Помощница для инквизитора

ГЛАВА 20: ПОБЕГ

Голова раскалывалась от тупой боли. Место выше виска саднило от каждого неосторожного движения.

Попыталась открыть глаза, чтобы осмотреться по сторонам. Левый глаз с трудом открывался от запекшейся крови, стекающей из рассечённого лба.

Зрение понемногу начало привыкать к темноте. Я сидела на полу у стены в полном одиночестве. Мне удалось рассмотреть наполняющие малюсенькую комнату, больше похожую на каморку для складского оборудования, свечи из красного воска, расставленные на полу и комоде.

Пошевелила пальцами, разгоняя по затекшим конечностям группу колючих мурашек, однако это не помогло, так как руки и ноги были обездвижены крепкой веревкой, на совесть затянутой на запястьях за спиной.

Что этой ненормальной Вэл от меня нужно?! Ведь не просто так она заморочилась: приволокла в этот Богом забытый сарай, связала. Наверное, и платок в рот сунула, чтобы не кричала?

Пошевелила губами, ощущая во рту грубую смятую ткань. Ну точно!

Над головой раздались легкие шаги. В замочной скважине провернулся металлический ключ, пропуская внутрь женскую фигуру, обтянутую кожаным фартуком.

Вэл не обратила на меня никакого внимания. Она сосредоточенно зажигала одну свечу за другой, наблюдая за разгорающимся пламенем. Ее глаза, грустные и пустые, на какое-то мгновение задержались на мне. Вэл молчала, сохраняя отрешенное выражение лица.

Она перевела взгляд на ссадину у меня на лице, уголки ее губ чуть заметно дернулись вверх. Она продолжила методично зажигать свечу за свечой, наполняя комнату ароматом плавленого воска и теплым светом, который отчего-то совсем не согревал.

В этой методичности было что-то маниакальное, безумное.

Так ведут себя люди, которым абсолютно нечего терять, при этом они обладают нечеловеческим желанием причинить как можно больше вреда до того, как их успеют остановить.

Через головную боль подтянула ноги ближе к себе, чтобы пальцы могли дотянуться до веревки на ногах. Нужно ее развязать и, пока Вэл занята свечами, выбежать из комнатки. Может, даже удастся закрыть ее с другой стороны…

Непослушные пальцы отказывались подчиняться мысленным командам и распутывать узел.

Ну же!..

– Не бойся, – женщина отвлеклась от своего занятия и повернулась ко мне. Пришлось сесть на колени, подгибая ноги под себя, чтобы она не видела, что происходит за моей спиной. – Я сделаю все правильно. Как полагается.

Невнятно замычала через платок. Говорить не хотелось из-за пульсации в висках, но нужно тянуть время. В идеале – отвлечь ее, ведь все любят рассказывать истории о своей несправедливой жизни?..

Вэл подошла и вытянула платок из моего рта. Я пошевелила опухшим языком, смачивая губы и горло вязкой слюной.

– Что ты… сделаешь правильно? – выдавила из себя глухое кряхтение. Женщина вернулась к своему занятию.

– Всё. Мой Генри… Он хотел независимости от культа, жить обычной жизнью вместе со мной. Уехать… – Вэл смахнула проступившие слезы и уставилась на меня немигающим взглядом. Тем временем палец подцепил наконец край узла и оттянул его в сторону.

– Что за культ? – спросила уставшим голосом, специально не вкладывая эмоций, чтобы свихнувшаяся не поняла моего замысла. Однако Вэл была явно не глупа, она хищно улыбнулась и покачала головой из стороны в сторону, отказываясь отвечать.

Может, рискнуть?

– Тогда что насчет вашего ребенка?

Женщина замерла, подозрительно сощурив глаза. Неужели заметила, как я развязала веревку на ногах?

– Я отдала его Генри, чтобы освободиться от влияния отца, – Вэл пожала плечами и улыбнулась мне во все зубы. – Хочешь поздороваться с ним?

Переварить такую информацию оказалось сложнее, чем я думала. Что значит «отдала»?

Тем временем женщина открыла ящик в комоде и достала из него маленькую коробочку размером с ладошку. Она тепло улыбнулась ей и погладила по лицевой стороне, присаживаясь передо мной на колени.

Уже понимая, что увижу, не позволила себе отвести взгляд или зажмуриться. На лицевой стороне коробочки был выжжен маленький аккуратный цветочек.

К горлу подступил удушающий комок слез.

– Во-от, познакомься, мой сынок! – улыбнулась Вэл, протягивая коробочку к моему лицу, чтобы я смогла ее рассмотреть. – Он был таким громким ребенком, а сейчас посмотри, как повзрослел, совсем тихий стал! – женщина рассмеялась пронзительным смехом.

Сумасшедшая, она – сумасшедшая!

И муж ее сумасшедший! Убийцы!..

Кивнула, прикидывая лучший момент для побега. Ноги развязаны, но из-за долгого нахождения в неудобном положении они, скорее всего, затекли, поэтому убежать будет сложнее. Если бы удалось растянуть веревку, чтобы выбраться хотя бы одной рукой…

Вэл встала и аккуратно поставила коробочку на комод, проводя по ней пальцами.

Сейчас! Пока она повернута ко мне спиной, тихо перемещаюсь к стоящей в двадцати сантиметрах от меня свече и, собрав всю свою решимость, подставляю под ее пламя свои руки. Ориентируюсь по обжигающему кожу теплу, развожу кисти как можно дальше друг от друга, чтобы за короткое время успеть хотя бы подпалить ненавистную веревку. Не смогу освободить руки – не смогу защитить себя.