Полет птицы

Сила и вина

До праздника лета оставались считанные дни. Лишь немного времени прошло после четырнадцатого дня рождения Атанасии. В короткий перерыв между тренировками по магии она задумчиво рассматривала свою руку: водила пальцем по водяной ленте, замотавшейся вокруг запястья, и вдруг заметила, какими длинными выросли ногти.

Эти перемены знак взросления. Ведь недавно её вместе с Мирославой Деневре отправили на труд, с которым прежде долгие годы справлялась только Делия: менять и зажигать свечи в храмах стихий.

Но время идёт, вырастает новое поколение. И теперь среди тех, кто носит огонь по храмам, оказалась и её ученица пусть не простая, а принцесса. Конечно, поручить ей что-то вроде мытья полов никто бы не посмел. Но и совсем избавить от труда, тоже нельзя. Поэтому дело со свечами стало идеальным компромиссом: и не слишком тяжело, и магия огня тренируется.

Стоило перевести взгляд на левую руку, и сразу бросался в глаза спиральный шрам от ожога. С ним она прожила половину жизни, жестокое напоминание о смерти родителей. На безымянном пальце красовались два кольца.

Первое похоже на льдинку, с узором Сенейх, который носили все, кто когда-либо владел силой Великого Рода, и носили его не снимая. Это знак, символ и в некоторой степени власти.

Ровно над ним расположилась корона из чистого серебра. Деневре Делия велела носить всегда, чтобы подчеркнуть статус хозяйки Принцессы и невесты Велеснеж.

Но Атанасии казалось, что кольцо больше похоже на клеймо, как ожег от тавро на домашнем скоте. Будто её продали за бесценок. Хотелось снять его, уничтожить. А если ещё вспомнить сон, в котором она стоит посреди храма Енесея в белых одеждах, окроплённых её же кровью, становилось совсем жутко.

Жених был старше всего на пять лет: недавно ему исполнилось двадцать — «идеальный возраст для женитьбы».

Ати вздохнула:

“Какие же ужасные люди. Хотели купить меня серьгами и коробкой шоколада. Почему не выбрали другую девочку? Может, другую и можно было подкупить, но не меня. Может, это со мной что-то не так? Мирослава же радовалась.”

Вероника сидела тихо, практикуя магию, и, как обычно о чём-то думала, глотая слова молитв. Лио и Натан болтали. Даме София нервно ходила из угла в угол, дав ученикам небольшую передышку.

В сад, где они сидели, вошла шумная толпа магов огня примерно их возраста. Впереди стояли три Деневе и несколько Даме. Где-то сзади держалась Мирослава, болтая с толпой девочек и мальчиков. Заметив Атанасию, она принялась махать обеими руками. Ати сначала засмущалась, но всё же махнула в ответ, но лишь ладошкой.

Кто знал стоит Мире что-то сделать, как за ней начинают повторять остальные полсотни. Так и вышло они приветствовали Атанасию, и та сидела залитая краской, чувствуя, что каждый взгляд направлен именно на неё.

Если бы не строгий вид Даме Аноре, шикнувшей на шум, Ати так и махала каждому до бесконечности.

Делия что только что беседовала с Софией подошла к четырём ученикам с грозным заявлением:

— Сегодня пробудились четыре камня стихий. Это означает, что пришло время испытания вашей силы, разума и яркости плетения судьбы. — она смягчила учительский взор — Теперь признавайтесь: чья идея была провести урок на улице? Мы всем храмом вас искали!

Взгляды детей встретились. Впервые Вероника растерялась, но её выдало молчание. Именно она предложила эту идею: день был приятный, летний, после ночной грозы роса ещё не успела испариться. Отличное время для практики.

Атанасия же знала, как сильно та печётся о своей репутации. Потому и выступила вперёд:

— Это моя идея. Утром в классе слишком жарко и тесно. А здесь можно развеяться и попрактиковаться лучше.

Делия отвернула голову. Она не могла наказать любимую ученицу, сокровище которое оберегала сама династия Велеснеж, совет Деневре и она лично с самого рождения. Пусть и видела ее ложь в защиту

— Хорошо пойдемте в вашу группу невозможно было дождаться А теперь растарапливайтесь.

Дети поднялись и присоединились к большой толпе магов огня.

Делия провела взглядом Атанасию которая неторопливо шагала она нагнала её и негромко сказала немного нагнувшись

— Подожди. Я хочу тебе кое-что сказать.

— Да, наставница, — отозвалась Ати, почувствовав, как сердце тревожно сжалось.

— После сегодняшнего испытания, ты не вернёшься в свою комнату. Придётся прощаться. Сразу после испытания ты пройдёшь трехдневную подготовку к инициации, после отправишься во дворец.

Голос её звучал спокойно, даже твёрдо, но для Ати, которая знала Делию лучше всех, прозвучала тонкая дрожь, выдающая волнение. Наставница всегда казалась несокрушимой, сильной, но сегодня её что-то явно тревожило.

Атанасия замерла, едва слышно прошептав:

— Так скоро? Я думала, у меня ещё есть пару лет…

Атанасия расстроилась. Половину своей жизни она провела в храмах: там её любили, учили, с ними связаны все её друзья и привычные места. И теперь ей предстояло всё это забыть. Неужели всю её жизнь готовили именно к этому дню? Дню, до которого осталось меньше недели?!

По коже пробежали мурашки. Каждый день была подготовка к единственному событию, и вот оно почти настало и вдруг не хотелось, чтобы подготовка когда-то кончилась.

— Вчера его височеству исполнилось двадцать, — вдруг вспомнила её наставница и постаралась улыбнуться. — Куда теперь тянуть с замужеством? Всё будет хорошо, не волнуйся.

Ати попыталась успокоиться, но нервно перебирала пальцами кольца на левой руке, будто те могли удержать мир на месте.

— Ата, иди сюда! — позвала Мирослава.

Только она отошла, как Мира в одно мгновение втащила Атанасию в круг подружек, словно в водоворот.