Поклянись, что моя

27

– Ким??

Мой ошеломленный голос разрезает зависшую тишину.

Я застываю удивленная и не могу произнести ни слова. На пороге квартиры стоит зареванная Ким с чемоданом. Едва она позвонила в дверь, и я в ожидании курьера спокойно пошла открывать, даже не подозревая, что вместо доставки позднего завтрака увижу там свою подругу.

– Что случилось? Вы поссорились с Кейном? - в голову стреляет первая мысль, которая кажется самой близкой к правде. Хотя еще вчера она говорила со мной по телефону, счастливая до небес. Я ничего не понимаю.

– Нет, Эл, – Ким закатывает чемодан внутрь, стуча небольшими каблуками в нашу арендованную квартиру. – Я беременна.

Она останавливается и засовывает длинную ручку чемодана, глядя на меня прямо.

У меня куда-то пропадает дар речи. Что, простите?

– То есть, дело не в этом, – быстро исправляется Ким. – Я все рассказала родителям. Папа... Он сказал, что убьет Кейна.

В ее глазах появляются слезы и подруга жалобно прикусывает губу. Сердце тяжело сжимается от сострадания и мои собственные переживания каким-то образом уходят куда-то на задний план.

– Боже, Ким, – я подхожу ближе и обнимаю ее. Подруга бросает свой чемодан и жмется в ответ, словно только этого и ждала. – Пять лет прошло. А он так же ненавидит Кейна?

Ким тихонько кивает мне в плечо, всхлипывая.

– Я забрала все свои вещи и сказала, что больше к ним не приеду, – с трудом произносит она. – Боже, я даже ничего не сказала Кейну. Просто собралась и уехала утром. Он же там сходит с ума.

Ким снова всхлипывает, все стирая слезы, бегущие по щекам. Она выглядит такой несчастной, что я уже совсем забываю о своих проблемах.

– Успокойся, пожалуйста, – глажу ее по голове, улыбаясь краешками губ. – Хочешь, я с ним поговорю?

– Нет, Эл, не надо.

Ким качает головой, стирая ладонью влажные щеки. Понемногу берет себя в руки, смотрит по сторонам, замечая на столике мою сумочку и туфли.

– Ты куда-нибудь собираешься?

– А? Да... У меня это... Свидание, - выдумываю на ходу, хотя мое последнее свидание состоялось ровно в тот момент, когда я отшила Итана. Что удивительно, потому что раньше я очень любила это занятие. Где это видано, чтобы Элайна Элмерз не ходила на свидания. Выдаю смешок на свою же мысль. Вот теперь и видано.

– Ты как всегда в своем репертуаре, – Ким сама несильно улыбается. – Расскажешь, почему вы с Фредериком расстались?

- Как-нибудь потом, - отвечаю уклончиво, не изъявляя желания говорить сейчас об этом. – Ким, я не уйду никуда, ты только скажи. Хочешь, я с тобой останусь?

– Вот еще, из-за меня свидание отменять. Нет, Эл, ты иди, – Ким стирает уголок глаза, шмыгнув носом и берет себя в руки, улыбается сквозь тоненькую пелену слез. – А я поплачу немного и успокоюсь. Гормоны наверняка резвятся, вот и плачу.

Ага, пожалуй, у меня тоже гормоны.

– Уверена? – переспрашиваю настороженно.

– Да, Эл, уверена. Иди уже.

Ким снимает туфли, начиная как ни в чем не бывало раскладывать свои вещи. По ее виду и не скажешь, что она глубоко расстроена. Хотя знаю, что она действительно переживает. Я долго сомневаюсь, не зная как поступить.

Ким беременна.

И когда я все-таки ухожу, ее слова продолжают крутиться у меня в голове, будто бы она стояла рядом и повторяла их раз за разом.