Поломанный Взор

Глава 10. Медь вместо позолоты

Академия Горна не встречала гостей фанфарами. Вместо музыки их приветствовал скрежет металла о металл и удушливое марево раскаленного железа. Это была не просто школа — это был гранитный кулак, вбитый в недра Железных Гор. Черные стены, оплавленные дыханием древних драконов, казались немыми свидетелями тысяч смертей, а над воротами, словно приговор, застыл герб Пакта: сжатая кисть, пронзенная молнией.

У врат их ждал лишь один человек — сержант Крог. Огромный, как обломок скалы, он сидел на массивном табурете, лениво полируя клинок.

— Опять пополнение из Арбории? — пробасил он, не поднимая головы. — Лес присылает нам либо сырые дрова, либо тех, кто бежит от собственной тени. Ну, выкладывайте, что притащили, кроме своих перепуганных рож.

Элиан шагнул вперед. В его серебряных глазах вспыхнуло чистое сияние — Искра Этериса. Он протянул сержанту их пригласительные жетоны. Тонкая чеканка с гербом Айвиса блеснула на солнце, напоминая о доме, который остался далеко позади.

— Элиан из Айвиса. Пришел служить Пакту, — твердо произнес он.

Крог наконец поднял голову. Он грубо выхватил пластины из рук парня, едва взглянув на них, и небрежно бросил в грязный кожаный мешок у своих ног.

— Забудьте про эти побрякушки, — хмыкнул он, оценив уверенную хватку Элиана на древке копья. — Здесь ваши имена и заслуги предков стоят меньше, чем огарки свечей. Искра у тебя чистая, лесовик. Но здесь копьем махать умеет каждый второй баран. А как ты держишь удар?

Без предупреждения Крог нанес резкий боковой удар тренировочным шестом. Воздух свистнул. Элиан среагировал инстинктивно: перехватил древко обеими руками. Глухой удар сотряс воздух, парня отбросило на пару шагов, но он устоял.

— Жить будешь, — буркнул Крог и перевел тяжелый взгляд на Лису.

Она стояла чуть поодаль, сутулясь, чтобы скрыть очертания фигуры под свободной курткой. Коротко стриженные рыжие волосы были испачканы дорожной пылью, а повязка на левом глазу добавляла её облику суровости побитого жизнью юнца. Правый глаз — карий, глубокий — смотрел на сержанта с вызовом.

— А это что за недобиток? — Крог поднялся, закрывая собой солнце. — Где второй глаз, малец? Оставил в кустах, когда удирал от Ловчих? И почему глаз карий, как грязь под ногами? Ты что, полукровка? Где твоя Искра?

— Мои глаза — моё дело, сержант, — голос Лисы прозвучал хрипло и низко, она старательно приглушала женские нотки. — А повязка помогает лучше видеть тех, кто заходит со спины. Проверять наличие Искры будете или продолжим болтать?

Крог прищурился. Его раздражала эта дерзость.

— В Горне не любят секретов. И не любят дохляков. Ты выглядишь так, будто тебя переломит первый же порыв горного ветра.

Он замахнулся — быстрее и жестче, чем с Элианом. В этот миг Лиса почувствовала, как между лопатками, там, где под рубашкой скрывалась Метка Кошки, разлился колкий, ледяной жар. Время словно вязло в густом меду. Мышцы спины напряглись с противоестественной силой.

Лиса не стала блокировать. Она сделала резкий кошачий нырок под шест, сокращая дистанцию. Используя инерцию самого Крога, она коротким движением плеча толкнула его в бедро, одновременно подсекая опорную ногу.

Сержант не упал, но заметно покачнулся, сделав неуклюжий шаг в сторону. В воздухе повисла опасная тишина. Элиан замер, побледнев за спиной подруги.

— Увертливый, значит? — Крог медленно выпрямился, и на его лице появилась пугающая ухмылка. — Спортивная закалка? Лошадей гонял? У нас тут тоже любят гонять... только людей до кровавого пота.

Он подошел вплотную к Лисе, обдав её запахом табака и старой кожи. Она не отвела взгляда, хотя Метка на спине горела так, будто к коже приложили раскаленное клеймо. Крог не чувствовал в ней привычной Искры Этериса, но от этого парня веяло чем-то чужим и опасным.

— Слушай сюда, малец. Мне плевать, какого цвета твои глаза и чью кровь ты носишь. Здесь ты — никто. Ты — мясо, из которого мы либо выкуем сталь, либо которое сгниет в первой же канаве.

Он выхватил из-за пояса два грубо отлитых медных жетона и швырнул их рекрутам. На металле не было гербов — только порядковые номера.

— Это — ваши новые имена. Четвертая казарма. Через пять минут перекличка. Если опоздаете — будете драить выгребные ямы до следующего полнолуния. Пошли прочь!

Когда они отошли на достаточное расстояние, Элиан шумно выдохнул, судорожно сжимая в руке холодную медь.

— Ты с ума сошла? Подсекать сержанта в первый же день? Лиса, если он поймет, кто ты...

— Для него я — наглый пацан, который умеет стоять на ногах, — отрезала она, чувствуя, как Метка на спине постепенно остывает, оставляя после себя странную пульсацию. — Он забрал наши «билеты в жизнь» и дал эти железки. Он просил показать, что я умею. Я показала. В моем мире тренеры не прощали даже секундной слабости.

Они вошли в огромный двор. Гул голосов, звон металла и тяжелый топот сотен ног давили на уши. Лиса чувствовала на себе сотни оценивающих взглядов. Она поправила ворот куртки, скрывая шею, и сильнее сжала рекрутский жетон.

Началась игра, где ставка — не кубок на соревнованиях, а сама жизнь. И в этой игре её главные козыри были скрыты под повязкой и грубой тканью рубахи.