Помощница адвоката из Бездны

Глава 1

Полгода спустя…
Шесть гребанных месяцев я перебираю эти грыхровы бумажки. Сторн оказался той еще сволочью, он сообщил по всем отделам, что у него появилась помощница, которая приводит дела в порядок. Понятно, да? Ко мне устремился поток дознавателей, следователей, ищеек, и все несли стопки бумаги. Я злилась, пыталась откреститься, но все равно делала. Бесхребетная? Наверное. Чувство ответственности, будь оно неладно.
Я успела перезнакомиться почти со всем магическим департаментом. Одни строили глазки и предлагали ни к чему не обязывающие встречи, другие пошли дальше, делая одолжение, почти в приказном порядке предлагали скрасить несколько ночей. А что творилось в их мыслях, я даже думать не хочу, порядочной девице о таком знать не полагается. Каюсь, наверное, поступила неправильно, но в сторону таких озабоченных и наглых послала магический ментальный импульс, а словесно пригрозила поджарить мозги, если еще раз сунутся. Проняло. Больше недостойных предложений не поступало.
Но один шебутной паренек, молодой дознаватель Артис, стал частым гостем в кабинете, где Сторна практически не бывало. Именно он неделю назад после моей жалобы на наставника, уточнил:
— А ты к нашему шефу ходила? Сообщила ему о беспределе, что устроил этот напыщенный гаденыш?
То, что Сторна тут недолюбливают, я уже поняла. Успела выяснить, что его сюда прислали по протекции какого-то высочайшего лорда, и в его сторону даже смотреть косо не позволялось. Даже если мое начальство и косячило, ему все сходило с рук, тогда как других и за меньшую провинность сразу выгоняли без права работы по специальности. И как же меня так угораздило? Почему именно мне не повезло нарваться на эту мразь? Увы, ответов на свои вопросы я не находила. И посоветоваться было не с кем, потому что с этим гадским лордом никто не желал связываться из-за его мстительности. С этого гада и подставить — как в туалет сходить. Его ненавидели, но и боялись. Даже смотреть старались в его сторону поменьше.
— Ходила, мне сказали, Сторну виднее, какую работу давать практикантке. Такое чувство, что вашему шефу вообще все до грыхра, — отмахнулась, от обиды чувствуя, как защипало глаза.
— Ну раз никто здесь тебе не идет навстречу, значит, остается один вариант: тебе надо обратиться в свою Академию с жалобой. Расписать о пунктам, чем ты тут занимаешься, уточнить суть контракта, который заключала Академия с департаментом. Я сомневаюсь, что они выпускают секретарей, не тот уровень. А ты еще и отличница. Думаю, у тебя это единственный вариант. Такое мало кто делает, но все же…
И ведь чувствую, что не просто так он мне об этом сказал, а мысли его прочесть не могу, закрыты они для меня. Видимо, мощный артефакт. И ведь в начале нашего знакомства ничего подобного не было, я спокойно могла читать то, о чем он думал. А что потом случилось? Он решил подстраховаться, чтобы я не смогла определить, какая ему выгода с помощи мне? Скорее всего. Но какая бы она ни была, я все равно решила воспользоваться советом. А парень… С одной стороны правильно, а с другой — ему явно есть что скрывать. И не будь я настолько взвинчена, наверное, не стала бы действовать впопыхах, но стоило услышать предложение, как я поступила необдуманно, на эмоциях, связалась с ректором и выдала все, что думаю о такой практике, о направлении, о шефе маг департамента. Ой, да много я чего сгоряча наговорила. Причем не стесняясь в выражениях, с душой. Ректора проняло, а ведь его мало кто мог вывести на эмоции. Мне удалось. Вон как зарычал.
Вот недаром мама всегда наставляла, что действовать надо с холодным разумом, сперва остыть, продумать все основательно, а потом действовать. Но это же я. Как приспичило, так и рубанула. Неудивительно, что довела ректора до сердечного приступа, а он высказал все свои претензии уже Хоташу, пригрозив направить комиссию для разбирательства. Все закрутилось, завертелось, а я с ужасом ожидала, чем закончится моя выходка. Три дня маг департамент лихорадило. Не знаю, я ли тому виной, или случилось еще что, а моя выходка только подлила масла в огонь, но сегодня Сторн влетел в кабинет так, будто за ним сотня грырхов гналась. Влетел и тут же впился в меня пронизывающим взглядом.
Так, Льяна, главное спокойствие, нельзя показывать страх. Я еще и голову повыше задрала, смотря ему в глаза. Наше безмолвное противостояние продолжалось несколько минут, он первым не выдержал. Бросил только:
— Ну, пошли, раз хотела настоящее дело. Не пожалей только о своем желании.
И снова накатила подозрительность, чувствовала подвох, но не могла сообразить, в чем он. И только когда меня почти втолкнули в зал заседания, где рассматривались дела в индивидуальном порядке по жалобам или искам, нахмурилась.
— И что мы тут делаем? — не совсем поняла, к моей работе это точно не относится.
— Ты же хотела дело, вот, пожалуйста, наслаждайся и развлекайся, как раз по твоему профилю. Будешь отличать правду ото лжи, вынося вердикты, не забудь доказательства предъявить.
— Какие доказательства? — я даже головой мотнула, не понимая мужчину, такое чувство, словно мы говорим на разных языках.
— Раз ты такая умница и отличница, значит, прекрасно знаешь, как общаться со считывающими артефактами, вот они тебе в помощь. А я понаблюдаю, на что ты способна, помимо работы с документами, — еще и ухмыльнулся с такой издевкой. Но уже тише добавил: — А ведь еще три отдела остались без помощи, а я уже задаток взял.
И я в очередной раз едва не взорвалась. Это что получается, этот гаденыш торговал моими услугами, спихивая на меня бумаги со всех отделов? Ух, меня так и подмывало сделать ему какую-то гадость, но пришлось сдержаться, все же меня за это по голове не погладят, да и настроиться не помешает на весьма необычную работу. Но не задеть этого напыщенного болвана я просто не могла.
— Половина моя. Будешь сопротивляться, все узнают, чем ты занимался с моей помощью.
Да, я намеренно перешла на ты, так как больше не чувствовала к этому типу не только уважения, но и мало-мальского почтения. Таких как он надо учить его же методами.
— Ты совсем рехнулась? — теперь он готов был взорваться. А я вдруг успокоилась, мила улыбнулась и холодно отчеканила:
— Или половина заработанного мною, или ты больше работать тут не будешь. Да и вообще нигде не будешь, уж я постараюсь, можешь быть уверен. Никогда не прощала обид, а уж твоего самоуправства тем более прощать не намерена. А сейчас просто отвали от меня. И не говори того, о чем тебе вскоре придется пожалеть.
Не знаю, что на него больше подействовало: мои угрозы — в чем я сомневаюсь; или желание как можно сильнее напакостить, но его ухмылка мне не понравилась. И пусть он отошел, но я вдруг ощутила тревогу. Еще раз осмотрела зал. Из головы совершенно вылетело, что простолюдины так с лордами не говорят. Но на меня накатило бешенство, я устала притворяться, улыбаться, когда хотелось громко хлопнуть чью-то голову об стол. Скорей бы уже родители приехали. Надоело. Кто бы знал, как мне все надоело.
В Академии нас действительно много чему учили, в том числе и выступать судьями на дне справедливости, как его обозвали лет тридцать назад, когда один граф, пусть и из обедневшего рода, без гроша за душой, начал искать справедливости против своего врага, что обманом довел некогда могущественный род до нищеты. Понятное дело, навстречу тому, кто не мог заплатить, идти не торопились, тогда-то он и призвал божественный суд. Ну это потом так назвали, а на самом деле во время шествия нашего Императора просто кинулся тому в ноги — считай под копыта лошади, на которой гарцевал монарх, чтобы изложить свою просьбу и молить о справедливости. И да, Его величество пошел навстречу бедолаге. Призвал менталиста, чтобы тот обстоятельно разобрался в произошедшем. Виновные оказались наказаны, даже, поговаривали, тот граф вновь обрел могущество, наказав обидчика, еще и остался служить при Императоре, став его доверенным лицом. Именно он, прекрасно знакомый с продажным правосудием, ввел раз в неделю проводить суд справедливости. И если судья пойдет на поводу у того, кто больше заплатил, артефакты истины, висящие в зале, тут же карают, а уж насколько тяжко, зависит от вердикта и как получен: деньгами или по недоразумению и нехватке знаний.
Со временем, поговаривали, артефакты утратили свою беспристрастность. То ли разрядились, то ли и правда все проходило честно, но многие совершенно перестали обращать на них внимания, словно забыли.
Именно такой вердикт мне сегодня предстояло вынести тем, кто придет просить справедливости. Страшно. А вдруг я не справлюсь. Но разве могла я предположить, что это была в тот момент моя самая меньшая из зол.
Раздался звук гонга, двустворчатые двери широко распахнулись. Первыми вошли трое судей-наблюдателей, Сторн устроился в уголке. Его кривая ухмылка мне очень не нравилась. Он словно знал что-то такое, о чем никто еще не догадывался.
— Можно начинать, — провозгласил один из судей, занимая свое место. Тут же двустворчатые двери распахнулись, впуская первых соискателей.
Как только в зал вошли двое, причем один аристократ, второй простолюдин, до меня дошло: этот гад, мой наставник, решил меня подставить. Почему? Все просто. Аристократы априори всегда правы. Многие судьи и вовсе практически не рассматривают такие тяжбы. Но в день справедливости возможно и такое. Хотя теперь стоит быть во сто крат осторожнее и внимательнее, а уж если, не приведи высшие, прав окажется простолюдин, то тут доказательства должны быть не просто достоверные, а очень и очень прозрачные, чтобы прицепиться стало не к чему. Ведь у нас аристократы всегда правы, а если не правы, то смотреть выше.
Да, я волновалась, причем так, что ладони вспотели. А еще смотрела в наглые самоуверенные глаза лощеного аристократа, на лице которого так и было крупным планом: игрок, повеса и садист — вон как плотоядно разглядывал меня, а в мыслях… Хм, такое тоже бывает? Мне стало противно, руки зачесались врезать этой сволочи, но вместо этого активировала артефакт и глянула на простолюдина — щуплого паренька моего возраста. Вот у него на лице печать безысходности, такое чувство, что он ни на йоту не поверил в суд справедливости, недаром с едва скрытой яростью поглядывает на своего оппонента. Зато лорд аж светится весь, предвкушая победу.
Я глянула на судей. Из троих только у одного на лице бесстрастная маска, но судя по тому как ходят его желваки, он тоже изрядно нервничает. Еще двое аж взбледнули от беспокойства и сразу глянули сперва на Сторна, потом на меня.
Раздался еще один звук горна, означающий начало. Так как вести процесс предстояло мне, то, выложив артефакт записи мыслеобразов этих двоих, приступила к вопросам. Естественно, начала с лорда.
— В чем состоит ваше обвинение?
— Этот гаденыш пробрался в мой дом и украл у меня ценный артефакт, между прочим, семейная реликвия. Потому он заслуживает смертной казни.
Несколько встроенных в стену артефактов заполыхали алым, но видели это только я и судьи, сами судившиеся стояли спиной и ничего не могли усмотреть. Мужчины поежились, в их глазах застыла обреченность. Да-да, все прекрасно поняли: аристократ лжет, о чем и намекнули камни. Но пока все молчали, ожидая продолжения. От слов аристократа я внутренне вздрогнула. Да, к сожалению, законы в отношении простолюдинов суровы, за кражу ценности действительно положена смертная казнь. Но я не торопилась с выводами, потому что мысли лордика мне абсолютно не нравились. Повернулась к юноше.
— Вы что можете сказать?
— Это был мойный артефакт, я купил его у одного залетного обедневшего аристократа, он много чегойто тады продавал, шоб расплатиться с долгами. Разбирая покупки, я заприметил, как однойная вещица светится. У меня-то самойного уровень магии шибко слабый, шоб определить настоящую ценность артефакта. Потому и посоветовался со знающими людями. Кто, как не потомки гномов, спецы в этом. Один из них и предложил обратиться к лорду Сирвеллу, как к коллекционеру редкостей. В том, шо енто правда редкость, мне и сообщил уважаемый мастер Хршан. Я и обратился. Как тольки лорд Сирвелл увидав артефакт, его ажно затрясло всего, он туточки уточнил цену, зарычал, а потом и случилось непонятное, он просто кликнул стражу и туточки обвинил меня в воровстве.
С его стороны артефакты на стене засияли нежным голубым светом, получается, простолюдин говорил правду, а вот лорд врал. Что ж, в общем картинка ясна, осталось уточнить некоторые детали:
— Сколько вы запросили за вещицу?
— Енто важно? — глаза парня забегали, я нахмурилась. Видимо, слишком поторопилась с выводами.
— Очень важно. Я пытаюсь понять причину, почему лорд Сирвелл поступил именно так, даже под угрозой своей репутации.
— Что? Что ты несешь, девка? — тут же вскинула упомянутый. Я на него вообще внимания не обратила. А вот парня сверлила пристальным взглядом.
— Я все еще жду ответа, — вышло жестко, тот вздрогнул и, опустив голову, едва слышно прошептал:
— Пятьсот золотых.
Признаться, моя челюсть едва не упала на пол. Вот это цена! Да за такую цену можно дом купить, пусть и не в центре города. А тут за какой-то артефакт. Неудивительно, что в лорде взыграла алчность и жадность. Артефакт иметь захотелось, а платить нет. Что ж, в какой-то степени я могу понять лорда, но не одобряю его поступок.
Как именно сейчас поступить — я не знала. Вернее знала, но не торопилась. Чувство справедливости всегда занимало в моем сознании первое место, но не редко играло злую шутку. А именно, я могла наворотить дел, а потом сама же их расхлебывать. Совсем как недавно, после того как высказала ректору все то, что думаю о своей практике.
Но сейчас я не могла просто так сидеть и наблюдать, как наглого, самоуверенного аристократишку оправдывают в своем злодеянии. Ведь это он украл артефакт у простолюдина, а не наоборот.
— Что ж, цена… достойная, — сказала осторожно. — Что это за артефакт? В чем его особенность?
— Какое это имеет значение? — уже взревел аристократ. — Он мой и я требую справедливого судебного решения!
— Оно будет, не стоит торопить события, — жестко припечатала я. Может и не стоило, но чуть дашь слабину и того самого справедливого решения не получится. — Так чем так уникален артефакт?
Лорд отвечать не спешил, лишь скрежетал зубами, а вот юноша явно не знал всех особенностей вещицы, так что мой вопрос был адресован скорее к Сирвеллу, и я внимательно и долго сверлила его взглядом.
— Лорд Сирвелл, я жду. Для вынесения справедливого решения, мне необходимо знать все тонкости вашего дела.
Мои словам вторили встроенные артефакты, от них к мужчине потянулись красные лучики, впиваясь в тело, явно побуждая сказать правду. Тот вздрогнул, попытался сильнее стиснуть губы, но все же магии не позволила молчать.
— Он создает иллюзию, — с неохотой отозвался тот. — Которая может держаться от нескольких часов до нескольких дней. Любую иллюзию, может даже спроектировать целый дом с достоверными растениями и фактически живыми людьми.
Ого. Вот тут даже большинство присутствующих ахнули. Такой артефакт не то, что на самом деле должен быть дорогим, он еще и должен быть зарегистрирован в имперском реестре, как один из опасных и находящихся в частных руках. Почему опасный? Все просто. А вдруг кому приспичит надеть личину самого Императора? И наворотить дел. Кому потом расхлебывать? Или еще хуже, прикинется враг одним из друзей монарха да всадит клинок в сердце, опять-таки, ищи потом ветра в поле, или отправляй на казнь невинного.
Дело становилось все более запутанным и интересным, ведь вопрос тут можно было задать и обедневшему аристократу, у которого парнишка приобрел артефакт. Только в этом случае нужно было останавливать дело и вызывать его в суд, а это, увы, было сейчас невозможно. Никто из собравшихся не пойдет на такой шаг, тем более в угоду простому пареньку. А еще нужно было понять, откуда этот артефакт оказался у того аристократа, если по заверениям Сирвелла — это семейная реликвия его семьи.
— Лорд Сирвелл, как давно этот артефакт находится у вас или вашей семьи? Как он оказался у аристократа, у которого его приобрел господин Вильгельм?
Да, знаю, что называть простолюдинов «господином» не принято, но мне просто не хотелось называть его бедняком или воришкой.
— Это не имеет к делу никакого отношения! Я пришел сюда, чтобы вы наказали вора, а не копались в моей жизни и жизни моей семьи.
— Для лучшего понимания вашего дела и более справедливого решения, мы должны знать все об этом артефакте, — спокойно отреагировала на очередной выпад. — Пока же непонятно, как он оказался у вас, у обедневшего аристократа и на каком основании вы требуете такого решения по отношению господину Вильгельму. Пока нет никаких доказательств, что артефакт изначально принадлежал вам и именно вы не решили… незаконно им завладеть.
Кажется, я зря так сказала. После этой фразы в небольшом помещении начался такой гул возмущения и негодования, что стало немного не по себе. Посмотрев на судей и поняла, что моего решения они тоже не одобряют. Двое побледнели ещё сильнее, чем вначале заседания, а один нацепил ничего не выражающую маску, словно его это дело совершенно не касалось. А Сторн… по его кривой ухмылке и пылающему гневом взгляду я поняла, что моя несдержанность ещё выйдет боком. Но отступать уже было некуда, нужно идти до конца. Потому что меня и в самом деле заинтересовала эта история. Я просто чувствовала, что в ней не все так, как пытается выглядеть. Да и мысли двоих судящихся странные, они будто стараются скрыть что-то за совсем нелепыми образами. И ведь копнуть глубже я не могу, если только не заставить обоих пойти на добровольное сотрудничество. Нет, с парнишкой можно было бы не церемониться, но я так не могла. Про лорда и говорить нечего, он никогда не даст добровольного согласия на сканирование.
— Прошу тишины в зале иначе мы будем вынуждены попросить посторонних покинуть зал, — выкрикнула, привлекая к себе внимание.
Если это и возымело эффект, то небольшой. Все собравшиеся продолжали возмущаться но уже шепотом.
— Вы так и не ответили, лорд Сирвелл, как этот артефакт оказался у обедневшего аристократа. Откуда он оказался у вашей семьи и зарегистрировали ли вы его в императорском реестре как потенциально опасный?
По его виду я и так уже знала ответ на свой вопрос, но все же мне стало интересно, что тот ответит. Желваки на скулах лордика снова заиграли, а глаза блеснули недобрым светом.
— Так вы значит заодно с этим бедняком, да? Вы что, любовники? Решили обогатиться за мой счёт?
От такого заявления я даже не нашлась, что ответить, но зато в зале вконец воцарилась идеальная тишина.
— Что?
— Точно, — продолжил лорд, видимо войдя во вкус и видя, что такое обвинение возымело эффект. — Они в сговоре! Заранее решили меня оклеветать, знатного аристократа нашего города. Вы видели? Видели, что они переглядываются? Они точно в сговоре и этот суд не может быть честным!
— Что вы такое говорите? — возразила, перекрикивая нарастающий гул. — Это наглая ложь! Я никогда прежде не видела ни вас, ни вашего оппонента.
Но кто бы меня услышал… К тому же я осознала, что это была самая элементарная провокация. Чем сильнее начинаешь оправдываться, тем больше к тебе недоверия. Но и как поступить по-другому в этой ситуации я не представляла. Просто промолчать? Но это вообще абсурд, ведь молчание — знак согласия. И вообще этот суд походил на фарс. А еще до меня дошло: сам лордик до такого никогда бы не додумался, недаром он все чаще поглядывал на Сторна. Неужели этот мерзавец пошел на такое? У меня все внутри похолодело. Это ж какой мразью надо быть, чтобы устроить подобное. Отомстил? Это он зря. Очень зря.
Я с ужасом наблюдала, как все собравшиеся и даже судьи начинают снова возмущаться и обвинять меня в том, что я не совершала. И никто, абсолютно никто не усомнился в словах этого аристократа. Даже те, кто украдкой бросал взгляды на встроенные артефакты, те не просто горели алым, они полыхали, будто возмущались вместе со мной подобным несправедливым обвинением.
— Я требую, чтобы этих двоих сообщников судили по всей строгости закона, — заключил он, явно войдя во вкус и почувствовав свою безнаказанность. — И эту судью отстранили от должности, заключили под стражу и судили по статье о превышении должностных полномочий! Нет, за сговор с преступником. Казнить их обоих!
Мама дорогая, если меня на самом деле будут по ней судить, то максимальная мера наказания там достигает пятидесяти лет! А то и вовсе, как сказал этот тип, казнь. И родители не успеют вернуться.
— Я не совершала никаких противоправных действий!
Но меня не слышали. Наоборот заметила, как со стороны входа в мою сторону направились двое стражей порядка с магическими наручниками в руках.
Теперь уже совершенно никто не обратил внимания на артефакты, которые уже просто полыхали, готовые вот-вот взорваться. Я же отметила данный факт мельком, осознав, насколько влипла, потому что лица всех судей были обращены на гаденыша лорда с таким видом, словно он тут царь и бог, версию его виновности никто из них никогда бы не принял. Так вот что за подставу устроил мне наставничек. Теперь-то до меня дошел размер того дер… Хм, того, насколько я вляпалась. Появилась мыслишка: а не он ли сам все это подстроил, чтобы выгородить лордика? С него станется продаться за успешный результат дела.
— Эти простолюдины совсем обнаглели, — довольно изрек гадский лорд, глядя на меня с вызовом. Сейчас я ему ответить ничего не могла, но в душе пообещала, что обязательно отомщу. Пока же у меня другая проблема, которую стоит решить в ближайшее время.
У меня на все про все было не больше минуты, чтобы сообразить, как поступить. Остаться и позволить себя арестовать ни за что, я не могла, как и признаться в том, что я аристократка. Ну, папуля, ну, удружил. А ведь в нашей беседе с ним я была уверена, что любую проблему можно решить. Как оказалось, я заблуждалась. Не любую и не всегда. Но сейчас об этом думать не стоило. Я глянула на приближающихся стражей, сосредоточилась, выпустила волну ментальной магии. Пусть мне потом будет плохо, но позволить арестовать себя я не могла.
Пока все впали в минутный ступор, я покинула зал, а за ним и здание магического департамента. Куда бежать, не имела ни малейшего представления. Сперва домой, там меня точно искать никто не станет. Но подставлять под удар свою семью не хотелось бы, потому стоило вообще покинуть столицу в самое ближайшее время, потому что по отпечатку ауры, что оставляют все, кто устраивается на работу в маг департамент, можно найти любого в пределах столицы. Значит, мне надлежит ее покинуть, а там уже и затеряться легче будет. Иначе если поиск приведет в мой дом, припишут еще и кражу со взломом. А доказать, что я дома, у меня точно не получится. Но опять-таки, долго не побегаешь, надо найти место, где переждать бурю и возвращение родителей, чтобы папа мог снять с меня клятву. Вот тогда…
Что будет потом я старалась не думать, до того момента еще дожить надо, а не гнить в тюрьме, где отец вряд ли бы отыскал свою непутевую дочь. Да и не факт, что там я даже до суда бы дожила. Однажды нам рассказывали на истории правопорядка, как поступали раньше, да и сейчас не гнушаются таких методов, с неугодными, чтобы даже следа от них не осталось. Их просто по-тихому убивали в камере. А если это еще и девушка… Тут и думать стало страшно, что меня там могло ожидать.
И нет, мне ни капельки не было стыдно за содеянное. Раз кому-то можно вот так голословно обвинять безо всяких доказательств, значит, я имею право постоять за себя и за справедливость. Но сделать это мне придется позже, когда я смогу избавиться от своей личины.
Так я размышляла, пока бежала по улочкам города, стараясь избегать людных мест, чтобы не привлекать лишнего внимания. С ними и добралась до дома. Но и там пришлось скрываться, я не хотела, чтобы слуги знали, в каком я появилась виде и с каким ужасом на лице. А то ведь обо всем доложат родителям, папа тогда еще сильнее уверится в беспутстве дочери и тут же выдаст замуж, а я туда пока не тороплюсь. Еще толком не пожила и тому гаду не отомстила.
Домой я вошла через черный ход. В свою комнату кралась, как воришка. А там быстро переоделась в брюки и рубашку, заплела косу и спрятала ее под шапкой. Глянула на себя в зеркало. Сейчас я больше напоминала паренька, чем девушку. Все же уроки по маскировке в Академии не прошли даром. А ведь мы тогда все смеялись, недоумевая, зачем это все надо. Как оказалось, всякие ситуации могут быть, в одну я как раз сейчас и угодила. Знания тоже пришлись как нельзя вовремя. Ведь все станут искать девушку, а я в данный момент совсем ее не напоминаю. Типичный развязный парень-подросток. Что ж, может быть, это позволит мне беспрепятственно пройти ворота города, а там поймаю дилижанс до любого города. Мне теперь не принципиально, куда податься, лишь бы подальше от столицы. Главное, скрыть хоть ненадолго ауру, вдруг оповещения уже пошли по всему городу, тогда мне просто опасно вообще показываться на улице, но и в доме прятаться не выход.
Выгребла свои сбережения, а их оказалось достаточно. В Академии платили повышенную стипендию, плюс родители давали на расходы. Тратить мне было некуда, вот и собралась весьма внушительная сумма. Драгоценности брать не стала, они мне точно ни к чему. Раз мне еще полгода ходить в простолюдинках, то и наряжаться ни к чему, вряд ли бы кто-то понял, если на обычной девчонке вдруг появятся дорогие цацки. Еще в воровстве могут обвинить. А вот деньги всегда необходимы. Правда на всякий случай повесила на свою шкатулку с драгоценностями маячок, чтобы в случае острой нужды она могла ко мне переместиться, где бы я ни находилась. Кто знает, какие возникнут обстоятельства, всегда необходимо быть готовой к разным последствиям.
На всякий случай зашла в кабинет отца и вытащила один портальный артефакт. Пригодится или нет — другой вопрос, но на всякий случай пусть будет, вдруг придется спешно сбегать от погони. Так, теперь еще сумку с вещами. Брала как брючные варианты одежды, так и платья. Сложила. Не забыла украдкой наведаться и на кухню, собрать провизию. Мне повезло, в данный момент слуги как раз обедали, мне удалось покидать хлеб, сыр, немного вяленого мяса, подхватить флягу с морсом. Надеюсь, на первое время этого будет достаточно, а там видно будет.
Дом покидала таким же путем. До городских ворот добиралась короткими перебежками. Но и соваться вперед не торопилась. Затаилась и стала присматриваться. Пока все тихо. Выходящих никто не проверяет, документы не требует. Но бежать было страшно. Если что-то пойдет не так, то плакала моя свобода и мечты о будущем. Мимо промчался подросток, размахивая газетой и выкрикивая:
— Сенсационная новость, еще одно громкое дело адвоката Тэйна Виори! Убийца на свободе, благодаря подковерным интригам ушлого адвокатишки! Спешите купить! Сенсационная новость!..
Крик парнишки затихал вдали, я же на это мотнула головой, усмехнулась. Второй раз слышу это имя. Интересно, что за адвокат такой? И в ядах разбирается, и преступников защищает. А ведь когда-то служил Империи. Из перспективного Главного мага в адвокаты Бездны? Я так думала, пока наблюдала за воротами. Потом мне стало совершенно не до какого-то там Тэйна. Пусть с этим злом другие разбираются, у меня тут своя задача — выжить и сбежать. Все остальное слабо волнует и привлекает.
Пока я раздумывала, как мне быть, заметила идущую семью: высокий и массивный орк, рядом с ним гномочка, а позади трое подростков. Идея возникла мгновенно. Я пристроилась за этой необычной семейкой. Так и покинули город. Стражники на воротах только мазнули по всем взглядом, но задерживать никого не стали. Зато не успели мы покинуть город, как там началась суматоха. Вздох облегчения вырвался непроизвольно, когда проход оказался закрыт подъемной решеткой. Как вовремя я успела.
Из-под шапки, натянутой на самые глаза, наблюдала, как к стражникам приблизился целый отряд магических стражей, вручили им свиток и что-то грозно сообщили. Те махнули рукой в нашу сторону. Я спешно отвернулась, нельзя даже малейшим намеком привлекать к своей персоне внимание. Еще и неспешно зашла за широкую спину главы семейства, оттуда и обзор лучше, и меня не видно. Благо к нам никто не кинулся проверять количество выходящего народа и личности вышедших.
Теперь дело за малым, дождаться дилижанса. А вот, кстати, и он. Видимо, дальнего следования, потому как ехал не со стороны столицы, а с объездной. То, что надо. Там вопросов задавать вряд ли кто будет. Теперь главное уверенности побольше, чтобы не вызывать подозрения.
Самое поразительное, семейство, вместе с которым я вышла, тоже ждали именно его. Мужчина деловито махнул, прося остановку, а потом первый и вошел. Я навострила уши, чтобы понять, в какую сторону мы двигаться станем.
— Нам до Стонхема. Пять билетов.
— Пять серебрушек, — бросил водитель, а потом протянул ладонь, на которую и упали деньги.
Так, Стонхем — это на юге, самое то, море, солнце, песок. Курортный городишка, не очень большой, но весьма привлекательный. А самое главное — там всегда столько народу, что можно легко затеряться похлеще, чем в столице. Видимо, сама судьба побывать мне в этом году на море.
— Тебе куда, малец? — добродушно спросил дядька, поглядывая с легкой улыбкой и сияющим взглядом поблекших от возраста глаз. Его кустистые брови надвигались так низко, что цвет глаз удавалось рассмотреть с трудом.
— Стонхем, — стараясь говорить негромко, ответила и протянула серебрушку. Дядька кивнул, закрыл двери. Я устроилась в самом конце. Благо народу было немного, всего-то восемь существ, ну и плюс вошедшая семейка. Из тех, кто уже был, обнаружились: один самоуверенный лорд, пара самых настоящих гномов, три здоровых волосатых мужика и парочка молодых девушек. На меня вообще никто не обратил внимания, что не могло не радовать.
А еще я похвалила себя за предусмотрительность. Переодеться пареньком — самый лучший вариант. Я заметила как на девчонок поглядывали волосатые мужики, едва не облизываясь. Сами девчонки жались друг к дружке, не забывая кидать взгляды на мужчин. Несмотря на повышенную волосатость, они все же были привлекательные, но от них так и веяло опасностью. На миг даже показалось, что это самые настоящие оборотни. Но что им тут делать? По слухам, они если и водились в нашем мире, то жили на другом конце континента.
А девки точно дурные! Если это и правда мохнатые, то у них же такая любвеобильная натура, что хоть за голову хватайся. С них станется сперва покувыркаться с девицей, наобещая ей с три короба, а потом красиво умчаться в закат, когда станет скучно и их душа потребует свежего мяса, точнее тела. И ведь предупредить дурех не могла, вряд ли они мне поверят. Да я и сама не могла быть уверена в том, что это нелюди. А девчонки… Вон как сияют от внимания мужчин. Наверняка в мыслях уже и замуж вышли, и детишек воспитали и внукам имена придумали. Мне оставалось только головой покачать и надеяться на их разум.
Только один раз мне стало немного не по себе, когда сидящий в одиночестве лорд как-то слишком пристально глянул на меня. Он словно пытался что-то во мне отыскать. Я же просто отвернулась, делая вид, что мне его внимание не интересно, а у самой аж сердце зашлось. Судя по силе, это не праздно шатающийся, а наверняка как-то связан с ищейками, вон, даже сила от него исходила соответствующая. Но хуже всего, что и в его мысли я проникнуть не могла. Меня просто не впускало, будто марево какое в качестве защиты. Пришлось прекратить попытки, пока меня за этих делом не застукали. Я ж точно потом не отмажусь. Благо, мужчина потерял ко мне интерес, наверняка не увидел того, что искал.
Устроившись около окна, уставилась на проплывающий мимо пейзаж. Мне повезло, позади никто не сидел, только я одна. Впереди стоящие сиденья с высокими спинками хорошо скрывали меня от всех остальных, а мне только этого и надо. Не хотелось ничьего внимания, да пусть на меня вообще никто не смотрит, мне от этого только спокойнее.
Отрешившись от всего и ото всех, задумалась. Как ни тяжело было покидать столицу, но другого выхода я не видела. Правда даже мой побег еще не спасал от поисков. Да, за пределами столицы сыскарям будет сложнее меня найти по отпечатку ауры, но не невозможно. Просто времени это займет дольше: пока определятся с направлением поиска, пока установят приблизительный маршрут, потом еще и начнут осматривать близлежащие города, я к тому времени должна многое успеть. А именно: мне предстояло в кратчайшие сроки найти работу, чтобы связать себя магическим договором и желательно в таком месте, откуда никто не сможет выцепить. Как альтернатива, конечно, подошла бы Академия, но я ее уже закончила, к сожалению. Значит, будем искать другой выход.
Впереди ждала неизвестность, но я верила, что госпожа удача не совсем отвернулась, и все же явит мне свой лик, чтобы помочь обустроиться на новом месте. Ведь недаром я без проблем смогла покинуть город. Значит, уповаем на высшие силы и берем себя в руки. Полгода потерпеть и постараться не умереть. А там и отец вернется, с ним мы точно все проблемы сможем решить и виновных наказать. Ох, как у меня уже чесались руки. Но пока на повестке дня работа и собственная безопасность. Пора реализовывать свой план.