Поместье для затворницы, или Новая жизнь Элен

Глава 33

Дальнейший путь мы продолжили также в экипаже, но на место кучера сел Фредерик, не доверив эту задачу никому другому. Кучер же потерял сознание, когда в него попал запущенный одним из разбойников камень, но, к счастью, пострадал несильно. Я знаю это, потому что он пришел в себя, когда его укладывали в телегу, чтобы довезти до деревни, где есть лекарь.

Всю дорогу до особняка я то вспоминала бережные пальцы Фредерика, то ругала себя за то, что поддаюсь чувствам, для которых сейчас совсем не время, то расстраивалась, потому что ему пришлось снова потратить почти полностью свой резерв. К счастью, разбойники оказались слабы, и остатков магии хватило для того, чтобы с ними справиться.

Кажется, возле дома нас встречали все. Поместье стояло на ушах из-за новостей, и слуги высыпали на подъездную дорожку. А когда мы с мамой вышли из экипажа, раздались радостные возгласы и облегченные вздохи. Было приятно осознавать, что наши люди так о нас беспокоятся. Как я могла променять этот прекрасный и уютный маленький мир на холодный особняк Мартина? Именно любовь ослепила меня тогда.

Дальше какое-то время ушло на то, чтобы рассказать отцу и Фредерику подробнее о произошедшем с самого начала. После этого мужчины собрались пойти допрашивать разбойников, а меня решили отправить вместе с мамой отдыхать, ссылаясь на то, что мы слишком много пережили. Тут уж я воспротивилась.

– Я пойду с вами, – сказала решительно.

– Но Элен, – возразила первой мама, – ты девушка, зачем тебе присутствовать на допросе?

– А почему я не могу? – спросила я, скрестив руки на груди и собираясь стоять на своем до конца. – Они напали на нас, и я хочу сама услышать, кто они такие и чего добивались.

– Но… но ведь это… – растерялась мама. – А если… – начала она и не договорила, запнувшись.

– Пусть Элен тоже идет, если хочет, – внезапно вступился за меня Фредерик, и я удивленно на него посмотрела. Как раз от него я и ожидала наибольшего сопротивления. – Это будет обычный допрос, не беспокойтесь, мадам Гошон. В крайнем случае, я обладаю заклинаниями, которые позволят добиться правды без перехода к пыткам.

– Ну тогда хорошо, – все еще неуверенно сказала мама. – Я доверяю тебе, Фредерик.

Наш дом не был древним или достаточно большим, чтобы иметь собственную темницу, поэтому разбойников держали в пристройке возле оранжереи. Там хранили садовый инвентарь и изредка сушили травы. Помещение было достаточно большое, поэтому, видимо, его и выбрали.

Разбойники сидели на полу со связанными за спиной руками и все еще закрытыми платками лицами, зато в рваной одежде и побитые. Похоже, не только от Фредерика им досталось. Двое с приличными фингалами, а тот, у которого была повреждена рука, полулежал, бледный и с прилипшими от пота к вискам волосами. Его рука распухла и чувствовал он себя явно очень плохо.

За разбойниками присматривали двое крепких парней из тех, что пришли к нам на помощь на дороге.

Фредерик, покосившись на меня, указал на того, что со сломанной рукой, и сказал:

– Этого к лекарю. Смотрите, чтобы не сбежал.

Один из парней, кивнув, подхватил за здоровую руку разбойника, который из-за боли уже мало обращал внимания на происходящее вокруг, и вывел его наружу.

– Сними с них повязки, – приказал Фредерик второму парню, и тот прошел вдоль неровного ряда мужчин, стягивая с них платки, закрывающие лица. – Ну что ж… А теперь я желаю знать, по какой причине вы напали на двух беззащитных аристократок.

Бандиты молчали, только косились на одного из своих, который, в свою очередь, низко наклонил голову и явно не собирался отвечать.

– Лучше бы вам ответить самим, – добавил Фредерик через некоторое время, – иначе, чтобы заставить вас говорить, мне придется применить заклинание. И оно вам может не понравиться, потому что имеет некоторые необратимые последствия для здоровья.

Бандиты забеспокоились, начали переглядываться. Один из них, изогнувшись и не особо церемонясь, пнул главаря.

– Эй, Рик! Это ты нас втянул в это! – сказал он невнятно, потому что губы его были разбиты.

– Да, Рик! Ты говорил, будет легко, припугнем немного и смоемся! – добавил второй, с опаской глядя на Фредерика.

Главарь из-за пинка покачнулся, но не упал. Он вскинул голову, зло глянув на подельников, и тут же снова наклонил ее, будто прячась. Но я успела увидеть его лицо и… оно показалось мне смутно знакомым, очень смутно. Я прикусила ноготь от волнения, пытаясь вспомнить. Где же? Где же я его видела? Он точно тот, кого я знала в своей прошлой жизни.

– Значит, говорить отказываемся, – продолжил Фредерик, пока я лихорадочно перебирала воспоминания, и присел на корточки перед Риком. – Знаешь, что бывает с теми, на ком применили заклинание Памяти? В лучшем случае такие люди теряли воспоминания. В худшем ты станешь овощем, неспособным самостоятельно сходить в сортир. Понимаешь меня? Будешь и дальше молчать?

Главарь снова вскинул голову, зло и отчаянно глянув на Фредерика, и я, увидев этот взгляд, наконец-то вспомнила.

– Стойте! – воскликнула я. – Я знаю, кто он!