Помощница эспера в Академии Зодиака

Глава 2

С Гюнтером фон Диром я встретилась уже на следующий день после моего грехопадения с Баалом. Он вызвал меня по селектору с лабораторной работы, которую мы всем потоком проводили около внутреннего озера нашего кампуса. Оно было искусственным и предназначалась исключительно для отработки стихийниками Воды своих навыков и новых заклинательных рун.

Ну или для утопления своего бренного тела в мутноватой воде главного кампуса империи Рокнесс, например, из-за глупости, которую я совершила вчера — поцеловала самого неуравновешенного и опасного эспера всей Академии Зодиака. Да куда там! Всей империи. Про Баала уже легенды начали слагать за его свирепость и лютый нрав.

Ничего общего с тем парнем, с которым у нас была фиктивная помолвка, не осталось. Тогда он мне показался спокойным и вдумчивым. А еще настоящим воспитанным лордом.

Неужели второй знак Змееносца перекрывает вообще все черты «родившегося» эспера?

«Нет, он усугубляет только негативные», — подумала я и тоскливо принялась выводить записи в блокноте для рун. Они всегда были компактного размера, чтобы мы могли брать их собой и точно проговаривать нужную вязь, если та понадобится.

Тут Водные ничем не отличались от остальных стихийников. Одни и те же приемы усиления, только нам для отработки навыков приходилось искать большой резервуар воды. Вода из-под крана особо не работала. Проще всего было, конечно, стихийникам Воздуха. Вот у кого раздолье так раздолье для демонстрации магии.

Их в парах с эсперами и отправляли чаще всего на зачистку Белых Разломов. Левитация, воздушные ямы, ураганы, смерчи — огромный арсенал воздействия на монстров, и неоценимая помощь эсперам, которых чаще всего направляли на тварей, как таран.

От Водных никогда ничего не ждали, кроме лечения. У нас даже в дипломе отсутствовала графа — боевые навыки.

До вчерашнего дня.

«Адептка Сэнтэль Фриш, явитесь в кабинет проректора фон Дира для дальнейшей беседы. Адептка Сэнтэль Фриш явка незамедлительна!» — голос Лизы Гэльс, звонкий и сильный, разлетелся над нашими головами, и весь Водный поток уставился на меня во все глаза.

Потому что к Гюнтеру фон Диру вызывали только для наказаний.

«Неужели обнаружил наши магические следы в кабинете? Или чего хуже — смог сделать слепок события?»

Мое лицо только силой воли не стало пунцовым.

Вчера я пришла к проректору на своих двоих, чтобы попробовать отменить запрос в Помощницы, который накалякал Баал. Кто ж знал, что и он там окажется, парнокопытный козел!

Я сжала свой блокнот до скрипа страниц, но сразу же попыталась успокоиться — на меня же все смотрят. В том числе наш преподаватель Практической рунологии, мадам Лутц.

— Сэнтэль, что-то случилось? — спросила она шепотом, когда махнула на адептов рукой и дала задание тренироваться самостоятельно. — Давай я тебя провожу. — А потом обратилась к старосте — высокому, худому, как спичка, адепту Дитриху Шоссену — вот кто был отражением выражения «водный змей». Дитрих даже цветом волос пошел в героя старой легенды: такие же сине-черные, с ярким отливом, словно темные морские глубины. И глаза, яркие-яркие, словно сапфир. Он по-своему был красив, и наши девчонки по нему вздыхали, кроме меня. Может быть, поэтому, мы начали так близко общаться — не боялся, что я его окручу. Многие из наших бойких русалок мечтали зажать его в углу, а там уже и свадебные колокола зазвенят...

Когда я поступила в Академию Зодиака, в которой было огромное количество желающих на место, то неприятно удивилась, что девушек тут считают лишь соискательницами богатого мужа.

Странная логика, конечно, хотя и не лишенная фактов.

В общем, с Дитрихом мы были союзниками: я прикрывала его мнимым статусом «его девушки», а он помогал с учебой и книгами из библиотеки, которые выдавались только высокородным.

Вот такая учебная дискриминация!

Но я нашла выход. И из ситуации с Баалом тоже найду. Как истинное дитя Воды. Протеку между щелями и прорехами.

Мадам Лутц повела меня по дорожке ко входу в главный корпус Академии, где на третьем этаже находился этаж администрации. Хоть я и знала, в какой кабинет мне нужно явиться, но присутствие преподавателя меня успокаивало.

— Сэнтэль, не волнуйся, я думаю, что это плановый вызов, — успокаивала меня мадам Лутц, хотя какой мог быть плановый вызов к проректору, кроме какой-то проблемы со мной. Делать ему нечего — тратить свое драгоценное время на адептов.

А вот на возмутителей порядка — самое то.

— Конечно, мадам Лутц. Я тоже думаю, что это формальная процедура.

Когда мы поднялись на нужный этаж, использовав резной лифт, то нас встретили тишина и спокойствие в приемной проректора фон Дира. Фрау Гэльс бросила на меня нечитаемый взгляд, будто вчера не видела, как я шла в кабинет проректора вместе с Бальтазаром.

Вот, как я и боялась, остался всплеск моей магии, так заинтересовавший проректора, ведь на этом этаже хорошие защитные руны, а я их обошла.

«Обтекала», — мысленно поправила использованный глагол у себя в голове. Именно, что обтекла.

И сейчас очень хотела просочиться в какую-нибудь дыру вместо того, чтобы стоять и обтекать перед проректором.

Не хватало мне еще вылететь отсюда!

— Проходите, адептка Фриш, — указала на дверь кабинета секретарь Лиза Гэльс, а второй рукой оттеснила мадам Лутц. — Только Фриш, фрау Лутц. Вы можете вернуться на рабочее место.

— Но, позвольте, Лиза, как так. Мою ученицу вызывают к проректору, а я не могу присутствовать?

— Именно так, — кивнула ей Лиза и подогнала меня рукой.

— Не переживайте, мадам Лутц, с ней только поговорят.

— Все в порядке, мадам, — это уже я попыталась успокоить свою преподавательницу.

Она недовольно поджала губы, но замерла, наблюдая, как я захожу в кабинет. Дверь за мной с грохотом закрылась от порыва ветра.

В кабинете нас было трое: я, Гюнтер фон Дир и Бальтазар.

— Присаживайтесь, Сэнтэль, — обратился сразу по имени проректор и указал на кресло рядом со своим столом и с креслом Баала. Ясно, ничего хорошего мне не ждать.