Помощница с секретом

Глава 2

Алена

Не пялься.

Как тут не пялиться, если всё вокруг сверкает, играет, кружит голову. Прямо с самого входа.

А мы идем дальше. В самую глубь ресторана.

Зря я вцепилась в локоть любимого. Он без конца здоровается с коллегами. За руку. Мне приходится его отпускать, потом опять брать. Выглядит комично.

Зашла с другой стороны. Только хотела взять Рому за руку, как откуда–то появился официант с подносом с бокалами игристого. Рома взял один, тем самым занял и левую руку. Ну и я взяла, чтобы не стоять как дура с пустыми руками.

Я вообще не пью, мне не нравится ни сам алкогольный напиток, ни состояние, в которое он меня вгоняет. Поэтому просто держу бокал в руках.

И без алкоголя улыбка не сходит с моего лица, и глаза, знаю, блестят. Сама атмосфера праздника действует на меня опьяняюще.

Народу прибывает. Все нарядные, веселые, красивые. Мужчины сплошь в костюмах. Может, договорились так одеться, а может, это их обычный стиль в будни и в праздники. На их фоне Рома не выделяется. Если только тем, что на лицо смазлив.

Молодых девушек очень много, – ревностно замечаю. А Васечкин уверял, что у них только старые грымзы работают.

Ну–ну.

– Роман Алексеевич, – хлопает его по спине какой–то парень, примерно Ромкин ровесник. – Тебя можно поздравить с новой должностью?

– Можно, Алексей Романович, – расплывается широкой улыбкой Рома, – но только после того, как шеф объявит.

По тому, как они общаются, делаю вывод, что они друзья, а сейчас просто подкалывают друг друга, называя по имени–отчеству. Как будто мы попали в девятнадцатый век. На бал. Где ведутся светские беседы, раздают закуски и выпивку. Танцы, думаю, будут позже, потому что на небольшой сцене играет живая музыка.

– Не сомневаюсь, что шеф выбрал тебя. Ты уж не забудь потом по старой дружбе и за меня словечко замолвить.

– Обязательно.

Они со звоном соединяют бокалы, выпивают.

– Кхм, кхм, – обозначаю свое присутствие. А то стою тут как сирота Казанская.

Ромин собеседник обращает на меня внимание.

– Вай, какая красота! – восхищается Алексей Романович, мгновенно включая кобеля. – А вы с кем здесь, девушка? Что–то я не припомню, чтобы видел вас раньше в нашей компании.

Тут же хватаюсь за Ромкин локоть. Вот я с кем!

– Алена, – сухо представляет меня Рома. – Она со мной.

Его скупые слова режут мой слух. Не девушка. Не любимая. Не невеста в конце концов. Просто Алена. Просто «со мной». Как эскортницу представил.

Стою рядом с приклеенной улыбкой и обтекаю. Но не закатывать же здесь и сейчас концерт? Я потом с милым поговорю. Завтра. На его трезвую голову. А пока – буду просто получать удовольствие от вечера. С Ромой или без.

– Роман Алексеевич, – с укоризной качает головой Алексей, – как вы могли прятать от нас такую красотку?

– Вот именно поэтому и прятал, чтобы вопросов глупых не задавали. Все, иди, Леха, – с раздражением. Наверное, Васечкин меня ревнует, потому и ведет себя так.

– Мадам…

– Мадемуазель, – не удержалась, подарила Лехе очаровательную улыбку.

Раз Рома не обозначил мой статус, значит, я свободная девушка и могу улыбаться как хочу и кому хочу, – бурлит во мне обида.

– Пардон, мадемуазель. Разрешите откланяться.

– Разрешаю.

Леха по–гусарски мотнул головой вниз–вверх, щелкнул каблуком о каблук. Развернулся и спустя мгновение растворился в толпе.

– Зачем ты с ним так? – провожаю его с улыбкой, оборачиваюсь к Роме. Он пьет уже второй бокал. И когда только успел обновить.

– Как?

– Грубо.

– Пусть знает свое место. Ничего из себя не представляет, а туда же – в верхушку залезть хочет.

Мне неприятно слышать подобное от любимого. Ведь он говорит это о своем коллеге, друге в конце концов. Так–то и Рома пока еще не начальник.

– Я тебя просил вести себя скромнее, – цедит он сквозь зубы, не забывая при этом улыбаться людям. – А ты, – бросает короткий выразительный взгляд на мое декольте. Скромное, между прочим! – выпячиваешься тут.

– Я?!

– На тебя тут уже все слюни пускают.

– На меня?! – аж дар речи теряю.

Веду взглядом вокруг себя. Да никто даже не смотрит на меня! Разве что только вон та девица в конце зала. В зеленом облегающем платье. С ярким макияжем. Красивая. Только я не по девочкам. А она глаз с меня не сводит. Неприятно мне как–то от ее взгляда. Сглазит еще.

Поворачиваюсь к Роме, открываю рот, чтобы возмутиться наговору, но вспоминаю, что я вообще–то культурная воспитанная девушка, закатывать скандалы на публике не мой конек. Я потом все–все припомню благоверному. Завтра.

Рома тем временем переключается на других гостей. Стою рядом, мило улыбаюсь, но чувствую себя здесь лишней. Обидно, что Васечкин как будто забыл, что пришел не один.

Его речь становится громче, эмоциональнее. Чувствую, ведет моего милого от пузырьков. Еще бы, он утром только позавтракал, а потом весь день не ел, сейчас на голодный желудок заливается.

– А где наш столик? Есть хочется, – пользуясь паузой, спрашиваю.

Кое–как через приветствия и поздравления добираемся до нашего стола. Он рассчитан на шесть человек, четыре места уже заняты какими–то унылыми дамами лет под пятьдесят. Чувствую на себе их завистливые взгляды. Я с мужчиной, молода, красива и весела. Полная противоположность женщинам. Но веду себя с ними учтиво. Здороваюсь, знакомлюсь, отвешиваю несколько комплиментов по поводу праздника, обстановки, сервировки.

Живот требовательно урчит. Накладываю салат и закуски себе, Роме, потому что он снова занят. Его позвали какие–то мужчины, они опять пьют что-то градусное.

Кажется, мой милый забыл не только обо мне, но и о своем обещании пить в меру и закусывать.

Дамы предлагают выпить за нас за девочек. Как–то совсем некрасиво отказываться.

Я только один бокал.

А они опять наливают. За нас красивых.

Ой, Алена, хватит тебе.