Покровное оглашение

15 (!)

Гоша, Гоша, ты слышишь хоть что-то?.. - отчаянно пытался удержать повисшую голову алтарника Павел. Он боялся смерти товарища, - Плохо, плохо... - в его голосе чувствовалось волнение, в движениях суета и тревога.
Христианин находился в странном для себя состоянии. Размытое сознание не позволяло нормально двигаться, только пытаться удержать себя сидя, не свалившись на землю. Звуки выстрелов, рева ночного существа, запах пороха, гнилой плоти и едкого спирта, пролитого врачом ручьём на предплечье, доносились откуда-то издалека...

- Ты обязан прийти в себя! Давай же!.. – сильно сжимал руку пострадавшего врач, пытаясь остановить кровотечение.
Сквозь странный болезненный сон Георгий осознал, что его тело становится не просто слабым, а обездвиженным. Казалось, мышцы не только потеряли всякую мощность, но и просто атрофировались. Он просто переставал иметь в себе любую энергию и сам для себя становился нематериальным, безвольным. Чувство, что вот-вот рассыплется в пыль…

- Молись. Вставай и молись. Возьми свой крест, и не прекращай молиться Богу.

Ясный мужской голос в голове послышался из глубины подсознания Георгия. Последнее, что тот смог заставить себя сделать, это перевернуть левую кисть и рывком сжать крестик деда, валявшийся на земле около его руки. У той, из которой он его не выпускал.

- Отче наш, Иже еси на небесех... - читал он про себя на последней воле, через боль, вспоминая слова, заученные двадцать лет назад, - Да святится имя твое, да приидет Царствие твое...
Павел ринулся к рюкзаку товарища, лежавшему рядом, и достал сигнальную ракету, держа ту рядом с собой, сам не зная, зачем. Что-то двигало им свыше.
- Да будет воля Твоя, яко на небеси и на землих... - тело понемногу начало возвращаться в привычное состояние, молодой человек уже начинал осознавать, что произошло, - Хлеб наш насущный, даждь нам днесь, и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим...

Ружьё Назара, как назло, предательски вышло из строя. Лесник старался трясущимися руками перезарядить оружие, но с нарезным управлялся хуже. Существо приближалось, готовясь избавиться от всех, кто хотел помешать ему утащить алтарника.

- И не введи нас во искушение, но избави нас от Лукавого... - холодные губы юноши начали дёргаться. Он переходил на чтение шёпотом, хоть и еле слышно, - Яко Твое есть Царство и сила, и слава, Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков…
- Гоша! Ты здесь!? Ты меня слышишь, держись! - пытался докричаться Павел.
- Аминь! - прохрипел Георгий, с вернувшейся силой сжав крест в ладони. Он резко раскрыл глаза, схватил сигнальную ракету, лежавшую прямо около него, и выстрелил из неё в чудовище.

Яркий взрыв снаряда озарил ночной лес, перекрывая свечение символов «смерти» на деревьях. Множество красных искр разлетелось на стороны вместе с кусками плоти. Выстрел пришёлся в холку животного, травмируя пояс верхних конечностей и отделяя шею с головой от туловища. Клубы дыма наполняли поляну, запах гари и жженой шерсти заставил Георгия окончательно прийти в себя и постепенно начать осознавать свои действия.

Назар подбежал к попутчикам, кашляя от едкого дыма и запаха гнили.
- Что с ним? - закинул ружьё на спину лесник и упал рядом с алтарником.
- Жив! - крепко держал голову пострадавшего Павел, дабы избежать движений. Он мог подозревать сотрясение и травмы позвоночника: безопасность зависела от иммобилизации.
- Ну Паш!.. - пытался выкрутиться Георгий, тихо выговаривая слова с приоткрытыми глазами, - Что..
- Не шевелись! Ни дай Бог доломаешь что-то, ясно? Я не смогу нормально вылечить здесь, - посмотрел он на лесника напротив, - Но все же идти нужно, и лучше, побыстрее...
Молодые люди крепко, но бережно взяв под руки товарища, подняли его и зашагали в сторону дома сквозь непроглядную темень.

- Охотник, я ничего не понимаю... Сколько их здесь? Что это такое? И почему вы мне раньше не сказали? Я бы уехал сразу же из этого проклятого села, - шёл Павел, сжав в одной руке ружьё, а второй придерживая друга за плечо, - Да я что угодно сделал бы, любую жалобу написал, любую справку подделал, да хоть взятку бы дал!..
- Разве так можно? - спросил Назар, внимательно смотря под ноги.
- Наверное, можно... С деньгами и связями все можно.
- Но почему ты тогда не сбежал ещё несколько месяцев назад?
- Не знаю, - задумался Павел, смотря в одну точку, - Я много думал над этим, спрашивал у знакомых, кто смог бы меня вытащить, сказать за меня слово, но так ничего и не нашёл. Знаешь, как грустно было, когда все отказали и киданули!?
- Но ты остался здесь, с нами... - рассуждал лесник, плотнее прижимая плечо Георгия к своему. Тот уже начинал постепенно соображать, - Жалеешь?
- Да, жалею! Я чуть не умер раз пятьсот только за последние сутки! И до этого несколько месяцев жил, боясь из дома выйти ночью. То орёт кто-то, то стреляет, то в дверь скребет, то люди что-то жгут на площади... - злился Павел, неловко поправляя очки на переносице, - А ты чего, ждал, что я скажу "нет"?
- Я не ожидал ничего, больно нужен ты мне, сельский алкаш!..
- Я сельский врач, вообще-то! Вы бы без меня пропали! - чуть громче усмехнулся врач, изображая самоуверенность, - Признайся, что без меня ты бы скучал в этой глуши! - издевательски улыбался он, косясь на друзей.
- Да я б с ума сошёл... - серьёзно вздохнул Терехин, подыгрывая медику, - Спился бы. Как ты...
- Ой, да иди ты!
Георгий обессиленно вздохнул, тихо мыча что-то невнятное. Он мог идти своими ногами, но сознание оставалось помутненным, неясным, сонным. Алтарник осторожно прижал к себе собственную руку, машинально хватаясь за нос и вытирая с губ потеки крови.
- Какой кошмар... - попытался юноша запрокинуть голову, думая, что кровь ещё идёт, и что надо её остановить.
- Опусти! - строго скомандовал Павел, аккуратно нагибая голову пострадавшего обратно, - Дойди спокойно, и сразу ко мне.
- Что-то серьёзное? - обернулся на доктора Назар.
- Надеюсь, что нет... В любом случае, надо звать батюшку нашего.
- Не понял, это ещё зачем? Крестится что ли надумал?
- Я атеист! - вредно отрезал Павел, хотя его Вера уже перестала строиться на вечном отрицании божественного, - Нам нужно рассказать все, что нашли. Может, он тоже знает что-то, просто не говорил.