Поклянись, что моя

25

Две недели спустя

- Эй, приятель! Подлей-ка еще "Джин-тоника" моему замечательному другу!

Кричу, перекрикивая гул и шум толпы. В маленьком многолюдном баре темно, но уютно. А может, все дело в алкоголе, который не на шутку взбодрил мои вены. Рядом сидит Кейн, – мой верный компаньон и друг.

Прошло всего три дня, как он вернулся из командировки и узнал, что Кимберли, его девушка, беременна. Девушка у него конечно хорошая. И красивая. Я запомнил ее. Помнится, даже хотел поухаживать за ней, когда она брала у меня интервью. Виделись мы с ней только раз в жизни, и я еще тогда не знал, что она уже давно нравится моему другу. Не влюблен я в нее. И никогда не был.

– Нет, друг, извини, но я пас, – вежливо отказывается Кейн - Меня дома ждет моя беременная жена.

– Жена? - я удивленно сбрасываю бровь, потому что что-то не могу вспомнить, когда это Кейн со своей девушкой успели жениться. Они и повстречаться толком не успели, насколько не подводит память. – Это гражданская ли? – На всякий случай уточняю.

Кейн поднимает глаза от стойки и угрюмо наблюдает, как бармен протягивает ему по столу виски со льдом.

– Нет, спасибо, мне хватит, – серо возражает он. Как-то уж слишком выглядит мрачно, как для человека, который только что получил известие о беременности любимой девушки.

Я ободряюще похлопываю его по плечу.

– Кейн, даже слушать не хочу. Так, дружище, — принимаю очередной стакан из рук бармена. – Спасибо. Кейн, это тебе. Я плачу.

Кейн больше не возражает, но к стакану так и не прикасается. Я в это время принимаю свою порцию текилы.

– А что, Кимберли против того, чтобы ты заседал в выходные с друзьями? – спрашиваю, решив отложить пока стопку. Ведь действительно, интересно.

– Да нет, – кривит губы Кейн. – Тут дело не в этом.

– А в чем же? Давай, приятель, облегчи душу.

Наверное, все дело в непринужденной обстановке, а может все-таки алкоголь развязывает ему язык, потому что Кейн все же решает поделиться со мной своей проблемой:

– Я не понимаю, что делаю не так. Кимберли не доверяет мне. Она считает, что я способен побежать за первой встречной юбкой...

Так вот в чем причина.

– Ревнивая, – киваю сам себе. Морщусь от выпитой залпом текилы и отодвигаю от себя стакан, закусив лаймом. – Моя тоже ревновала.

Кейн скидывает на меня осторожный взгляд.

– Кристен?

– Она самая, – отрицательно качаю головой, когда бармен решает подлить еще, дав ему понять, что мне пока хватит. - К каждому фонарному столбу. Сначала это мне даже нравилось. Это же страсть, полнота. Добавляет остроту в отношениях. Но потом ты понимаешь, что это ужасно изматывает...

– Ты не пытался вернуть все? – интересуется друг. - Попытаться исправить...

Я только горько киваю, вспоминая не совсем счастливый опыт супружеской жизни.

– Поверь мне, после десяти лет совместной жизни сложно что-то исправить. Мы разводились, потом снова сходились. И так по кругу. Она старалась, конечно. К психологу даже вместе ходили, она прорабатывала свою нездоровую ревность и на время это действительно помогало. Подчеркиваю: на время. Ну, не люблю я эти американские горки! Мне нужны адекватные и уравновешенные отношения. Спокойные. Или я слишком старый для такого, или мне самому нужен психолог, я уже не знаю.

Вот и пришло время раскрывать душу мне.

Кейн странно смотрит в стол, расплываясь в чуть кривой улыбке.

– У меня, кстати, есть на примете один психолог. Элайна Элмерз, - ошеломляет меня друг, поднимая глаза. – Знаешь такую?

Или не пришло. Изнутри поднимается грозная волна-цунами, но виду я не подаю.

– Это та крашеная блондинка, устроившая громкую ссору со своим любовником прямо в центре недвижимости? - делаю вид, что не знаю. - Да, видел краем глаза. Боже упаси от таких психологов. Та еще стерва.

– Ну, вообще у нее натуральный цвет волос, – неохотно замечает Кейн.

– Да похер. Терпеть не могу таких.

Да, особенно после того, как она с моей кровати прыгнула сразу в другую. И ведь я был прав. Эта девушка слишком ветреная. Ей ничего не стоит сегодня признаться в любви, а завтра бросить тебя лицом в грязь. Но, в конце концов, это ее жизнь. Наши с ней пути разминулись и, к моему искреннему удивлению, она действительно исчезла. Две недели – как один день, а от нее ни слуху ни духу. Что ж, было и было. Как говорится, нас больше ничего не связывает.

Кейн оставляет без ответа мои слова, и какое-то время мы просто сидим молча. Да и мне что-то больше не очень хочется говорить. Через несколько минут он все же подсовывает к себе стопку и медленно раскачивает жидкость в ней, очевидно решая, пить ему или нет. До меня доносится тихий выдох. Кейн таки отодвигает стакан, подхватывает с соседней спинки свою куртку и встает, похлопывая себя по карманам.

– И что, все? – удивляюсь я.

Наши глаза пересекаются и я вижу на его губах легкую извиняющуюся улыбку.

– Извини, друг, но не могу больше оставаться. Меня Кимберли ждет. Не хочу давать ей лишний повод для беспокойства.

– А вот это правильно, – без раздумий поддерживаю я. - Давай, - и мы встречаемся крепким братским рукопожатием.

– На связи, – бросает мне Кейн, поворачивается и уходит.