Полосы Аффармата Альбы

Последствия оборота

Зарина и Фар

Короткий звонок в дверь разбудил Зарину. Набрасывая халат, она отыскала ногами тапочки и побрела в прихожую, ворча:

- Воскресенье же, кому я в такую рань нужна…

Звонок повторился. Коротко, деликатно, но настойчиво.

- Кто? – зевая и прикрывая рот ладонью, спросила девушка.

- Полиция. Откройте, гражданка Горлова.

Сонливость как рукой сняло с Зарины. Смотровой глазок ничего не показал – закрыли, что ли? Она было шагнула назад, чтобы убежать, спрятаться в спальне, как делала в детстве, когда пьяный отчим, уже разведённый с мамой, ломился в квартиру.

Но тут же опомнилась, сообразила – не тот случай. Полиция способна выломать двери или окна, но добиться своего. По телевизору не раз показывали такие вторжения для захвата преступников. Она не преступник, ей скрывать нечего.  Надо подчиниться.  Если там полиция, конечно.

- Сейчас, - крикнула Зарина, плотно запахивая халат и завязывая пояс.

Замок послушно щёлкнул, дверь отошла на длину цепочки.

- Ой!

Перед ней высился тёмный железный щит, похожий на крышку гроба с прозрачным оконцем. Над ним - в круглых шлемах, как у космических роботов – торчали четыре головы. На их плечах лежали стволы ружей. За ними белели лица двух парней из бригады Сидорова, а завершали построение гостей морды самого Николая, пухлого мужика в очках и полицая в высокой фуражке. Тот, видимо, начальник, негромко сообщил девушке:

- Не пугайтесь. Мы за тигром. Где вы его прячете?

- Ой! За тигром?

 Зарина прикрыла руками вспыхнувшие жаром щёки. Мысли её лихорадочно заметались, забились, словно попавший меж двух рам воробей. Обречённо, истерично, как тот воробей, обманутый прозрачностью стёкол: «Тигр, тигрик, они за ним пришли! Это Колька, тварь, это он их привёл! Выследил, подкараулил! Что делать, что делать?!»

 Старший полисмен, видя её смятение, продолжил:

- Вам ничего не грозит, мы только усыпим тигра.

В жалкой попытке спастись, отвести беду, Зарина замотала головой:

- Нет здесь никакого тигра, и не было!

- Он здесь, - тихо и настойчиво, как осведомлённый человек, полицейский дожал её фактами, - у нас есть видео, как вы ночью зашли с ним. Привезли на машине и открыли дверь в подъезд. Так что не надо запираться. Откройте дверь полностью, впустите нас, укажите, где тигр. И мы его усыпим. Быстрее, гражданка Горлова. Не усугубляйте свою вину.

- Нет, нет! – отрицательно мотала головой девушка, отступая вглубь квартиры.

Не могла она предать тигрика, не могла!

Чтобы эти звери выстрелили в него снотворным, которое совсем не безвредно? Чтобы спутали его лапы грубыми верёвками, волоком стащили по лестнице, ударяя головой о каждую ступеньку? А потом втащили в холодную «Газель», сбросили у ветстанции, на грязном брезенте заволокли в грязную клетку, которая навсегда станет тюрьмой?

- Нет, нет, нет!

Зарина отступала, а захватчики, выстроенные свиньёй, как тевтонские псы-рыцари, уже перекусили цепочку, распахнули дверь и шли на неё, прячась за щитом. В коридоре девушка стала насмерть - раскинула руки и крикнула:

- Не пущу! Стреляйте, но не пущу!

- Да что вы с ней церемонитесь, - гаркнул подонок Сидоров, отталкивая щитоносцев и своих снайперов вбок, хватая Зарину и скручивая ей руки наперекрест.

- Тихо! – гневным шёпотом окоротил его полицейский в фуражке.

Толкая Зарину перед собой, Сидоров мелкими шагами шёл к большой комнате. Четвёрка спецназа двигалась следом, держась за щитом. Слыша их движение за спиной, Зарина крикнула сквозь бессильные слёзы:

- Скоты, как вам не стыдно!

- Вы сами виноваты, - всё тем же негромким голосом резюмировал старший полицейский.

- Не вопи сучка, - прошипел ей в ухо Сидоров, воняя перегаром. - Где тигр, в какой комнате?

И тут всё изменилось.

Распахнув дверь ванной комнаты, в коридор шагнул высокий, худой парень, обмотанный по бёдрам полотенцем. Будь его формы крупнее, объёмистее, такого вполне можно было отправлять на конкурс бодибилдеров, так точно и резко прорисовывались мышечная анатомия под тонкой светлой кожей. Но и без того знаток понял бы, что силы в жилистом теле таится много.

Мокрые волосы на голове, груди и «тёщиной дорожке», идущей в паховую область, выглядели светлыми. Европейский тип лица с высоким лбом, ясными жёлтыми глазами слегка отдавал в монголоидность. Но лишь за счёт скуластости, слишком заметной из-за худобы. Свет с потолка рисовал тени на впалых щеках, характерные для мультяшных татар или Кащея.

Этот жилистый парень метнулся к Сидорову, двумя стремительными ударами в голову сбил того, подхватил Зарину, задвинул за спину и повернулся к спецназовцам, укрытым щитом. Как ему удалось, не понял никто, но по факту этот ловкач уперся лопатками в косяк большой комнаты, взбежал – только ногами! – по щиту. Оказавшись над полом, он распрямил их.

Толчок, конечно, не свалил монолитную четвёрку спецназовцев, но выпихнул назад, в прихожую. Те, обозлённые, уже готовы были отбросить щит и вломить хаму по первое число, но старший трезво оценил ситуацию и гаркнул в полный голос:

- А-а-атставить! Всем стоять! Произошла ошибка. Гражданка Горлова, подтвердите, что у вас нет дома тигра! А вы, гражданин, представьтесь. И документ предъявите!

Голый парень, полотенце с которого свалилось на пол ещё в броске к Сидорову, недоумённо уставился на полицейского в фуражке. А Зарина вдруг метнулась в большую комнату, крикнув парню:

- Погоди, ничего не делай!

Все участники вторжения и обороны застыли на местах не хуже актёров в финале «Ревизора». Лишь Николай Сидоров, постанывая, поднимался на ноги. Свороченный набок нос и два потёка, замаравшие низ лица красным, говорили о силе и точности ударов. Из-за спины спецназовцев и снайперов пыхнула вспышка, побудившая фуражконосца обернуться:

- Ломакин, прекратить съёмку! Не видите, ошибочка у вас с Колькой вышла.