Покровное оглашение

14 (!)

- Гоша! Больше даже не смей уговаривать меня куда-то тащиться! - негодовал Павел, нервно оглядываясь по сторонам, - Мы передохнем в этом лесу... Я вообще не понимаю, что происходит...
- Я тоже не понимаю, - беспокоился Георгий, сжимая в руке серебряный крестик, - Ну, хотя бы Назар знает, что делать, уже спокойнее... Да?
- Да, - тихо ответил лесник, быстрым шагом обходя деревья.
- Ну, вот! Значит все хорошо! - успокаивал сам себя алтарник, - На него же можно положиться, правда?
- Правда... - неуверенно согласился врач дрожащим голосом.
- Так, тихо! Вы меня самого пугаете…
- Извини! - одновременно сказали молодые люди в полголоса. Разговаривать приходилось на пониженных тонах.
- Если что-то слышите, не оборачивайтесь, просто идите вперёд. Или бегите. Нам остаётся пара километров...
- Охотник, это че такое?.. - схватил врач Назара за плечо и указал на дерево неподалёку. Оно росло на соседней поляне и бросалось в глаза красным горящим узором, - Как оно горит!?..

На коре дерева вырисовывались острые линии языческого символа, светящиеся красным.
- Смотрим? - спросил Назар, не переглядываясь с попутчиками.
- Смотрим…

Компания осторожно подошла к сосне, высматривая красное знамение. В темноте цвет был виден особенно ярко. Глубокие царапины изнутри светились чем-то алым, напоминавшим прогретые угли.
- Я не понимаю, как это работает... - схватился за голову Павел и отвернулся, набирая в грудь воздух, - Кто-нибудь знает, почему оно горит?..
- Так, судя по написанному, это значит... Смерть, - тихо прочитал Георгий, щурясь в малоосвещенные страницы.
- Стой, тут, кажется, много похожих, - вмешался Назар, вежливо пододвигая листок в руках алтарника повыше, ближе к себе, - Смотрите, есть несколько обозначений самой смерти, как кончины, - сравнивал он орнаменты, - Вот, тут круг, тут палки... Значит это не насильственная смерть, просто как перерождение души из одного мира в другой... Все нормально!
- Охотник... Мы в Сибири и у нас горят языческие символы. Посреди тёмного леса. Что тут нормального? - дрожащим голосом говорил врач, крутясь на месте, - Почему вам не страшно?..
- Спокойно, нас сбережет Бог, просто надо быть в этом уверенным, - убеждал Георгий, выставляя руки вперёд.
- Я некрещеный даже! - вспылил Павел.
Назар удивлённо повернулся, в его взгляде была тревога. Они с миссионером молча переглянулись.
По дереву начала расползаться новая полоса, почти по диагонали перечеркивая круг в центре орнамента. Нарисованная самим дьяволом, она беззвучно вспыхивала красным. Именно эта деталь обозначала "убийство", в отличии от простой смерти.
- Может, мы пойдём?.. - нервно попросил Павел.
- Да, уходим, - согласился Назар, в интонации которого зарождалось непонимание и тревога.

Не успели они сделать десятка шагов, как за спинами послышались приближающиеся шаги. Нечто крупное и тяжёлое передвигалось осторожно, подкрадывалось в сумерках, прижимая сухую листву к холодной земле.
Жуть оказалась в абсурдности, в страшной нелепости и неестественности существа, идущего между деревьями. Покачиваясь из стороны в сторону на согнутых ногах, из тьмы леса вышел отвратительно изуродованный медведь.
Все трое застыли в ужасе, увидев морду животного. Это не зверь, это был могильник. Черная грубая облезлая шерсть клочьями торчала в разные стороны, длинные когти были покрыты грязью и высохшей кровью, кожа местами отсутствовала. У существа был болезненный, предсмертный вид, но он, хрипя и тяжело вдыхая воздух, уверенно подходил к людям. Лесник быстро схватил ружьё в руки, вжимая приклад в плечо. Павел судорожно пытался нащупать в темноте курок, на который нужно положить палец. Хоть и военнообязанный, но все же, опыта было не так много.

- Молись, - шёпотом просил Назар Георгия, не отводя пристального взгляда от чудовища.
Медвежье тело с вспоротым туловищем шло вперёд. На ближайших деревьях начали проявляться символы "убийства". Грубые линии сами собой выцарапывались на тёмных стволах, зажигались подобно кровавым фонарям. Через мгновения вся округа наполнилась узорами дьявола.
Могильник встал на задние лапы, ковыляя на переломанных конечностях. Его безумные глаза горели в темноте, человеческие зрачки смотрели в душу. Челюсти изменились, деформировались, оно скривилось в радостной улыбке, больше напоминавшей хищный оскал, предвкушающий убийство. Убийство, о котором кричал весь лес со всех сторон.
Длинные пожелтевшие клыки формировали четыре ряда зубов: по два на каждой челюсти. Больше всего отталкивали эмоции. Людские, осознанные. Дьявольские. Существо издевательски радовалось встрече. Будь это простой медведь, Терехин, возможно, миновал бы встречу или выстрелил, ликвидировав зверя с одного попадания в голову. Но оно заставляло молодых людей дрожать, вселяло особый ужас.

- Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный... - едва ли слышно молился Георгий, - Помилуй нас. Помилуй грешных, не остави...
Зверь издал утробный вой и резко набросился на юношей. Назар сразу же выстрелил, попав в грудь медведю. Но сердца у могильника уже не было, с того самого момента, как его вырезали во время жертвоприношения.
Если бы потерпевшие могли хорошо видеть в темноте, они бы увидели, как из раны, на пару секунд остановившей чудовище, начала сочиться тёмная жидкость. Запах гноя, железа, плоти и мокрой шерсти чувствовался за десяток метров.
Павел, еле сдерживая истеричный крик, выстрелил, на секунду оглушая самого себя. Попасть получилось в бок животного, но при этом не смертельно того травмируя. Врач бросился бежать, Георгий последовал за ним. Лесник, хоть и начал побег чуть позже, успел за пару секунд догнать друзей.

Оторваться получилось ненадолго, уже через десяток секунд могильник нёсся сквозь сосновую чащу на четырёх ногах, рыча так, как этого не делает ни одно животное. Запредельные дозы адреналина позволяли убегать от чудовища с необыкновенной скоростью. Все это время Георгий молился, не переставая прогонять слова в голове снова и снова.
Внезапно, Назар резко остановился, развернулся и выстрелил в могильника, сумев попасть в голову, от которой после этого осталась только половина. Шаткие зубы оторвались от гнилых дёсен и разлетелись в стороны, черный мозг частично вытек из черепной коробки.
- Назар! - крикнул Павел, оборачиваясь. Все трое остановились.