Покровное оглашение

5

- Тебе нужно знать нашего защитника в лицо, - говорил отец Анатолий, выводя Георгия на площадь, образованную десятком домов. Совсем рядом был густой сосновый лес, тропы которого были известны далеко не каждому, - Назар - сын нашего покойного лесника, Царствие небесное. Мужчина бывалый, не один десяток лет следил за порядком в этом лесу, и в деревнях тоже к нему часто обращались. И вот теперь сын его единственный занимает его место. Пока он делает свой привычный обход, может зайти за провизией в какой-то населённый пункт.
- Какой добродушный!
- Это точно, хотя по нему не скажешь, порою... Но это мы так, узким кругом его просим, по старой дружбе. Договорились, скажем, так.
- Вы с ним? И о чем же?
- Ну, можно, наверное, сказать, и я... Я Назара знаю с детских лет, чудесный мальчик был, хоть и не все его принимали. В общем, попросил я его выполнять поручения нашего доктора, лишь бы он в помощи не отказывал.
- Лесник покупает необходимое Паше, чтобы тот..?.
- Чтобы тот их водой святой поил, под предлогом обычной. Таблетки запивать, например, или хотя бы окропит, если у него кто-то без сознания полежит. Чтобы он, в случае родов, позволял мне крестить новорождённых. Ты и сам стал тому свидетелем не так давно...
- Отец Анатолий, я все хотел спросить про это... Неужели мы имеем право так делать? Крестят детей только по согласию родителей, а вы крестили младенца, пока его родственники не подозревают. Я не осуждаю, но разве мы в праве?..
- Да, тема серьёзная... - понизил тон священник и оглянулся, проверяя, нет ли кого-то вокруг, - И я сам долго над этим думал. Чуть позже я расскажу тебе, почему так, как придёт время...

Метрах в пятидесяти Георгий заметил мужскую фигуру, вышедшую из-за вековых стволов сосен. Ещё издалека он внушал ощущение уверенности и бесстрашия. Чем ближе он подходил, тем больше его строгие черты внешности можно было рассмотреть.
Он оказался даже выше Георгия и Павла, как минимум на пол головы. Чёрные жёсткие растрёпанные волосы короткими прядями торчали в стороны, чуть вытянутые чёрные глаза зорко выглядывали из-под густых бровей, рассеченных шрамами по бокам. Его острые черты придавали мужественности, кожа была усеяна царапинами, нос, вероятно, сломан.
Назар явно был сыном своего отца. И было это видно не только по старому двуствольному ружью за плечом, но и по потертой одежде, которую носило не первое поколение. То и дело на утепленной куртке встречались заплатки, коричневая водолазка пропахла хворостом и сыростью. Он устало поднял руку, приветствуя священника, но его довольная улыбка слегка спала, когда тот увидел приближавшегося Павла. Врач в повседневной одежде подходил на середину улицы, пряча согнутые руки под ветровку.
- Охотник! - уверенно окликнул Назара Павел, всеми силами сдерживая саркастическую улыбку. Тот не любил, когда врач так его называл, - Все принёс?
- Что, по гражданке? - окинул взглядом лесник доктора, который частенько расхаживал в халате ради собственной дисциплины. Голос молодого человека оказался низким, но приятным.
- Давай сюда мои препараты, мне людей лечить нечем, - продолжал делать серьёзный вид Павел. Они с лесником уже давно пререкались друг с другом, но относились с уважением.
- На! - протянул лесник прочный армейский рюкзак врачу, - Алкаш.
- Зато не бомж, - в ответ выпалил Павел, забирая тяжёлую ношу, которую Назар с облегчением скинул с уставших широких плеч, - Ты мне с рюкзаком вместе отдаешь? - издевательски ухмыляясь, обернулся он.
- Просто весь рюкзак занимает твоя спиртуха! Сам тащи, - недовольно проговорил молодой человек, скрещивая мужественные руки на груди: сбитые костяшки, все запястья в ссадинах, некоторые пальцы обмотаны пластырем или бинтами, - Потом вернешь.
- Назар, - подошёл на полшага ближе Отец Анатолий, - Не потакай его желанию заглушить пустоту в душе алкоголем. Он почти твой ровесник, ты пробовал с ним поговорить?
- Отец, да знаю я, - тут же повернулся лесник на священника, - Но он взрослый человек, я ведь не могу запрещать ему что-то... - обеспокоенно проводил он строгим взглядом Павла.
- Сказал бы, что закончилось. Вот прямо к твоему приходу в магазин!
- Не поверит он, не дурак ведь, а врач. Да и не могу я врать... - чуть виновато опустил чёрные глаза Назар, как будто по-детски оправдываясь. Что-то в нём показалось таким душевным, мягким и светлым, что он вдруг перестал казаться Георгию суровым сибирским убийцей. Охотнику можно было доверять.
Несколько людей, проходивших поодаль, дружелюбно помахала леснику, на что тот в ответ поднял руку. В его обязанности входило патрулировать лес на ближайшие несколько километров. Он часто следил за порядком в некоторых деревнях, до которых мог добраться. Назар безотказно помогал жителям в бытовых делах: починить крышу, заготовить дров, семья священника могла рассчитывать на него. И даже местный сельский врач успел сблизиться с сыном егеря.
- Тебя сегодня ждать? - спросил Отец.
- К сожалению, нет, я сейчас на север. В воскресенье должен вернуться, - понимающе кивнул молодой человек, по возможности и силам посещавший богослужения, - Познакомите?
- Да! - вспомнил священник про новоиспечённого подопечного, - Наконец-то службу будем вести втроём. Дьяк у нас уже есть, - пояснил он, поворачиваясь к миссионеру.
- Гоша, - представился юноша, стараясь сдерживать чрезмерную улыбку перед серьёзным Назаром. Его жизнерадостность сохранилась спустя года, и он, бывало, боялся, что люди сочтут его инфантильным и наивным.
- Назар. По вопросам местности можно ко мне, рад помочь.

----------------------------------

Третья служба дня начиналась почти в полдень. Молебен Пресвятой Богородице и Акафист длились не более полутора часов.
Старинный деревянный храм имел пять куполов, центральный из которых возвышался, издалека сливаясь с тёмными острыми силуэтами сосен. Стены из брёвен, сложенные далёкими предками, почти почернели, но стояли твёрдо. На крышу изредка садились лесные птицы, наблюдающие за приходом. Темные кресты выделялись на фоне серого неба, территория церкви располагалась на краю деревни и граничила с просторным полем сзади и дремучим сибирским лесом сбоку.