама она красивой себя никогда не считала

Что ж, кажется, нужно набраться смелости и выйти наконец из комнаты. Она приоткрыла дверь, сначала заглянула за нее, потом осторожно, стараясь не издавать стуков, выскользнула за двери. Фух. Она вышла в коридор и решительно зашагала вперед, к свету. Войдя в просторную гостиную, располагавшуюся в корце длинного коридора, она увидела большую кухню, как в американских фильмах. За барным столом стоял мужчина с чашкой в одной руке и телефоном в другой.

 «Симпатичный!» - с облегчением подумала Лера, и на секунду ей даже стало стыдно на свой вид. Завидев ее, мужчина улыбнулся и радостно произнес:

 - О, а вот и спящая красавица!

 - А вы, стало быть, гном? – съязвила она первое, что пришло в голову. Она почему-то инстинктивно хотела называть незнакомца на вы. Он не был старым, нет, но был определенно старше нее лет на десять.

 - А может, принц? – мужчина улыбнулся еще шире.

 - Скорее, король, тогда уж... – произнесла она тоже с улыбкой, намекая на его возраст.

 - Что снилось? – он сверлил ее своим ироничным и даже каким-то немного снисходительным взглядом. 

 - Издеваетесь?  - все так же с вызовом произнесла Лера. Какая неловкая и странная ситуация. Она стоит тут с этом вчерашнем коротком платье без бюстгальтера (где он, черт-побери?), с осыпавшейся тушью, а он еще и издевается!

 - Мне показалось, что мы вчера перешли на ты.

На секунду у нее даже потемнело в глазах. Но она все равно нашлась, что ответить:

 - Пили брудершафт?

 - И даже больше! – почему-то он был так весел, и это начинало ее ужасно раздражать. Затем он налил полный стакан воды, как будто бы догадался, что именно это нужно ей сейчас больше всего на свете.

 - Спасибо, - промямлила Лера, и одним махом осушила стакан воды. – Можно еще воды?

 - Что, тяжелое утро, да? – он снова посмотрел на нее этим издевательским взглядом.

 - Можно я в душ схожу? – ей и правда больше всего на свете сейчас хотелось пойти в душ.

 - Возьми полотенце. Чистое. Кофе будешь?

 - Да, пожалуй, что буду. – кофе ей тоже хотелось больше всего на свете, и это было очень любезно с его стороны. Она взяла протянутое им пушистое белоснежное полотенце, и он проводил ее в ванную комнату.

Она открутила кран с холодной водой и встала под душ, который располагался за стеклянной перегородкой. Здесь тоже все было как в отеле: стены и пол отделанные серым мрамором, сверкающие смесители, и даже имелись маленькие бутылочки с шампунем и гелем для душа. Она с головой встала под холодную воду, и не смотря на начавшийся озноб, стояла так еще добрых минуты две, пытаясь прийти в себя. Ее все еще штормило, и, возможно, она все еще не была до конца трезва. Водные процедуры немного привели ее в чувства. На раковине у зеркала ничего не стояло – никаких косметических принадлежностей, ни зубной щетки, только жидкое мыло в мраморном диспенсере. И это было даже немного странно: или у хозяина квартиры имелся еще санузел (Что скорее всего, ведь она так и не смогла сосчитать количество дверей, пока шла по коридору), или он был большим аккуратистом. Интересно, есть ли у него фен? Она наклонилась в нише под раковиной и, действительно, обнаружила, небольшого размера фен и баночку крема La mer. Она была в курсе, что это очень дорогой крем. Ее подруга была мейкап блогером и рекламировала разную косметику, и как-то La mer прислали ей кремы, чтобы она сделала обзор. От кремов у нее началась аллергия, однако, обзор она сделала положительный, так как побоялась, что такая влиятельная компания может перекрыть ей другие рекламные возможности. Что ж, ее новый знакомый тщательно готовится к приходу гостей! А может, этот крем забыла какая-нибудь очередная его девушка? Наверняка он ее не первую привел в дом из клуба. Ей стало неприятно от этой мысли, и от осознания того, что для него она тоже очередная. А ведь вообще-то, она не такая. Не такая. Как же. Приехала к мужику в дом ночью пьяная из клуба как какая-то последняя проститутка! Но самым неприятным в этой истории было то, что он ей нравился. Его взъерошенные волосы, его черный спортивный костюм, его насмешливый, но добрый взгляд, и эта его квартира. Интересно, чем он зарабатывает на жизнь?