Помощница под прикрытием для ректора дракона

Глава 4

Утром я проснулась с ощущением, будто меня пропустили через мясорубку. Из-за этого неполноценного сна я чувствовала себя как разбитое корыто, словно внутри меня все органы поменялись местами и отказывались работать в привычном режиме. Я, наверное, проспала бы до обеда, если бы не непоседливая и очень прожорливая белка, которая решила, что я обязана проснуться немедленно.

— Слушай, я, кажется, поторопилась, когда решила, что мы с тобой созданы друг для друга, — ворчит Фру-Фру, ее голос звучит как скрежет металла о стекло.

— Полностью с тобой согласна, — не могу не согласиться я с надоедливой подружкой, чувствуя, как во мне просыпается раздражение. Она назойливо щекотала мне лицо своим хвостом, и все бы было ничего, но мысль о том, что у нее под этим самым хвостом, быстро заставила меня проснуться и в ужасе отодвинуть белку, словно она была заразной. Все же в процессе щекотания она этим самым местом терлась в непосредственной близости от моего лица, что было отвратительно. — Ты что делаешь? — мой голос дрожит от отвращения.

— Я пытаюсь достучаться до одной эгоистичной дамы, которая решила, что прибыла в этот мир, чтобы поспать, — ворчит Фру-Фру, ее глаза сверкают от возмущения.

— Не делай так никогда, если не хочешь, чтобы я тебе хвост побрила, — пригрозила я, выставив вперед палец, словно это могло ее остановить.

— Ладно-ладно, — обиделась белочка, отворачиваясь от меня. — Подумаешь, — она ускакала на дальнюю часть кровати, но не настолько далеко, чтобы не проследить за тем, чтобы я встала и умылась, словно я была нерадивым ребенком.

— Который час? — тело болело, словно я вчера занималась спортом, при этом делала нагрузку на все группы мышц. Но, взглянув на баррикаду перед дверью, поняла, что это практически так и было. В голове всплыли ночные кошмары, и по телу пробежала дрожь.

— Время обеда, а мы не завтракали, — бурчит недовольная белка, словно я была виновата в ее голоде. У нее время исчислялось приемами пищи. Интересно, а какое у нее летоисчисление? Наверное, от урожая к урожаю.

— Сейчас уберем баррикады и позовем служанку. Не переживай, от голода не умрешь, — успокаиваю я собеседницу, стараясь не сорваться на крик.

— Уж будь так любезна, — продолжает демонстрировать свое плохое настроение белка, словно я была обязана ублажать все ее прихоти.

На разбор и расстановку по местам мебели ушло времени побольше, чем на ее нагромождение. Дело в том, что стаскивать ее под дверь было легче, так как мне помогал страх, и я действовала на адреналине. А сейчас ноющие мышцы намекали на то, что я перестаралась накануне. Но не сидеть же мне замурованной в этой комнате. Так что, несмотря на боль в мышцах и суставах, я расставила все по своим местам и сделала вид, что ничего не произошло, дернула за шнурок и позвала девушку-подавальщицу. Она пришла минут через десять и сообщила, что, оказывается, меня уже ждут внизу, в отдельном кабинете. Но меня не смогли утром разбудить и открыть дверь, поэтому лорд уже негодует, и в ее голосе слышалось плохо скрываемое осуждение.

Залившись краской смущения, я не стала ничего объяснять и последовала за девушкой, чувствуя себя полной идиоткой. Фру-Фру шмыгнула в сумку, оставшись незамеченной, а я для надежности даже клапан сумки рукой придерживала, чтобы убедиться, что она там и останется и не решит высунуться в самый неподходящий момент, натворив дел.

Меня проводили на первый этаж, но не в общий зал, а завернули в неприметный коридор, где были отдельные кабинеты. На столе стоял бокал и графин с янтарной жидкостью, но никого не было. Я вопросительно посмотрела на девушку, надеясь получить хоть какое-то объяснение.

— Видимо, лорд устал ждать и решил пройтись, — объяснила она отсутствие важной персоны в комнате, пожимая плечами. — Вы присаживайтесь, я принесу обед, а заодно попрошу мальчишку-помощника сбегать и поискать лорда, — я благодарно кивнула, заодно отметив, как же хорошо, что в моем мире придумали телефоны, которые, к слову, в их мире, естественно, не работали. Как, впрочем, и интернет, что вызывало у меня приступы ностальгии по привычной жизни.

Я села на свободное место, и девушка принесла еду. Запеченное мясо с овощами, ароматный хлеб с хрустящей корочкой, пирог и сок оказались невероятно вкусными. Я уплетала все с таким аппетитом, словно ничего вкуснее в жизни не ела, хотя, может быть, это и было правдой, учитывая мои последние кулинарные эксперименты.

Когда с едой было покончено и даже Фру-Фру довольно похрюкивала в сумке, я посмотрела на время. Лорда между тем все не было, и мне просто стало скучно ждать, и во мне начало нарастать раздражение. Да и сидеть долго на деревянном стуле было неудобно, спина начинала ныть.

Памятуя предупреждение девушки-подавальщицы, я осторожно выглянула в коридор, но там никого не было. Захотелось пройтись, размять ноги, и я осторожно пошла на выход, очень рассчитывая, что смогу найти черный выход и не идти через общий зал, где меня могли узнать. Но обрывок разговора заставил меня остановиться и замереть как вкопанной, словно кто-то нажал на кнопку "стоп". Обычно я не подслушиваю разговоры, но это был особый случай, так как я услышала голос своего бывшего, что заставило мое сердце бешено заколотиться. Но вот засада, я не расслышала ни слова, и даже в какой-то момент мне показалось, что я ошиблась и перепутала его голос с чьим-то другим. В комнате, из которой шел голос Александра, раздался звук двигающихся стульев, и я мухой шмыгнула в кабинет, который только что покинула, оставив щелочку в двери, чтобы не упустить ничего важного. Из интересующего меня кабинета и в самом деле вышел Александр Колокольцев собственной персоной, и мое сердце пропустило удар. Я хотела проследить за ним, узнать, что он здесь делает, но, во-первых, меня интересовал тот, с кем он беседовал, во-вторых, у меня, между прочим, здесь тоже как бы назначена встреча, которую я не хотела пропустить. Поэтому я продолжала слежку из своего наблюдательного пункта, чувствуя себя шпионом. Кабинет никто не покидал, а вот в коридоре показался лорд Марколл, и я, раздосадовано вздохнув, поспешила занять свое место и сделать вид, что ем пирог, надеясь, что он не заметит моего отсутствия.