Поместье доктора-попаданки

Глава 7

Слова ребенка резанули меня по живому.

Губернский доктор давно растерял целительский потенциал, но покидать профессию не торопится. Интересно, почему?

– Приляг, сейчас вернусь.

Я дождалась, пока Никита вытянется на кровати и убежала на кухню за чаем. Заодно разыскала корзину с почищенным к утру чесноком.

Поставив на поднос чашку, источавшую тонкий аромат мяты и шиповника, добавила вазочку с медом, захватила с собой чеснок, а еще развела в кружке воды одну чайную ложку соли и отправилась в детскую.

Никита приподнял голову, его взгляд устремился на чашку. На лице мальчишки в очередной раз отразилась смесь удивления, недоумения и недоверия. Естественно. Он привык видеть мачеху резкой, отстраненной или, наоборот, слишком шумной и вечно недовольной всем вокруг. Но никогда – заботливой, тихой и мудрой.

Что ж. Та Ольга ушла в небытие.

Место жены помещика, хозяйки имения Тихие Ручьи и всех поместных земель заняла другая женщина: чуткая и настоящая.

– Это чай. Выпей, - поставив поднос на прикроватный столик, я помогла Никите сесть и придвинула к нему чашку.

Мальчишка секунду колебался, будто до последнего не был уверен в безопасности напитка, но подчинился. Отпив несколько глотков, он снова растянулся на покрывале. А вот от полоскания полости рта отказался.

– Не буду. Оно мутное.

Вот что с ним делать?

Ладно. Сама не заметив, я легонько погладила его по волосам, надеясь этим снять тревожность и успокоить.

– Успокойся. Нет, так нет. Вот. Положи это за щеку, – я протянула ему зубчик белоснежного чеснока.

Мальчик неохотно забрал едкий подарок и, чувствуя острый, но не вызывающий отторжения запах, нахмурился:

– Зачем?

– Чеснок снимет отёк и воспаление. Ненадолго, конечно. Но тоже помощь.

Минутку. Я не обманулась? Народные средства борьбы с болезнями сыну графа Зотова будто в диковинку.

– Чеснок снимет хворь? – Воскликнул Никита, подтвердив мои опасения. – Не врешь?

Э.

Что же это за имение такое?

Тут что, только и делают, что полагаются на сомнительные микстуры и зелья старого доктора?

Ну, нет. С данной лечебной практикой пора заканчивать. А то, того гляди, старик сведет кого-нибудь из местных в могилу и заявит, что так и надо.

Решив сыграть на непомерных амбициях маленького графа, задорно ему подмигнула, позволяя сделать выбор:

– Если не трусишь, сам скоро узнаешь.

– Я не трус. Давай сюда!

Прорычав, Никита сунул головку за щеку, прижав чеснок к больной десне. Минуту морщился и фырчал, сетуя на неприятный резкий запах, а потом в его глазах промелькнуло неподдельное удивление.

– Ну, как. – Продолжая гладить ребенка по голове, чувствуя в ладони необъяснимое покалывание и тепло, тихонько спросила: - Стало легче?

Нет, вы не подумайте. На мгновенные целебные свойства чеснока я не рассчитывала. Но и позволить Никите принимать ту понятную субстанцию из пузырька – тоже не вариант. Слишком опасно.

Уж больно подозрительным выглядит полное нежелание Степана Ильича прислушиваться к здоровью внука. Будто Никита ему не родной.

Выкинув противного свекра из размышлений, заговорщически сузила глаза, демонстрируя пасынку открытость и доброжелательность.

– Итак. Не слышу ответа.

Я понадеялась самовнушение и упорство наследника графа притупят ощущение острой боли. Встряхнут его эмоционально. Но произошло то, чего я никак не могла предугадать. И к чему оказалась не готова.

– Боль прошла. Полностью, - воскликнул Никита, поглядывая на меня огромными круглыми глазами и хмуря брови.

Полностью?

Странно.

Впервые слышу, чтобы зубная боль и отек исчезли за столь короткий период. И только благодаря народным методам. Без обезболивающего и необходимого вмешательства стоматолога.

– Видишь, не обманула, - совладав с нахлынувшим удивлением, тепло улыбнулась, - травяной чай и чеснок помогли.

– Не они, - мальчишка отрицательно помотал головой. – А ты!

– Я?

– Ты забрала себе боль. Когда коснулась моей головы! Ты целительница, Ольга. С очень высоким резервом! – Уверенно заявил ребенок и сел на постель, вдруг резко насупившись. – Почему ты с самого начала не рассказала мне и папе, что обладаешь целительским даром?

Я застыла от изумления.

Я – целительница?

Нет, невозможно!

– Конечно, целительница, - с возмущением повторил мальчишка, обиженный потому, что не верю ему. – Вспомни, однажды зимой папа упал возле колодца, ты помогла ему подняться. Папа тогда сказал, что ударил колено, а через два часа оно не болело. Ты тогда приложила к колену руки и что-то сказала. А потом княгиня Антонина Федоровна, папина свояченица, из Петербурга погостить приезжала. Помнишь?

Аж два раза.

Целыми днями о ней и думаю.

– Княгиня тогда пожаловалась на артрит и сетовала, что столичные врачи не могут снять ее боли, - самозабвенно продолжал сын графа, не заметив моего хмурого настроения. – Говорила, что все доктора там со слабым резервом. И все больше прибегают не к магии, а к обычным лекарствам и кровопусканию. Ты пожала ей руку и согласилась. А на следующее утро Антонина Федоровна спустилась к завтраку веселая и бодрая, сообщив, что боли исчезли.

Эмоциональный рассказ пасынка не оставил меня равнодушной.

Я и сама отчаянно стремилась найти объяснения спорным фактам. Нет, нет, совпадением тут и не пахнет.

А что если, Ольга впрямь обладает даром целительницы? Но использовать дар на благо обитателей имения и горожан никогда не стремилась?

Учитывая ее склочный характер и вечное недовольство неверным мужем, охотно в это поверю.

– Чего замолчала? Я не вру. Правда, правда! – Воскликнул Никита, схватив меня за рукав.

Узнать – плещется во мне магия или нет, я могу только проверенным способом: а именно поставить на ноги любого тяжело больного пациента из земской больницы. Того, кому не помогли ни местные знахари, ни доктора, ни лекарства, ни снадобья.