Поломанный Взор

Глава 23. Осколки Искры

Темнота пещер была живой и ядовитой. Грохот обвала всё еще отдавался в ушах, а пыль мешала дышать, но у выживших не было времени на передышку.

Тор и Никс оказались зажаты в узком туннеле. Тени лезли из каждой щели, бесформенные и быстрые. Тор едва успевал отбиваться мечом, но Никс... Никс работал так, будто всю жизнь только и делал, что зачищал гнезда бездны. Его движения были лишены ученической неуклюжести; короткий клинок в его руках танцевал, вонзаясь точно в пульсирующие ядра тварей.

— Ты... ты где так наловчился? — выдохнул Тор, разрубая одну из теней пополам. — Ты же на тренировках падал от собственного чиха!

Никс увернулся от когтистой лапы и резким движением вогнал нож в основание шеи монстра.

— Приходится быть плохим актером, когда на кону жизнь, Тор, — бросил он, не оборачиваясь. — Слушай внимательно, пока нас не сожрали. Я рассказал Рейну про Золото, потому что это был единственный способ заставить его действовать.

— Ты сдал её?! — взревел Тор, едва не пропустив удар.

— Я спас её! — отрезал Никс, прижимаясь спиной к плечу Тора. — Я участник компании тех, кто тайно ищет наследие Кайроса. Мы верим, что Искра Жизни — это не разрушение, как вдалбливает Совет, а единственное спасение Этериса. Рейн и Владыка — на нашей стороне, хоть они и скованы клятвами. Я не выдал её тайн, Тор. Ни про женщину, ни про остальное. Но сильным мира сего нужны были доказательства, что Искра проснулась. Теперь прикрой меня, их становится больше!

Тандем хищников

Лиса очнулась от резкой боли. Она сильно ударилась головой, и теплая струйка крови уже заливала левую щеку. Повязка, пропитавшись красным, сползла, и Лиса сорвала её окончательно. Теперь она видела всё.

Твари обступили её, чувствуя запах крови. Но они не знали, с кем столкнулись. Стоило Лисе сосредоточиться, как её Серебряный взор вошел в резонанс с Меткой Кошки на её теле. Это не было магией заклинаний — это был инстинкт высшего хищника.

Мир для Лисы замедлился. Она видела потоки магии внутри Теней так же четко, как вены на руке. Серебряный взор подсвечивал уязвимые точки, а звериная реакция Метки позволяла наносить удары быстрее, чем твари успевали сообразить. Лиса двигалась текучей, пугающей грацией, вырезая Теней одну за другой. Кулон на груди вибрировал, впитывая излишки этой бешеной энергии, не давая силе Взора выжечь саму Лису изнутри.

Она прорывалась сквозь лабиринт, пока не влетела в широкий зал, где пахло озоном и жженой плотью.

В центре зала, среди груды поверженных теней, лежал Рейн. Его доспехи были исцарапаны, плащ пропитан кровью, а сам он, бледный и неподвижный, всё еще сжимал рукоять меча. Новые твари уже тянули к нему свои когти, чувствуя, что Судья на пределе.

— Пошли вон! — голос Лисы сорвался на рык.

Она выплеснула Серебряный взор чистой волной, создавая вокруг себя и Рейна сияющий купол. Сырая сила, не сдерживаемая ничем, гудела в воздухе, заставляя Тени отпрянуть.

Лиса упала рядом с ним на колени. Рейн дышал тяжело, рвано. Его глаза приоткрылись, мутным взором он узнал её, но сил на слова не осталось. Лиса видела глубокие раны на его груди и понимала — он уходит.

Она дрожащими руками сорвала с шеи кулон. Вариан учил её, что этот артефакт бережет её жизнь, перерабатывая силу.

— Живи, — прошептала она, надевая цепочку на шею Рейна.

Как только камень коснулся его кожи, Лиса замерла в шоке. Кулон, который всегда был просто зеленым маминым оберегом, , вдруг вспыхнул. Внутри камня, прямо на груди Рейна, заплясали бешеные, ослепительные сполохи серебра и яркого, живого Золота. Они переплетались в смертельном и прекрасном танце, затягивая раны Судьи и возвращая краску его лицу.

Лиса смотрела на это сияние и не могла поверить: Золото было не в её глазу и не в руках. Оно было в самом сердце её связи с этим миром, и сейчас оно спасало человека, которого она считала своим врагом.