Полюби меня заново

Глава 4

Мира

Я осторожно раскладывала книги на полки, чувствуя под пальцами холодный переплет и шелест страниц. Сегодня в магазинчике поступила новая поставка, и я была здесь одна – Рита должна была прийти только после обеда, чтобы помочь расставить все до вечера. Тишина вокруг была почти осязаемой, лишь приглушенный звук моих движений и редкие шаги за окном нарушали покой.
Вдруг раздался резкий звонок колокольчика над дверью, и я вздрогнула. В помещение вошёл мужчина в строгом деловом костюме, его взгляд был пронзительным и настойчивым, словно он пытался просверлить меня насквозь. Сердце забилось быстрее, по спине пробежали холодные мурашки.
– Мне нужна Иванова Мира, она здесь. – спросил он сверля меня глазами.
Я не знала этого человека, но он ищет меня.
– Это я. – запинаясь ответила я.
Он усмехнулся с оттенком недовольства и сказал:
– Значит вот ты какая… Девушка, ради которой мой сын от всего отказался.
Его слова прозвучали словно удар, а взгляд продолжал давить, не давая отвести глаз.
– Простите? – я нахмурилась, не понимая, о чем он говорит.
– Не понимаешь? Сережа отказался от всего ради тебя. Устроился простым юристом, зарабатывая гроши. – голос его был наполнен горечью и разочарованием.
– Что за бред вы несете? – резко ответила я, чувствуя, как внутри поднимается буря эмоций. – Мы с ним не виделись около месяца.
Мужчина глубоко вздохнул, устало покачал головой и сказал:
– Я крайне разочарован. Думал, что он одумается, и что он в тебе только нашел.
С этими словами он повернулся и вышел из магазина, оставив меня одну с нарастающей тревогой.
Я опустилась на пол, не в силах удержать себя. Сердце колотилось, а мысли путались в хаосе. Неужели Сережа действительно отказался от всего ради меня? Тогда почему он исчез, словно растворился в воздухе? Внутри меня раздирала боль и непонимание, и слёзы сами катились по щекам, оставляя горький след.
Я вернулась домой ближе к одиннадцати вечера, чувствуя, как ноги гудят от долгого дня, а в груди все еще пульсирует тревога, словно невидимый груз, который я тащила с собой из магазина. Улицы были пустынными, фонари отбрасывали длинные тени на асфальт, а холодный ночной воздух обжигал щеки, но внутри меня горела путаница эмоций — страх, обида и непонимание, которые не давали покоя. Дверь подъезда скрипнула знакомо, и я поднялась по лестнице, ощущая, как сердце постепенно замедляет ритм в предвкушении домашнего тепла. Мама была дома, сидела в зале на уютном диване, обитом мягким плюшем, который всегда пахнет лавандой от ее любимых подушек. Телевизор тихо бормотал какую-то вечернюю передачу — приглушенный свет экрана отражался в ее глазах, делая их теплее. Она обернулась, услышав мои шаги, и улыбнулась, но улыбка быстро сменилась беспокойством, когда увидела мое лицо: наверняка бледное, с красными глазами и усталыми морщинками от пережитого стресса. Я села рядом с ней на диван, чувствуя, как мягкая ткань обволакивает меня, и она сразу же обняла меня крепко, прижимая к себе. Её руки были теплыми, как всегда, и этот простой жест принес мгновенное облегчение, словно защитная оболочка от всего мира.
– Мам… – произнесла я дрожащим голосом, который едва не сорвался в рыдание, полный отчаяния и непонимания. – Почему все так?
На глаза начали наворачиваться слезы – горячие, соленые, они жгли веки, и я моргнула, стараясь сдержать их, но они все равно хлынули потоком, оставляя мокрые дорожки на щеках и капая на мамин халат. Слезы несли с собой всю накопившуюся боль: страх от обвинений, одиночество без Сережи и усталость от постоянной борьбы с собой.
– Что случилось? – спросила она, гладя меня по спине.
– Отец Сережи, сказал, что я виновата в том, что он ушел из дома. – выпалила я. – Он пришел в магазин, и начал обвинять меня.
– Он что? – вспылила мама, ее голос вдруг стал резким и громким, как раскат грома в тихой комнате, эхом отражаясь от стен и заставляя меня вздрогнуть. – Да как он посмел обвинять тебя?
– Мне было страшно. – прошептала я.
– Моя девочка. Хочешь я поговорю с ним? – мама крепче обняла меня.
– Нет. – прошептала я. – Хочу поговорить с Сережей, но я не знаю где его искать. В соцсетях его нет. Номер я удалила.
Слезы начали капать на диван, оставляя мокрые пятна на ткани, а внутри меня росло ощущение потери, глубокое и раздирающее. Я уткнулась лицом в ладони, чувствуя как плечи трясутся от рыданий, а мама снова прижала меня к себе, ее объятия стали еще крепче, словно она пыталась собрать меня по кусочкам.