Помощница капитана. Книга вторая

ГЛАВА 26

В обычные дни завтрак старших офицеров состоял из окорока или паштета с рагу и фрикасе, масла и сыра, хорошего вина и свежего хлеба. Обед начинался после того, как навигаторы производили замер координат относительно плоскости эклиптики, и обед этот состоял из густого супа на курином бульоне, говяжьей грудинки, свежей баранины или телятины с фрикасе из кур. Когда три этих блюда уносили, на их место ставили жаркое, два рагу и два салата. На десерт были сыр, фруктовые пюре, свежие ягоды, выращенные в трюме, каштаны и варенья. Ужин был похож на обед: суп с курицей, два жарких, два рагу, два салата и десерт. Спиртное тоже экономить не приходилось: у капитана было два ящика по двадцать четыре бутылки вина в каждом.

Нельзя сказать, чтобы Орлов был удивлён, когда на завтрак ему принесли деревянную миску с сухарями, присыпанными луком и чесноком, и кружку с водой. Впрочем, нет, он всё-таки был удивлён – потому что даже будучи узником, он оставался графом Орловым. Может, и бывшим, но капитаном галеона «Варяг». И ожидал, что обращаться с ним будут соответственно.

Ксения проснулась к обеду, и ей повезло первой увидеть птичий хребет, плавающий в бульоне – это блюдо называлось «суп». Она перенесла встречу с едой более стойко, потому что за время своего обитания в казармах встречала блюда и более неприглядные на вид.

– Что мы будем делать, капитан? – спросила она, помешивая ложкой бульон.

Орлов не смотрел на неё. Он честно пытался подобрать выход, который казался ему очевидным ещё вчера.

Предполагалось, что, оказавшись в камере, они первым делом попытаются вступить в контакт с Крылатыми – которые, как был уверен капитан, просто не могли поддержать бунт. Однако в тот момент, когда он ступил на пол изоляционного блока, Орлов понял, что план потерпел фиаско – добрая половина Крылатых находилась здесь же, все они были заперты в камерах, куда их набили, как набивают в бочку селёдок. Офицеров среди них не было – очевидно, их заперли где-то ещё.

Капитана они встретили радостными криками, полными надежды, которые, впрочем, скоро поутихли – когда пилоты увидели, что его точно так же запирают в камере, только отдельно от остальных.

Оставался ещё один вариант, на который он мог рассчитывать – это суд. Впрочем, если весь благонадёжный офицерский состав находился под замком, то шансы Орлова переубедить присяжных заметно снижались. А к тому же с того момента, как его поместили в камеру, никто не приходил к нему и не вспоминал про то, что ему был обещан этот самый суд. Пленника так же не спешили приводить.

Лучини появилась в камере только после обеда – всё ещё одетая в синайский шёлковый халат, она выглядела ещё более потрёпанной, чем пару недель назад, и по царапине на щеке и злым глазам Орлов предположил, что её всё-таки намеревались поделить между собой.

– С вами всё в порядке? – спросил капитан, отходя с прохода и позволяя альбионке зайти внутрь.

Элена судорожно кивнула и, придерживая ворот халата, прошла мимо него. Остановилась у стены, где стояла, насторожённо глядя на посетившую их делегацию, Ксения.

Квартердекер, сопровождавший Лучини, порог пересекать не стал. Глядя на Ксению, он протянул руку и коротко потребовал:

– Ключ.

Ксения колебалась лишь секунду, после чего губы её искривила неожиданно злая усмешка.

– Только после того, как мне отдаст приказ капитан.

– Не валяй дурака, девка! – рявкнул квартердекер, а старший механик, стоявший по правую руку от неё, положил руку квартердекеру на плечо.

– Не валяйте дурака, госпожа Троекурова. Вы не хуже нас понимаете – парусам требуется ремонт. Недавно был бой. Если вы не дадите нам ключ от склада, то никто из нас не покинет орбиты этой чёртовой планеты.

– Я сказала, – размеренно повторила Ксения, переводя на него взгляд. – Только после того, как мне прикажет капитан.

– Вы в своём уме? – снова вступился квартердекер, тем не менее немного растерявший пыл. – Чеботарёв не станет спускаться сюда ради вас.

– Вы рассуждаете так, как будто я завишу от вас, а не наоборот, – Ксения склонила голову вбок, – согласно уставу ключ находится у старшего помощника до тех пор, пока его не сместит капитан или трибунал. И ключ будет оставаться у меня до тех пор, пока мне не прикажет капитан. Настоящий капитан.

Взгляды механика и квартердекера сместились на Орлова.

Тот пожал плечами.

– Поскольку вы отказываете мне в праве суда, я не могу знать, капитан я или уже нет. А потому не могу отдать приказ.

– Вот как… – протянул квартердекер и шагнул вперёд, но едва нога его переступила порог, как механик удержал его. Квартердекер зло посмотрел на спутника – и снова на заключенных, – я мог вы вас просто обыскать. Хотите этого? – он перевёл плотоядный взгляд на Ксению и облизнулся. Усмешка Ксении стала шире.

– Попробуйте. Только не думайте, что для этого я выйду к вам и стану вам помогать. Нас здесь трое. Чтобы обыскать кого-то из нас, вам придётся привести с собой ещё хотя бы одного.

Ксения смотрела насмешливо. Она почти ждала, что квартердекер шагнёт вперёд. Сомнений в том, что они расправятся со своими тюремщиками втроём, у неё не было – клетка превратилась бы в ловушку для нападавших, а вот заключённые смогли бы легко покинуть её.

Однако, квартердекер отступил назад.

Ксения разочарованно вздохнула.

– Хотите суд – будет суд, – бросил квартердекер, снова запирая камеру.

Сапоги тюремщиков простучали по металлическому полу, а когда они скрылись за углом, Орлов посмотрел на Ксению.

– Не ожидал, – сказал он.

Ксения отвернулась.

– Вы всё время недооцениваете меня.

Секунду Орлов молчал, а затем, не выдержав, шагнул вперёд и, с силой развернув лицо Ксении к себе, впился губами в её губы.

Ксения от неожиданности выпустила струю воздуха ему в рот и обмякла. Руки её поползли по спине капитана, она всем телом прижалась к нему и испустила едва слышный стон.

– Не мучайте меня… – прошептала она.