Помощница Его Злодейшества

52

Корнелия

В жизни каждой женщины, делающей ремонт в жилище мужчины, наступает момент, когда она с неизбежной ясностью понимает: хозяин жилплощади ее прибьет.

Вот и я сейчас смотрела на результат «давайте освежим покои его злодейшества по-быстренькому» и чувствовала, что мне конец.

Рейнард стал частенько пропадать из замка, и за последний месяц я его почти не видела. А если и видела, то герцог смотрел на меня та-а-а-а-ак мрачно, что хотелось сбежать в подземелья жаловаться Сердцу на хозяина замка.

Впрочем, к ремонту это относилось опосредованно. В тот момент, когда я поняла, что его злодейшество ночует в своих покоях хорошо если раз в неделю, в мою голову пришла вне всякого сомнения блестящая идея и там сделать ремонт «по-быстренькому». В моем воображении мы всего лишь освежали паркет и стены, меняли текстиль и делали вид, что никто в его комнаты не заходил.

Но, как водится, любая гениальная идея, столкнувшись с реальностью, превращается в увлекательное приключение.

— И как так получилось? — спросила я, рассматривая результат быстренького ремонта.

— Да как… — растерянно проговорил Азал, попеременно косясь то на меня, то на входную дверь.

Бедолага вообще был довольно дерганым для командира замкового гарнизона, но тут я предполагала, что мой ремонт его добил. Точнее, довел.

— Да, — переспросил Эдвард, от возмущения стремившийся к идеальной форме пушистого шара, — как?!

— Ну как-то так… — уныло ответил полудемон.

«Как-то так» выглядело как огромнейшая герцогская кровать, которую вынесли из покоев, а теперь никак не могли занести обратно.

Она удивительным образом не влезала в дверной проем.

— И что нам теперь делать? — вздохнула я печально, представляя, как уставший Рейнард вернется после очередной охоты на какого-нибудь местного дракона, а его кровать стоит в холле замка.

— Нам? — возмутился Эдвард. — Прошу заметить, что я в этом не участвовал!

— Да ты что? — удивилась я. — А кто тут скакал, и прыгал, и руководил процессом транспортировки?

— Вот именно! Руководил! — заюлил пушистый паршивец. — И ни в коем случае не участвовал! Руководителей вообще нельзя привлекать к ответственности. Мы руками ничего не делаем, только водим!

— У тебя лапы, — напомнил Азал.

— Водил лапами! — быстро сориентировался Эдвард.

— Так его злодейшеству и скажем: а этот ушастый водил лапами, — покивал Азал.

«Этот ушастый» жалобно застонал, виня всех в несправедливости мира.

— Так, ну-ка перестали переругиваться, — скомандовала я, поморщившись. — Это всего лишь кровать, ее не выпилили же целиком из дерева. Значит, можно разобрать, занести и собрать. Всех дел на двадцать минут!

— И эта женщина дипломированный бытовой маг… — пробормотал Эдвард так громко, что я при всем желании не смогла бы прослушать.

— Что тебе не нравится? — нахмурилась я.

— Это древняя, практически антикварная кровать! Наверняка на ней сто тысяч заклинаний навешано всяких!

— Для сна? — удивилась я.

— Ага, для сна, — оскалился Азал. — И для его результативности.

Рогатый полудемон и наглый тушканчик противно заржали, но пояснять шутку отказались. Азал вообще заявил, мол, хочешь узнать подробности — спроси у герцога.

— Вот совсем не хочу, — отрезала я.

— Жа-а-а-а-аль… — со вздохом протянул командир.

— Ну так и чем вам мое предложение-то не нравится? — нахмурилась я.

— Тут нужен столяр, — снизошел до пояснений Эдвард. — А лучше — реставратор.

— Еще скажи, что они только в столице есть, и тогда нам точно конец, — помрачнела я.

— Угу, — нервно повел ушами тушканчик.

— А как же старик Адол? — вдруг спросил полудемон.

— Адол? — оживился Эдвард. — Адол может помочь…

— Но? — спросила я, чувствуя подвох.

— Но характер у него отвратный, — честно признался Азал.

— На уговоры поддается слабо, — подтвердил Эдвард.

— Пф! — отмахнулась я.

Тоже мне проблема — старик со скверным характером. Это ему просто еще я не попадалась! А я умею быть удивительно убедительной, особенно когда под попой разгорается черное магическое пламя мужчины, оставшегося без кровати в собственном доме!