Полцарства за улыбку, или Попаданка – праздник

Глава 6

Прасковья Майорова

Горничную звали Гита. Она отличалась ловкостью и предупредительностью. Встретила меня с почтением, хотя и огорчилась, что её высочество Луиза так и не собралась погостить здесь, а ведь флигель хозяин замка строил специально для кузины.

— Вы только посмотрите, леди Жозефина, как тут всё хорошо устроено и продумано! — Девушка проводила экскурсию с энтузиазмом, обращая моё внимание на новшества, что князь именно здесь опробовал, прежде чем предлагать обществу.

Меня, как человека из будущего, сложно было удивить бытовыми условиями этого мира, однако я не спорила с горничной, по достоинству оценив усилия местного изобретателя. Флигель вполне можно было назвать «умным домом». Двери здесь открывались, стоило к ним приблизиться, пыль всасывалась особыми артефактами, а ещё работали системы кондиционирования и обогрева. В подвальном помещении стояли самостирки со встроенными самосушилками, имелся также гладильный аппарат с двумя режимами работы — для постельного белья и для деликатных тканей. Гита с гордостью сообщила, что освоила все диковинки почти мгновенно и теперь ловко управляется с уходом за домом без помощников.

— Другими словами, ты здесь одна прибираешься? — Удивилась я, ведь двухэтажному коттеджу, на мой взгляд, требовалось куда больше рук. Если бы мне пришлось проводить праздник в похожем доме, я наняла клининговую компанию и заплатила за услугу немалые деньги.

— Пока никто не живёт, одна, конечно, а гости, если вдруг явятся, привезут свою прислугу.

— Жесть! — Мы успели подняться на второй этаж, где и располагались гостевые покои, я выглянула в окно: — А сад? А цветник? Это тоже твоя епархия?

— Что вы, леди! — Засмеялась служанка. — Там работают несколько человек, которые подчиняются главному садовнику замка. Не помню сколько, пять или шесть. Они меняются.

Мне было предложено выбрать для себя любую из пустующих спален. Я остановилась на крайней — ближайшей к лестнице комнате с видом на ту самую Плачущую башню. Дворец князя тоже можно было рассмотреть между кронами деревьев.

— А где селятся слуги, приезжающие с господами? — поинтересовалась я, как только грузчики затащили в гардеробную дорожный сундук и раскланялись.

Гита спросила позволения развесить наряды и, занявшись этим, общалась со мной через перегородку:

— Здесь покои для благородных, прислуга живёт там же где и я, на первом этаже. У нас даже вход отдельный чтобы, бегая по поручениям, не приходилось беспокоить хозяев.

— А сейчас ты живёшь одна?

— Ах, леди! Одна бы я не выдержала! Поварихи согласились составить мне компанию, здесь им больше нравится, чем во дворце. И мне хорошо, вечно перепадает что-то вкусненькое с княжеского стола.

— Кстати! — Раз речь зашла о еде, я захотела уточнить этот момент: — Во флигеле можно готовить?

— Здесь только столовая. Даже две: большая — рядом с бальным залом — и малая. Блюда доставляют с дворцовой кухни под стазисом.

В общем, меня всё устраивало кроме одного: непонятно где и как мне побеседовать с князем. Разумеется, можно составить план праздника из общих соображений, но такой подход я не признавала. Вкусы и предпочтения клиента в приоритете! Всегда может всплыть непредусмотренная бяка, типа аллергии на используемые ингредиенты или нетерпимости к определённым звукам. Всё-таки принцесса ставила передо мной задачу привлечь, а не оттолкнуть князя. Я чувствовала потребность в знакомстве с ним, не меньше, а даже больше чем обычно.

После того, как меня вкусно покормили в малой столовой, я отправилась на прогулку, собираясь разведать подходы к цели предстоящего проекта.

Гита посоветовала мне заглянуть в мастерскую Кондрата, где князь частенько появляется, чтобы контролировать изготовление деталей и приспособлений для своих опытов. Следуя, объяснениям служанки, я направилась по узкой, обсаженной старыми акациями дорожке, попутно оценивая встречавшиеся лужайки — можно ли на них устроить игры или конкурсы. Очень порадовал меня большой круглый пруд, заросший вдоль берегов кувшинками. Если получится найти подходящих артистов, я смогу устроить здесь водное представление с водяным и русалками. Надо только уточнить, нет ли в этом мире каких-нибудь предубеждений и страхов, связанных с этими персонажами.

Пройдя чуть дальше, почти у высокой стены, окружавшей замок, я увидела длинное одноэтажное здание из перекаленного кирпича под медной крышей. Именно так и описывала мне Гита мастерскую, где можно справиться о князе. Через широко распахнутую двустворчатую дверь, которую впору называть воротами, слышался стук одного металлического предмета о другой.

Перешагнув порог, я остановилась и покашляла, привлекая к себе внимание. Никого! Огромное пространство заполняли стоявшие на верстаках и стеллажах механизмы разнообразных размеров и той или иной степени завершённости. Некоторые из них крутились или покачивались, словно в них вмонтировали аккумуляторы энергии. А может быть, здешний «Левша» открыл секрет вечного двигателя?

— Э-э-эй! — покричала я в глубину помещения. — Можно войти?

Ответом был всё тот же грохот. Понятно, что мастер трудится и не слышит моего писка. Пришлось пробираться на звук. Я медленно шла в глубину протяжённого помещения, лавируя между растопырившимися в стороны рычагами, огромными, частично преграждавшими проход зубчатыми колёсами, и перешагивая через тянущиеся поперёк шлангами и жгутами. Удивлялась почти на каждом шагу. Неужели эти махины способны выполнять утилитарные функции и научные задачи?

Наконец, за разлапистым железным монстром я заметила мужчину в кожаном фартуке, надетом поверх рабочей одежды. Мастер неожиданно для меня оказался молодым человеком с волнистыми каштановыми волосами, собранными в пышный хвост-метёлку. Гладкий высокий лоб перетягивала тёмная лента, правильные черты лица, мужественный подбородок и высокие скулы производили впечатление уверенного и целеустремлённого человека. Про фигуру вообще лучше помолчать, поскольку трудно подобрать достойные слова. Понятно, что мускулы натуральные, а не накаченные с помощью фитнеса и популярных пищевых добавок. Сила, мощь красота — пожалуй, этими эпитетами можно приблизительно передать мой восторг от увиденного.