Помощница Его Светлости

10

— Простите?.. — не выдерживает брюнетка. — Это… шутка?

— Отнюдь, — спокойно отвечает граф Хоум. — Его светлость не уточнил, что именно с этим делать, а потому, боюсь, я вынужден вас оставить.

Кажется, граф предпочел сбежать. Иначе ему пришлось бы сдаться под напором воинственной брюнетки в элегантном жёлтом платье. В зале тут же поднимается гул. Леди с медными волосами встаёт первой.

— Может быть, просто раскроем? — предлагает она, оглядывая остальных. — Очевидно же, что внутри задание.

— Я бы на вашем месте не торопилась, — не сдерживаюсь я. — Не факт, что конверт вообще стоит открывать.

Хотя зачем я говорю это вслух? Пусть бы проверяли.

— Глупости. — Брюнетка фыркает и демонстративно ломает печать. — Если не откроешь, точно ничего не выяснишь.

По залу прокатывается шорох бумаги, и некоторые девушки следуют её примеру.

— Ну и что? — интересуется леди с медными волосами.

— Ничего, — брюнетка снова заглядывает в конверт. — Здесь пустой лист.

На секунду воцаряется тишина, а потом сразу несколько голосов перекрикивают друг друга:

— Как пустой?

— Совсем?

— Не может быть!

Брюнетка трясёт листом, подносит к свету, проводит по нему пальцами.

— Да Крис издевается… — цедит она. — Бумага как бумага.

Я не тороплюсь и наблюдаю.

— Может, текст невидимый? — предполагает кто-то. — Нужно магией проявить.

Часть девушек не выдерживает и активирует чары. В воздухе вспыхивают искры, листы на мгновение светлеют… и всё же остаются пустыми.

— Прекрасно, — раздражённо бросает брюнетка. — То есть мы просто теряем время.

Именно. Я опускаю конверт на колени и больше к нему не прикасаюсь. Тёмно-бордовый воск застыл ровным кругом, в глубине которого угадывается сложенное крыло дракона. Интересно, что будет, если я не открою?

Леди с медными волосами смотрит на меня с интересом, потом вдруг пересаживается ближе. Я успеваю разглядеть тёмную родинку у неё на скуле — маленькую, едва различимую.

— Леди Камилла Винсент, — говорит она негромко.

— Приятно познакомиться. Мэдди Вайс, — отвечаю так же тихо. — Тоже не спешите?

— Предпочитаю сначала понять правила игры, — она лениво обмахивается своим конвертом.

Девушки снова шумят. Кто-то требует вернуть графа Хоума, кто-то настаивает на новом комплекте конвертов, а брюнетка яростно трясёт листом, будто знаменем в войне с личным врагом.

— Ой, смотрите! — восклицает женский голос позади. — От магии бумага краснеет.

— И у меня… да, точно, — доносится с другого конца зала.

Леди Винсент склоняется ближе.

— Леди Маргарет Роэн, — кивает она в сторону брюнетки в жёлтом. — Полагаю, победительница уже определилась.

Я перевожу взгляд на названную леди. Лист в её руках медленно темнеет, словно впитывая остатки чар.

— Почему она победительница? — спрашиваю тихо.

Леди Винсент смотрит на меня так, будто я только что перепутала герб генерала с узором на салфетке.

— Вы, правда, не отсюда? — вполголоса уточняет она. — Или просто давно не следите за тем, что происходит вокруг?

— Я не понимаю, к чему вы клоните.

Её губы едва заметно изгибаются.

— Его светлость, знаете ли, весьма снисходителен к тем, кто регулярно греет его постель.

Щёки вспыхивают сами собой. Неловко и совсем некстати, словно это я призналась в чём-то неприличном.

— Вы хотите сказать…

— Я? — леди Винсент тихо фыркает. — Во имя Праматери драконов, я ничего не хочу сказать.

— Она что… его любовница? — шепчу, почти не шевеля губами.

В зелёных глазах леди Винсент мелькает то самое выражение, которым обычно награждают людей, произнёсших очевидное вслух.

— Тс-с, — мягко останавливает она. — Такие слова в приличных залах не произносят, мисс Вайс.

— Но это правда?

— Скажем так: леди Роэн слишком уверенно чувствует себя рядом с фамилией Валле, чтобы это было простым совпадением.

Я снова смотрю на брюнетку. Лист в её руках полностью потемнел, налившись густым бордовым цветом; она вертит его, разглядывая со всех сторон. Леди Роэн назвала генерала… Крис. Я слышала, но не придала значения.

— И ей за это ничего не будет? — тихо спрашиваю я.

— Напротив, — усмехается леди Винсент. — Ей за это будет… всё.

В груди что-то неприятно сжимается. Воспоминания давят, словно мокрый снег.

Потому что я люблю другую.

Кристиан, спиной ко мне, застёгивает ремень. Спокойно, неторопливо, будто мы не делили ночь.