Польская сюита

Есть в графском парке чёрный пруд...

В пар­ке бы­ло как-то про­моз­гло и хо­лод­но. Впро­чем, ти­пич­ная осен­няя по­года. Ни­каких изыс­ков. Ав­густи­на ёжи­лась, ку­та­ясь в своё ста­рень­кое се­рое паль­то и пря­тала тон­кие ру­ки в кар­ма­нах. Да­ми­ан же, нап­ро­тив, сов­сем не мёрз. Он чуть сму­щён­но и с неж­ностью пог­ля­дывал на де­вуш­ку, за­тем как-то не­уве­рен­но спро­сил:

      — Вы поз­во­лите взять вас за ру­ку?

      — Д-да, — Ав­густи­на слег­ка пок­расне­ла и лас­ко­во пог­ля­дела на муж­чи­ну. Ей ль­сти­ла та­кая за­бота и это изящ­ное веж­ли­вое вни­мание со­вер­шенно нез­на­комо­го че­лове­ка. Де­вуш­ке ка­залось, что он при­шёл из ка­кой-то дру­гой, дав­но ушед­шей эпо­хи. Или же прос­то зас­тыл во вре­мени… Ав­густи­на по­дума­ла вдруг о веч­ной или поп­росту очень-очень дол­гой жиз­ни, как в чи­тан­ном ею не­дав­но «Пор­тре­те До­ри­ана Грея».

      — До­ри­ан Грей, — пов­то­рила она вслух, за­любо­вав­шись арис­токра­тичес­ки­ми чер­та­ми Да­ми­ана.

      — Мне час­то го­ворят, что мы по­хожи, — эхом отоз­вался Ка­мин­ский. — Лю­бите это про­из­ве­дение?

      — Не то что­бы, — по­жала пле­чами Ав­густи­на. — Не­дав­но проч­ла прос­то. А вы?

      — Я на­хожу в этом про­из­ве­дении не­кое оча­рова­ние и оп­ре­делён­ную та­инс­твен­ность, как, впро­чем, и во всех про­из­ве­дени­ях того же сэ­ра Валь­те­ра Скот­та, который мне больше по душе, — от­ве­чал граф, мяг­ко и теп­ло улы­ба­ясь. Его улыб­ка гре­ла ду­шу Ав­густи­ны и на­пол­ня­ла её до­селе не­из­вес­тным све­том.

      — Это кра­сиво, — де­вуш­ка улыб­ну­лась в от­вет.

      — Пра­во, вы пер­вая из мно­гих сво­их сверс­тниц, кто на­ходит мои ре­чи и мыс­ли срод­ни че­му-то прек­расно­му, — Да­ми­ан Ежи как-то меч­та­тель­но пог­ля­дел на со­бесед­ни­цу.

      — Прос­ти­те? — де­вуш­ка воп­ро­ситель­но пог­ля­дела на Ка­мин­ско­го. — Сверс­тниц?

      — Имен­но, — Да­ми­ан мяг­ко улыб­нулся. — Я пре­подаю в Вар­шав­ском уни­вер­си­тете. Ис­то­рию.

      — Как ин­те­рес­но, — де­вуш­ка креп­че сжа­ла его ру­ку.

      — Да, я… — вдруг он пос­мотрел на не­бо, ко­торое пос­те­пен­но за­пол­ня­лось све­том. — О, я сов­сем за­был, у ме­ня се­минар, ах, прос­ти­те, что так пре­рываю на­шу встре­чу. Мож­но ваш но­мер те­лефо­на?

      — К-ко­неч­но, — Ав­густи­на сму­щён­но дос­та­ла из су­моч­ки не­боль­шой ак­ку­рат­ный блок­нот с при­вязан­ным на ни­точ­ку ка­ран­да­шом и быс­тро на­писа­ла за­вет­ные циф­ры, за­тем выр­ва­ла лис­ток и про­тяну­ла Да­ми­ану. — Вот.

      — Я вам на­пишу, пан­на, — Ка­мин­ский спря­тал его в кар­ман паль­то. — До сви­дания.

      — До сви­дания, — Ав­густи­на рас­сме­ялась и в при­под­ня­том нас­тро­ении пош­ла до­мой.
 

***

      Да­ми­ан прак­ти­чес­ки бе­гом вер­нулся до­мой и за­дёр­нул што­ры на ог­ромном ок­не в гос­ти­ной, за­тем то­же про­делал с ок­на­ми в кух­не, спаль­не и ка­бине­те. Он бес­силь­но упал в крес­ло и зак­рыл ли­цо ру­ками. Как же он мог за­быть день сво­ей смер­ти? Прок­ля­тое сол­нце, ещё чуть-чуть, и он был бы на­веки изу­родо­ван. Выш­ние си­лы, ну по­чему, по­чему, это жут­кое со­бытие дол­жно бы­ло сов­пасть с по­яв­ле­ни­ем Ав­густи­ны? Ми­лого, неж­но­го соз­да­ния, ко­торое оча­рова­ло Да­ми­ана с пер­во­го взгля­да.

      Вид­но, прав­ду го­ворят, что не суж­де­но вам­пи­рам быть счас­тли­выми.

      Граф Ка­мин­ский мед­ленно под­нялся и пе­ресел за ро­яль. Ав­густи­на буд­то бы­ла оп­ле­тена ка­кой-то неж­ной, нем­но­го пе­чаль­ной и очень про­ник­но­вен­ной ме­лоди­ей. Но ка­кой? Он до­воль­но смут­но пом­нил эти прек­расные зву­ки. А ведь они яв­ля­ли со­бой це­лое про­из­ве­дение дли­ною в жиз­ни юной пан­ны.

      — Поль­ская сю­ита, — про­шеп­тал Ка­мин­ский в нас­ту­пив­шей ти­шине. — Моё от­ра­жение От­чизны.

      Его паль­цы са­ми лег­ли на кла­виши и сыг­ра­ли нес­коль­ко пер­вых нот. Да­ми­ан тут же по­тянул­ся к нот­ной бу­маге и за­писал на ней нес­коль­ко чёр­ных ак­ку­рат­ных знач­ков, за­тем под­пи­сал свер­ху наз­ва­ние бу­дуще­го про­из­ве­дения. Вам­пир за­мер, вслу­шива­ясь и пы­та­ясь отыс­кать про­дол­же­ние ме­лодии, и в нас­ту­пив­шей ти­шине он ус­лы­шал мед­ленный, но уве­рен­ный стук собс­твен­но­го сер­дца.

      — Как? — удив­лённо и бла­гого­вей­но сор­ва­лось с его губ. — О чу­до…

      Да­ми­ан Ежи Ка­мин­ский-Де­лонг впер­вые в жиз­ни был по-нас­то­яще­му оча­рован. По-нас­то­яще­му влюб­лён.