Полосы Аффармата Альбы

Группа захвата и другие

Николай Сидоров

 Если бы не настойчивый нажим редактора газеты, Фёдор Фрязин, заместитель начальника полиции, отказался бы от операции. Видеокамера Ломакина, особенно, на большом экране, чётко показывала тигра, перебегающего из джипа ветврача Горловой в подъезд её дома.

Пробив номер машины по базе, Фрязин убедился – Сидоров не врёт. Джип Патроль принадлежал Зарине Горловой.  И жила она именно там, где вчера затерялся беглый тигр. Выходит, она его увезла? А через сутки – вернулась и запустила к себе домой?

Фантастика!

Но видеозапись с мобильника и с камеры совпадали в мелочах. Дата и время – тоже. Вряд ли за такое короткое время эти два кренделя успели бы так подготовить дезу. Опять же, найти в городе специалиста по монтажу роликов такого класса – проблема из проблем.

Фрязин колебался, не решаясь признать истину, которая не выглядывала, а в полный рост торчала за спинами Ломакина и Сидорова. Не хватало маленького толчка, чтобы подвигнуть его, полковника полиции, заместителя начальника, безупречного служаку - на самостоятельное и слишком рисковое предприятие.

Тут ведь, кроме очевидных карьерных перспектив, корячился и нехилый облом с оргвыводами в случае пролёта. Захват беглого тигра в спальном районе города, после того как начальник полиции отменил операцию «Перехват» в зверином варианте – это крутизна неимоверная. Не орден, но благодарность и ценный подарок с последующим повышением по должности – железно состоится.

Даже труп тигра зачтётся, как победа.

Но пустой поход за славой однозначно станет провалом надежд на служебный рост. Даже без выговора. Репутацию сокрушит пустой выезд группы захвата, усиленной спецами по усыплению диких тварей.  Тут светит нудный разбор рапорта с объяснением проявленной инициативы. Дурной инициативы, естественно.

А если в ходе провальной операции кто-то пострадает? Недовольные граждане – кто им, обывателям, угодит? – накатают не одну жалобу!  Скандал, разбор полётов у мэра, мстительной скотины, который вот такенный зуб имеет на полицию. Ведро дерьма со страниц газеты, которое лично выльет редактор Ломакин, плотно прикормленный мэрией. Плюха от Прунича и гундение от краевого замполита, сволочи неумирающей, бывшего третьего секретаря обкома комсомола.

- Нет, - твёрдо отказал полковник Фрязин.

- Да, - вскочил Сидоров. – Ты просто не понял, что дело – верняк!

- Вы нас огорчили, господин полковник, своей нерешительностью, - включил нытьё редактор газеты, - а ведь речь идет о безопасности жителей. Представьте, что в следующий раз тигр наткнётся в подъезде на жильца. Что от него останется? Тем более что вчера этот тигру уже нападал, и пострадавший едва жив остался!  Не думаю, что вас похвалят!

Федор Фрязин мысленно застонал: «Какого хрена! И так и этак – вилы! А Прунич не отвечает на телефон!» Он бы выматерился, выгнал и Сидорова и Ломакина из кабинета, не будь сегодня главным по полиции. Шеф, как назло, свалил во Владик на совещание, а сейчас или отключил мобилу или бухал с корешами, забив на входящие.

- Блин! Ну, давайте, ещё раз убедите меня, что брать тигра надо именно сейчас!

**

Яков Ломакин

Замначальника полиции - плотный, под сорок пять лет, с чисто выбритым лицом -  производил впечатление чугунной гири. Такой же тяжёлый, малоподвижный, с невыразительным колхозным лицом. Шея утоплена в плечи. Короткая стрижка обнажает крупные лопухи ушей без мочек.

Толстые пальцы с синей наколкой на пальцах: «Ф-е-д-я». Мятый китель в обтяжку по круглому животу. И большая фуражка, генеральский аэродром – на краю пустого стола. Больше никаких примет, прямо безликий шпион, да и только.

Яков злился на полковника Фрязина, потому что тот не желал признавать аргументы и факты. А тех у Ломакина и Сидорова набралось предостаточно. Один только видеофильм из двух источников мог убедить любого Фому Неверующего в реальности тигра!

А полковника не убеждал.

Он равнодушно отверг предложение позвонить в психоневрологический диспансер и удостовериться, что пострадавший от тигра – пострадал именно у дома ветеринара Горловой. Сутки назад!

- Что вы за упрямец, господин полковник? – возмутился Яков. – Хотите получить неприятности потом, когда будет поздно?

- В смысле? – тупо повернувшись всем телом к редактору, словно волк, уточнил Фрязин.

- В смысле публикаций о людях, которых тигр порвёт, если вы его не отловите сегодня. Представьте, ему в подъезде встретится жилец.  Что от жильца останется?

- Зачем им встречаться? – ещё тупее спросил полковник. – Тигр спокойно отсидится у Горловой или где там ещё, а выпустит она его поздней ночью, когда все будут крепко спать.

- Да? – «Ментовская тупость» поразила Якова до глубины души. – А испражняться тигр где будет? В квартире, на пол?

В разговор включился Сидоров, глупо и бездарно – а разве быдло способно на иное? – понизив интеллектуальную планку разговора:

- Федя, тигр ссыт и срёт, как хорошая корова. Задохнуться можно.

- Не факт, - отмахнулся полковник Фрязин, опять уходя в раздумья.

Ломакин полагал, что в заместителе начальника полиции говорит обычная трусость. Давно известно, а Юлиан Семёнов даже написал в книге, что заместители и помощники, если долго работают под сильным начальником, обретают комплекс нерешительности. Боятся самостоятельных решений. Вот Фрязин и боялся.

Помочь трусу можно лишь хорошенько подтолкнув. Как там говорится в шутке: «Крылья обретаешь после хорошего пинка», так? И Яков подтолкнул полковника:

- Вы хотите, чтобы в газете завтра появилась статья? Как полиция испугалась тигра, а, хорошее название?

- Яков, перестань! – с металлом в голосе окрысился Сидоров. – Федя, не бзди, никаких статей. Тут ведь проблем нет, ты поступи, как участковые делают. По заявлению соседей, типа, увидел кто и накатал телегу. Нашими заявами соседские подстелишь, и всё будет в ажуре.