Полнолуние рядом с тобой

Часть 24-2.

Саманту трясло, как никогда в жизни. Все мутнело перед глазами, она с трудом переставляла ноги. Страх за Трэвиса подгонял ее вперед, но она не знала, что ждет ее. Каким он ее встретит…

Волк есть волк. Как бы сам Трэвис к ней не относился, он становился диким зверем, чуть на малую долю сохранявшим разум. И потому Сэмми было очень страшно. Но она не могла оставить Трэвиса одного.

Поляна возникла на ее пути неожиданно, Сэмми едва не споткнулась, очутившись на открытом пространстве. Она осторожно отошла к ближайшему дереву, села на корточки, прислонившись к стволу спиной, и принялась ждать.

Зарядил дождь. Тихий, небольшой. Он казался печальным отголоском трагичных событий. Сэмми вспомнила, как умер ее дедушка. Она смотрела на него, лежащего в гробу, и не могла поверить, что ничего больше нельзя сделать. Что руки его навсегда останутся холодными и застывшими, а глаза – закрытыми. Что ее любимый дедушка ушел от нее навсегда…

Она не знала, почему вспомнила об этом, но дождь тихо и грустно шелестел меж рыжеющей листвы, и слезы невольно навернулись на глаза Саманты. Ей было невыносимо оставаться одной, и она встала, разминая затекшие ноги. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь шумом дождя. Сэмми сделала несколько шагов по поляне, и на ее кроссовки тут же налипла грязь. Повсюду грязь, холод и темень.

Холодная осенняя ночь опустилась на лес, который по-прежнему не принимал Сэмми. Трэвиса не было, он бегал где-то во тьме, в обличие волка. Голодный, усталый и озлобленный. И только девушка ждала его здесь, в пустоте. На его счастье – или ее погибель.

Саманта снова села у дерева. Она знала, что находиться здесь опасно для жизни, но не могла уйти. Она ему обещала, обещала помочь, обещала быть рядом всегда.

Ее куртка промокла, джинсы противно облепляли ноги, в кроссовках хлюпала вода. Сэмми провела холодными пальцами по волосам и вздохнула. Напряжение сумасшедшего дня отпустило, но без него ей не уйти. Где же ты, Дойл…

Она не знала, сколько просидела под деревом, но очнулась, когда раздался шорох в зарослях. Волк еще не вышел на поляну, а Саманта уже знала – он там.

Наверное, нужно было убежать, но она не могла, даже если бы очень захотела. Ноги девушка онемели от холода, а в груди все сдавило, будто от свинцовой тяжести. Сейчас он покажется ей на глаза…

Медленно, словно в замедленной съемке, волк вышел из зарослей. Его глаза горели желтым светом, он не спеша переставлял большие лапы. Серо-черная шерсть чуть поблескивала в лунном свете.

Волк не отрывал взгляда от девушки, съежившейся на застывшей от холода лесной поляне. Сэмми не представляла, о чем думает сейчас зверь. Хочет напасть на нее? Убить? Съесть? Или же нет…

Волк по-прежнему осторожно приближался к ней, прекрасный и страшный одновременно, и Саманта вдруг перестала бояться. Она поднялась на ноги и медленно пошла навстречу зверю.

Они замерли в шаге друг от друга. Волк не скалился, но взгляд его нельзя было назвать доверчивым. Зверь и человек неотрывно смотрели друг на друга.

Сэмми казалось, что весь мир застыл в этот миг и исчез. Для нее существовал только этот волк, глаза которого, казалось, проникали в самую ее душу. Она отчаянно хотела дотронуться до него, до этой чудесной серебристой шерсти, до влажного носа. Провести бы ладонью по его загривку… Похлопать по впалому боку. Коснуться острых ушей.

Она сама не заметила, как протянула руку. Волк чуть заворчал, но Сэмми не слышала этого. Точно во сне, она тянула пальцы к нему, умирая от желания прикоснуться к его жесткой теплой шерсти.

И вот ее рука достигла цели. Волк вздрогнул и зарычал, но Саманта не отрывала от него взгляда.

 - Тише – прошептала она. – Тише, милый… Я тебя не обижу. Иди же сюда…

Волк, будто понимая ее слова, осторожно шагнул к ней и… уткнулся холодным носом в ладонь Сэмми. Она замерла, не веря, а потом едва заметно провела кончиками пальцев по его морде. Красивый… Прекрасный дикий зверь. Неужели это он?... Трэвис.

В этот момент на поляне стало почти темно, луна скрылась за толщей облаков. Сэмми невольно подняла глаза к небу, а потом едва не лишилась чувств от раздавшегося вопля.

Это уже был не звериный рык – это был крик. Только человеческий ли? Рокот волка прорывался сквозь голос парня, а перед Самантой словно чернильной кляксой расползался сгусток тьмы, внутри которого что-то копошилось и кричало.

Она сжалась в комок и боялась пошевелиться, не зная, что произойдет в следующий момент. Ее мир, привычный и уютный, исчез. Осталась только холодная осенняя ночь, темный лес и жуткое существо перед ней, которое меняло свой облик в гротескном калейдоскопе.

Внезапно крики стихли. Тьма как будто рассеялась, и Саманта различила очертания человеческого тела, распростершегося перед ней на земле. Трэвис – а это был, без сомнения, он – тяжело, с присвистом, дышал, голые плечи его были покрыты потом, несмотря на царивший вокруг жуткий холод.

Страх мгновенно слетел с Саманты. Она бросилась к парню и положила руки на его плечи, влажные, но горящие каким-то жутким странным жаром.

- Трэвис… - почти прошептала она. – Ты меня слышишь? Это я, Сэмми… Я пришла к тебе. Очнись, пожалуйста!