Полуночный стук

Глава 4: Погружение

Мила проснулась резко, как будто что-то выдернуло ее из тревожного сна. Комната была окутана тьмой, прорезаемой лишь тонкими полосками уличного света, проникающего сквозь шторы. Лед прошелся по ее телу: холодный пот пропитал майку и липко прилипал к коже. Она поднялась, ощущая непривычную тяжесть в голове, и направилась в ванную. Бросив на себя быстрый взгляд в зеркало, Мила скривилась от вида темных кругов под глазами и болезненной бледности лица, которое в свете лампы казалось чужим. Она легла уже под утро и не могла уснуть, ворочаясь и размышляя о произошедшем.

Ополоснув лицо холодной водой, она почувствовала, как ее мысли проясняются, хотя тревога оставалась — тревога, расползающаяся в голове, как предчувствие чего-то еще не случившегося, но неизбежного. Синди. Вчерашний странный разговор с ней внезапно всплыл в памяти. Слова соседки — «Увидишь черные глаза, не открывай дверь» — эхом звучали в ее разуме, пока Мила всматривалась в свое отражение. «Это действительно происходит?» — тихо пробормотала она, но ощущение неправильности не отступало.

Возможно, Синди уже вернулась домой, она решила это проверить. Одевшись, быстро и нервно застегивая пуговицы, Мила накинула пальто на одну только майку, наспех засунула босые ноги в кеды и вышла из квартиры. Коридор был полон затхлого запаха старого ковра и пустоты. Она постучала в дверь Синди, ожидая увидеть хотя бы слабый свет из глазка. Но тишина была абсолютной. Ее дыхание замерло, пока она стояла перед дверью, ожидая хоть какого-то отклика. Никакого шороха, ни звука. Никто не открыл и не подошел к двери.

Мила вернулась домой, ее руки все еще слегка дрожали, а в мыслях поселилась вязкая, липкая тревога. Закрыв за собой дверь, она облокотилась на нее, задержав дыхание, словно надеялась, что это прогонит ее внутренний холод. «Как это может быть правдой, что происходит?» — шептала она сама себе. Она была бы рада убедить себя, что это было просто странное совпадение, случайный разговор, но таких совпадений не бывает. Это просто невозможно.

Сев за ноутбук, Мила открыла браузер и ввела в поисковую строку слова: «дети с черными глазами». На экране тут же высветились десятки ссылок — статьи, заметки, форумные обсуждения, все о пугающем феномене, ставшем городской легендой.

— Ну что ж, посмотрим, что тут у нас, — Мила сосредоточенно всматривалась в экран.

Она едва успела кликнуть на первую ссылку, как телефон на столе завибрировал, оторвав ее от поиска. На экране высветилось имя подруги, Сары.

— Привет, ты где пропала? — весело спросила та с другой стороны. — Никак не можешь отвлечься от работы, а?

Мила невольно улыбнулась, откинувшись в кресле и вздохнув, словно голос подруги смог ее немного вернуть к нормальности.

— Привет. Я... немного занята, прости, — ответила она, стараясь не выдавать напряжения в голосе. — Мы еще обязательно встретимся, я же никуда не пропаду.

Сара что-то весело пробормотала в ответ, пожелала ей удачи и отключилась, оставив Милу в тишине. Теперь она снова была одна с чередой ссылок и статей, и ее пальцы с замиранием прошлись мышью по страницам, словно каждой новой она приближалась к чему-то значительному, но пугающему.

Через пару минут она нашла статью о первой зафиксированной встрече с черноглазыми детьми — Каннок-Чейз, 1982 год. Читая описание, Мила ощутила, как в голове зашевелились отголоски смутного ужаса. Подросток, который услышал крики, ребенок с черными глазами, и внезапный всепоглощающий страх, заставивший девушку бежать без оглядки... Она вообразила, как эта девочка оборачивается и смотрит на нее своими бездонными глазами, в которых одна лишь темнота.

Слова на экране казались мертвенно-статичными, но то, что они в себе содержали, вызывало в ней болезненный, почти физический отклик. «Полиция не нашла следов». Эта фраза, короткая, но многозначительная, как будто подчеркивала безнадежность попыток рационального объяснения. Мила ощущала, как ее мысли погружаются в темные воды, увлекая все глубже и глубже, к самой сути этой жуткой легенды.

Закрыв ноутбук, она потерла глаза, надеясь прогнать накопившееся за последние часы напряжение. «Все это просто старые истории, не более». Но самообман лишь усилил тревогу, словно ее сознание с каждой минутой сопротивлялось истине, которую ей надлежало познать.

Мила ощутила, как реальность медленно отступает, оставляя за собой пустоту, полную неясных, темных образов, которые расползались, как густая тьма, заполняя уголки ее разума. В голове возник вопрос, так и оставшийся без ответа: «А что если это не просто легенды?»

Но прежде чем ей удалось как следует осмыслить это, взгляд снова упал на экран, где все еще мерцали строки другой истории техасского репортера Брайана Бетела. В 1996 году он столкнулся с этими странными детьми посреди ночи у кинотеатра. Двое подростков, стоявших у его машины, — один говорил, другой молчал, — словно специально подбирали слова, пытаясь пробить его защиту, втереться в доверие.

Мила прекрасно представляла себя на его месте — ночь, тишина и двое детей, чьи пустые черные глаза не отражали ни единого проблеска света. Они просили подвезти их домой, чтобы забрать деньги на кино. Почти также, как и та девочка у машины Милы, слишком похожие истории, чтобы быть совпадением. Репортер, словно завороженный, почти сдался, но что-то удержало его. Его спасло мгновенное осознание: фильм, на который якобы собирались подростки, уже давно начался, а через несколько минут вовсе должен был закончиться. Он понял это и замер, не решаясь взглянуть в их глаза еще раз, но безошибочно ощущая нечто холодное и чуждое, враждебное — то, что таилось за этими детскими лицами.