Полет птицы

Касание стихий

Стоило переступить каменные стены, пол под ногами сменился: вместо мелкой гальки, круг массивного дуба, темный как ночь. Рядом родниковая вода, возле него будто вбили крошечные звезды в черноту дыры и угли как четвертый круг, мерцающие красным светом, как дыхание спящего зверя.

Атанасия ступила на древнее дерево и ничего не произошло. Ни толчка, ни перемены, ни даже привычного тепла и холода магии под кожей. Всё вокруг оставалось таким же, будто само пространство не собиралось реагировать. Обойдя круг против часовой стрелки, она вновь остановилась. Тишина.

Поколебавшись, Ати всё-таки зашла в воду, чуть приподняв подол платья. Холодная родниковая гладь обожгла щиколотки, оказалась глубже, чем казалась на первый взгляд. Девочка удивилась, но пошла дальше, снова обходя круг против часовой стрелки. Солнце ослепительно блестело на воде, где-то вдалеке пели птицы и вдруг дно ушло из-под ног.

Она камнем пошла вниз, стремительно, будто на щиколотках тяжёлые кандалы, хоть она была боса. Паника поднималась, руки и ноги дёргались, но вода не поддавалась ни одно движение не помогало.

Чем сильнее она барахталась, тем быстрее тянуло вниз.

Если не можешь сражаться, поддайся потоку. Старая истина всплыла в голове неожиданно ясно. Ати перестала изгибаться. И падение замедлилось. Она застыла в толще воды, маленький комочек в безбрежном море.

Когда-то ей уже снились подобные сны, ещё в детстве накануне смерти родителей. То же тревожное чувство теперь вернулось. Воспоминание больно кольнуло, и тело дрогнуло.

Деваться некуда придётся думать. Если это испытание значит, должно быть решение. Она перебирала пальцами нити огня те тут же гасли, как только касались воды.

Огнём против воды? Бесполезно. Магию земли она не умеет использовать. Остаётся воздух, но веер сейчас не с ней. И всё же она дышала. Под водой. Ати замерла, осознав это.

“Дышу, но как?”

Она сосредоточилась. Из окружающей среды вытянула несколько тонких нитей воздуха. Переплела их так же, как на браслете простая косичка из четырёх нитей. Когда последняя замкнулась, что-то внутри словно щелкнуло.

Воздух закрутился вокруг, медленно вытесняя воду. Пузырь расширялся, светился мягким голубым светом, и через мгновение всё вокруг начало меняться: вода превращалась в дождь, а море в небо.

Теперь она не тонула она падала с неба. Вот и решение одной проблемы, пришла другая более опасная.

Ветер хлестал по лицу, платье трепетало, волосы били по щекам. Внизу клубились облака, а под ними где-то далеко снова тот самый круг откуда всё началось.

Летя вниз, Атанасия впервые чувствуется настоящая свобода. Каждый порыв ветра касался кожи, скользил по пальцам, пробегал по волосам, а солнце мягко грело спину, будто благословляя это безумие.

Она уже смирилась: выбраться из этой ситуации невозможно. И потому просто поддалась телом, сердцем, каждым вдохом. Там, далеко внизу, уже виднелись крошечные фигурки учеников кто-то кричал, кто-то показывал пальцем вверх, а кто-то, возможно, звал её по имени.

Ати закрыла глаза, всем телом ощущая стремительный поток ветра. Пальцы, словно играя на невидимой арфе, перебирали крошечные струи воздуха. Платье развевалось, ноги выпрямились, а волосы метались вокруг лица, как живые.

Ученики зажмурились, ожидая худшего. Лишь Мирослава стояла спокойно, не отводя взгляда она знала: Атанасия не упадёт. Не может быть иначе.

Ати распахнула глаза. Руки сжались в кулаки, пальцы нащупали тонкие нити ветра, те самые, что можно было удержать, пусть и хрупкие, как сама жизнь.

Падение вдруг замедлилось. До земли оставалось каких-то пару десятков метров. Воздух стих, перестал шуметь в ушах теперь он пел.

Чисто, словно играл мелодию только для неё.

Вокруг серебристые нити, тянущиеся из её ладоней. Под ногами переплетенная сеть, похожая на сотканные ступени. Крутые, неустойчивые, но почти настоящие.

Она ступила осторожно. Нити мягко поддержали. Падение превратилось в плавный полет. Она медленно опускалась, как сама Создательница Аура, спускающаяся к смертным.

Её босые пальцы коснулись земли ни воздуха, ни звёзд, как казалось вначале, а чёрной, тёплой почвы. Чернозём, усыпанный белыми семенами, поблёскивал под светом невидимого солнца. Неужели Аура и Создатель Земли действительно так связаны, что их силы сливаются в одно?

Сделав третий круг по священному периметру, Ати остановилась. Перед ней раскинулся слой раскалённых углей грань между землёй и огнём. Ноги дрожали, ладони сжимались, стараясь удержать разлетающиеся нити, как пушинки одуванчика.

Моросящий дождь, что пришёл вместе с ней, не остудил жар углей. К счастью, вскоре он закончился.

Атанасия проходила по кругу боли больше не было. Пламя, лениво дремавшее в углях, вдруг ожило: длинными змеями оно поднялось и обвилось вокруг неё. Сначала неохотно, потом всё плотнее, всё горячее.

Ощущение жара становилось осязаемым.

Она взмахнула руками и огонь послушно двинулся за ними.

Пламя будто желало танцевать. Противиться такому оказалось невозможно. Так начался её танец танец с пламенем, чистым и ярким.

Огонь раскалялся, расцветал и сжимался, то вспыхивая, то тускнея, словно чернила на кисти искусного каллиграфа. Он делился на сотни и тысячи едва заметных нитей и искр, в свете которых танцовщица миниатюрно играла пальцами, поднимала руки над головой и резко опуская их вниз соединяя огонь в устрашающий поток.

Она танцевала в полной тишине. Песня была без слов, только мелодия дыхание самой стихии пришла на ум. Ати замучала музыку понятную только для себя. Любая ошибка могла стоить жизни, но такие мелочи Атанасию не волновали. Впервые за всё время она чувствовала, как её кровь пылает вместе с огнём, с той самой смертельной силой, что жила в глубине вен.