Полёт над городом

Глава 38

Лида протяжно вздохнула и сменила позу. Задница страшно затекала сидеть на твёрдом, но ни Сирина, ни другие девушки пока не проявляли ни малейшего желания уйти.

Против ожиданий, сеанс цыганского гадания проходил не так, как Лида себе представляла. Девушки не ходили среди прохожих и не хватали их за рукава, предлагая нагадать богатого жениха и счастливое будущее. Наоборот, раскинув принесённые из дома подстилки, величественно, как языческие божки, устраивались в центре и замирали, прикрыв глаза. Лида только дивилась той поразительной точности, с которой цыганки открывали глаза именно в тот самый миг, когда на них смотрела потенциальная клиентка. И уже не упускали ту, пока она не раскошеливалась.

Но пока что толку от обучения Лида не видела. Сирина сказала ей, что никто не станет раскрывать Лиде никакие секреты — по большей части потому, что этих секретов и не существует. Мол, цыганские девочки учатся чувствовать магию и управляться с ней, наблюдая о том, как это делают старшие. Никто не потрудился над тем, чтобы создать учебники цыганской магии и прописать теорию. Только наблюдение и повторение — от старших к младшим, испокон веков.

Это всё было, конечно, хорошо.

Но Лида опасалась, что при таком способе обучения пройдёт несколько лет, прежде чем она станет хоть немного разбираться.

Она ещё раз сменила позу и вздохнула. Ничего она не чувствовала — кроме усталости и желания вернуться домой. Дёргало беспокойство за Сашу — не сцепился ли он снова с Цагаром. Не придумала ли старуха опять чего-нибудь глупого и опасного. И Сашка, сто процентов, радостно побежит навстречу любой опасности, прямо-таки с приветственными криками.

Лида поискала среди людей на площади перед станцией Сирину: хотела попросить её сегодня пораньше уйти.

Но, заметив в толпе смутно знакомое лицо, передумала.

На самом деле, ей, конечно, могло примерещиться. Но глядя, как он двигается, ссутулившись, держа руки в карманах, ощупывая взглядом толпу, она чувствовала, как её переполняет невесть откуда взявшаяся уверенность.

Парень из подручных Михалыча. Мелкая шестёрка, но тот же, что был в гостинице. И на рынке. Мышиная узкая мордочка с едва начавшими пробиваться усиками, походочка крадучись, манера зыркать по сторонам вот так, исподлобья – ошибки не было.

Лида поднялась.

Вблизи парень – в спортивном костюме, с натянутым на голову капюшоном, его так и хотелось назвать гопником – выглядел ещё непривлекательнее. Над губой и на подбородке росла даже не щетина – длинные тонкие волоски, а ноздреватая кожа ещё хранила следы подростковых прыщей. Приближавшуюся к нему Лиду он одарил удивлённым взглядом.

И не узнал.

Лида была в этом уверена – иначе не подошла бы, но всё равно обрадовалась.

— Вижу, ты ищешь кого-то, — начала она тем же напевным грудным голосом, каким заговаривала с клиентками Сирина.

Парень хотел было уже пройти мимо, но, услышав это, остановился.

— А ты что, нагадаешь мне, где найду? – спросил он, усмехаясь.

— Чего бы не погадать хорошему человеку, — Лида тоже улыбнулась и опустила глаза.

Странно, но её как будто несло. Она в жизни никому не гадала – разве что вместе с девчонками устраивали всякие спиритические сеансы, во время которых они больше дурачились, чем на самом деле пытались узнать что-то о будущем. Но сейчас Лида чувствовала невесть откуда взявшуюся уверенность. Она может сказать человеку перед ней то, что ему действительно нужно. И узнать у него о том, что нужно ей.

— Ну погадай, — парень сунул руки в карманы и нахохлился. – Сколько?

— А сколько дашь, — Лида мельком взглянула в мышиное лицо. – Отойдём, родной, присядем.

Интонации Сирины и других девушек ложились на речь так естественно, как будто Лида всю жизнь так разговаривала. Парень, словно телок за мамкой, послушно пошёл следом. Лида отвела его в укромный уголок, усадила на бордюр, сама села рядом прямо на землю. Парень, ни о чём не спрашивая, положил ей на колени узкую ладонь. Лида осторожно взяла её обеими руками и всмотрелась в линии.

О хиромантии она знала одно лишь название. И ещё могла посмотреть, сколько раз девушке предназначено выйти замуж, да сколько детей у неё будет. К сожалению, парню перед ней эти сведения вряд ли пригодились бы.

Но стоило Лиде сосредоточиться, как что-то внутри неё словно заговорило её губами:

— Вижу, нелёгкая жизнь у тебя, родной. Устаёшь сильно, верно ведь? Только и знают, что погонять тебя, ни отдохнуть, ни водочки выпить. Не отчаивайся, золотой. Ещё немного, и случится у тебя что-то хорошее, вижу, совсем скоро ждёт тебя удача.

Парень послушал её и будто размяк, убаюканный размеренным голосом. Стал делиться:

— Да надоело всё хуже горькой редьки. Бегаешь туда-сюда, с утра до ночи, без продыху, как белка в колесе. И гоняют все постоянно, и свои, и менты, денег не видишь, водки – и той толком не выпьешь, сразу кто-нибудь прицепится. Последнюю неделю вообще загоняли, туда иди, карауль невесть кого, сюда иди, ищи-свищи.

— А ты пошёл бы водочки купил, посидел бы в теньке, отдохнул.

— Да… — глаза парня помутнели, потом он встрепенулся: — нет, нет… Михалыч, это старший наш, велел во что бы то ни стало. Найти надо парня и девку. Если не найдёт, скоро буйствовать будет, бошки им поснесёт.

— Кому «им»? – озадачилась Лида. Под парнем с девкой явно имелись в виду Лида с Сашей, но им сложно будет «посносить бошки», если бандиты их не найдут.

Но парень сказал нечто совершенно неожиданное:

— Да привёз откуда-то мужика с бабой. Сказал, родаки евоные.

— Родители? – упавшим голосом переспросила Лида.