Поломанный Взор

Глава 25. Обет Судьи

Гроты стонали. Древний камень не выдерживал первобытной мощи, которая веками спала в пророчествах, а теперь рвалась наружу через хрупкое человеческое тело. Грохот обвалов сливался с воем магического ветра, а воздух в зале стал настолько плотным от озона, что Тор и Никс едва могли дышать, прижимаясь к стенам и выкрикивая имя Лисы. Но их голоса тонули в серебряном гуле.

Рейн видел, как по её коже, подобно раскаленной лаве под тонким льдом, начинают струиться золотые трещины. Это не было просто магией — золото Этериса, живое и своенравное, переписывало её суть, грозя превратить девушку в пепел. Он рванулся вперед, но невидимая стена жара отбросила его. В этот момент он понял: физической силы не хватит. Если он обернется драконом здесь, своды рухнут мгновенно, похоронив Тора, Никса и саму Лису под толщей горы.

Задыхаясь, Рейн сжал кулон, висящий на его шее. Камень пульсировал в такт его бешено бьющемуся сердцу. Закрыв глаза, он обратился к самой сути своей связи с Этерисом, посылая ментальный крик через пространство и время.

— Вариан! — его голос ворвался в сознание наставника подобно удару молнии. — Помоги спасти Лису! Как ты её успокаивал?! Кулон... он у меня, Золото живое, она выгорает!

— Ах ты ж... я тебе крылья переломаю! — яростно ответил Вариан. — Времени нет! Слушай: Золото — это жизнь, но оно манит её в ложное тепло. Ей нужно настоящее, человеческое тепло! Верни её, или Этерис потеряет своё сердце.

Рейн, стиснув зубы от боли, пробился сквозь статический барьер. Каждый шаг давался с трудом, кожа горела, но он дотянулся до её сознания.

«Лиса... пожалуйста, вернись к нам», — прошептал он, и этот шепот, подкрепленный силой кулона, разрезал золотой туман в её голове.

«Так холодно...» — донесся до него её далекий, отрешенный голос. — «Я устала. А здесь... здесь так тепло».

— Да, я понимаю, — Рейн видел, как багровые отсветы Эребуса всё ещё пытаются зацепиться за её разум. — Но ты сгоришь, Лиса. Пожалуйста, остановись. Ты сильная девочка, ты справишься.

«Я не хочу. Сейчас мне спокойно. Впервые за долгое время... тепло».

— Подумай о тех, кто ждет тебя! О близких!

«У меня никого нет», — её голос отозвался такой щемящей пустотой, что у Рейна перехватило дыхание.

Вокруг начали рушиться огромные сталактиты. Тор в отчаянии кричал где-то в дыму: «Лиса! Лис, выходи!»

— А как же друзья? — Рейн почти кричал в её мыслях. — Тор... Элиан... Никс!

«Никс предатель...» — в этом ментальном вздохе было столько горечи, что золото в её венах на миг потускнело.

— Нет! Он хочет спасти тебя. Мы все хотим! Посмотри на нас!

«Нет, я одна. Я всегда была одна. Я просто устала бороться, Рейн».

— Даже Вариан... старый ворчливый дракон, который никого не любил, видит в тебе дочь! Ты не можешь его бросить!

«Тут такой теплый огонек, Рейн...» — она словно тянулась к самой сути Искры, не осознавая, что это её гибель.

— О, я вижу этот огонек, поверь... — Рейн уже стоял в шаге от неё, его одежда дымилась. — Но это не просто пламя. Лиса, вернись к нам! Ты больше не одна. Ты просто ещё ничего не знаешь...

Сияние притихло, становясь менее агрессивным, но всё ещё грозящим взрывом.

«Я не нужна... я поломана», — её голос дрожал. — «Этерис слишком суров для таких, как я».

— Ты нужна! — Рейн вложил в эти слова всю свою волю Судьи. — Ты нужна друзьям, Вариану... Да всему этому проклятому Этерису! Ты — та, кто его изменит. Ты его полюбишь, я обещаю!

«Я не смогу...»

Ты больше не одна! — закричал Рейн. — Я даю тебе слово: я буду стоять за тебя до последнего вздоха!

«Как я могу верить?..»

— Я — главный каратель за ложь в этом мире. Ты можешь мне верить. Я даю тебе слово!

В ту же секунду ослепительный свет схлопнулся. Золото не исчезло — оно мягко ушло вглубь, затаившись в самом сердце. Серебряный пожар погас. Лиса, лишенная сил, рухнула вперед. Её глаза были плотно прикрыты, и теперь в них не светилось ничего, кроме глубокой тьмы истощения.

Рейн подхватил её, бережно закутав бледную красавицу в остатки своего тяжелого плаща. Рыжие волосы разметались по его рукам. Воцарилась тишина, прерывая лишь осыпанием камней.

— Нам нужно уходить. Срочно, — Рейн поднял голову, глядя на Тора и Никса. — Своды долго не продержатся.

— В Академию Горна ей нельзя, — подал голос Никс, быстро переводя взгляд с Лисы на выход. — Судья, если Совет увидит её в таком состоянии... или узнает, что скрывал «рекрут Лис», её казнят на месте. Моя родина, Дальние Леса. Там есть места, где магия природы скроет её след, и там её смогут выходить.

Рейн крепче прижал к себе Лису. Выбора не было.

— Веди, Никс. И молись, чтобы твои Леса оказались достаточно надежными.