Поломанный Взор

Глава 7: Вне закона и света

Лиса проводила взглядом стремительные тени, исчезающие в багровом мареве горизонта. Мощные взмахи драконьих крыльев еще долго отдавались вибрацией в её груди, но в деревне Айвис повисла тяжелая, почти постыдная тишина. Вариан, перед тем как окончательно обратиться в кобальтовую молнию, бросил на край стола полоску плотной черной ткани.

— Скрой это, — его голос тогда прозвучал без тени тепла. — Пока ты не научишься контролировать поток, твой свет для Ловчих — как маяк в безлунную ночь.

Старейшина не стала дожидаться, пока Лиса придет в себя окончательно. Она просто повернулась спиной, постукивавая посохом по деревяному настилу.

— Ты слышала воина-дракона, — бросила старуха, не оборачиваясь. — У них своя война на Линии Огня. Тень наступает на всех фронтах, и их чешуя — единственное, что еще не дает небу окончательно почернеть. Они защитили тебя по Пакту, вырвали из лап Ловчих, но на этом милосердие закончилось. Мы не станем рисковать корнями Арбории ради одной девчонки, чей взор — сплошное недоразумение.

Лиса медленно поднялась с кровати. Гнев, чистый и обжигающий, как то самое драконье пламя, выжег в ней остатки страха.

— «Не будем нянчить ребенка»? — повторила она, и её голос, низкий и вибрирующий, заставил одну из младших травниц вздрогнуть. — Вы, почтенные хранители, кажется, путаете неосведомленность с беспомощностью.

Она сделала шаг к старейшине. Левый глаз Лисы сиял нестерпимым серебром, выхватывая из полумрака хижины малейшие изъяны на лицах присутствующих.

— Твое серебро — это Взор Истины, — сухо бросила старуха, обернувшись. — Магия целительства, защита, свет, способный изгонять скверну. Это дар твоей матери, великой целительницы. Но пророчество говорит о другом. Оно говорит о Золотом Драконе, чья сила не созидает, а разрушает миры до основания. И твой карий глаз... этот мертвый провал... он слишком похож на начало конца.

— Хватит! — в хижину вбежал Элиан. Его лицо было бледным, а руки дрожали от ярости. — Вы не можете просто выставить её! Она едва выжила! Старейшина, Айвис всегда был приютом для тех, кто несет Искру. Мы должны защитить её, обучить...

— Мы защищаем Этерис, Элиан, — отрезала женщина. — А она — магнит для Тени.

Лиса посмотрела на Элиана. В его глазах было столько искреннего отчаяния, что на мгновение ей захотелось остаться. Но слова о «разрушительной силе» и холодный прием деревни отрезвили её лучше ледяной воды.

— Я в своем мире с двенадцати лет жила в седле, — Лиса резко выхватила повязку со стола. — Я ломала кости, усмиряла зверей весом в полтонны и хоронила близких в полном одиночестве, пока вы тут ждали спасения от пророчеств. Мне не нужна нянька. И приют, где меня боятся, мне тоже не нужен.

Элиан попытался сделать шаг к ней, но Лиса жестом остановила его. Она плотно прижала повязку к левому глазу, завязывая узел на затылке. Мир мгновенно стал плоским, лишился сияния магических потоков. Осталась только твердая древесина под ногами и запах дождя.

— Уходи на восток, к Опаленным Пикам, — холодно добавила старейшина. — Там твоя кровь, там твои вопросы. Драконы улетели сражаться, а тебе придется сражаться за саму себя. Здесь ты больше не гостья. Ты — цель.

— Я поняла, — выдохнула Лиса. — Я уйду. И поверьте, когда я доберусь до Пиков, я сделаю всё, чтобы мой «пустой» глаз никогда больше не взглянул в сторону вашей деревни.

Она вышла на открытую платформу. Жители провожали её молчаливыми, испуганными взглядами. Лиса подошла к краю подвесного моста и начала спуск по спиральным лианам. С каждым метром вниз воздух становился всё тяжелее, а звуки деревни — всё тише.

Когда её подошвы коснулись влажного, пружинистого мха подлеска, она поняла: Тень уже знает, что она осталась одна. И теперь у неё был только один шанс выжить — перестать быть добычей.

Из густых зарослей папоротника, в десяти шагах от неё, блеснули два знакомых синих огня. Черная кошка, чью метку она носила на плече, ждала её в сумраке.