Помощница с секретом

Глава 6

Алена

– М–м... – со стоном пытаюсь открыть тяжелые веки и тут же жмурюсь от яркого света. Кто включил солнце? Выключите немедленно!

Мне плохо. От головной боли подташнивает. Страшно хочется пить, а еще – скинуть с себя бетонную плиту, что придавила меня.

Стоп! Что ещё за бетонная плита? И почему она теплая? И кто сопит мне в ухо?

Распахиваю глаза.

Мамочки!

Зажмуриваюсь.

Так, спокойно, Алена, спокойно. Вдох, выдох, вот так.

Это просто сон, не более.

А раз сон, можно и рассмотреть его получше.

Открываю один глаз, другой. Я не дома.

Кошусь налево.

И не с Ромой.

Мужчина рядом со мной лежит. И не на боку, и не на животе, а что–то между этим. Молодой. Черноволосый. Симпатичный. По бедра укрыт простыней, а открытая часть его тела говорит сама за себя: он голый!

Спит вроде. Руку на меня по–хозяйски закинул и ногу. Тяжелый, блин. Придавил так, что еле дышу.

Я тоже сплю.

Я тоже сплю!

А во сне можно так реально всё чувствовать: тяжесть мужской руки, чужие пальцы, что лениво жамкают мое полушарие, будто это игрушка–антистресс, запах пота, парфюма и секса?

Божечки, тело ноет, словно его прокрутили через мясорубку.

Стоп!

Это не сон?!

Приподнимаю голову, смотрю на себя. Шокировано падаю обратно, отказываясь принимать увиденное.

Я тоже без одежды! Совсем!

Какой кошмар!

А–а–а–а!

У меня даже головная боль внезапно прошла от открытия.

Мы что… реально переспали?!

О–о–о…

А–а–а! Мне же Рома изменил! С девушкой этого парня, что безмятежно сопит мне в ухо. Ольгой ее зовут. Это она вчера так выразительно смотрела на меня в ресторане. Дамочка в зеленом платье.

Змеюка.

Только сейчас понимаю: не на меня она смотрела, а на Рому моего. Примерялась к нему. План разрабатывала, как соблазнить.

О–о, – осеняет вдруг меня. – А вдруг они давно «близко» знакомы? Просто раньше конспирация была на высшем уровне, а вчера они утратили бдительность, и мы их застукали.

Поэтому он мне последний месяц нервы делал? Любовница – причина, а совсем не повышение? И в ресторане как будто стыдился меня, а не гордился.

Гад!

А я–то, я–то! Губу раскатала – замуж за него собралась! Тьфу! Нафиг он мне нужен теперь.

Мы их застукали, а он даже не остановился, кобелина! А потому что я говорила: как выпьет, так слишком активным становится! Тормоза отказывают.

А потом мы вместе с чернявым лечили душевные раны.

Вот, – скашиваю глаза направо, – даже посуда от лекарства осталась. Пустая.

Отомстили, блин.

Как же так получилось, что мы переспали? Я была в таком шоке от увиденной измены Ромы, что не соображала ничего, позволила привести себя сюда. При других обстоятельствах я бы ни за что не пошла куда–то с незнакомцем.

Потом мы пили что-то сладкое и газированное.

Лимонад, который девочкам в малых дозах полезен.

В малых, Алена! А не в таком количестве, как ты выпила!

И парень, между прочим, не приставал. Вел себя культурно. Кормил, поил. Шутил даже.

Что потом? Не помню!

Это же не я его соблазнила, да?

Кошусь на него. Взгляд непроизвольно скользит по рельефной спине вниз. Красивый, зараза.

А если он обвинит меня в домогательстве?

Не хочу проверять! Я здесь не работаю, он говорил, тоже.

А откуда тогда он знает про это помещение? Кто ему разрешил брать продукты и напитки?

Ну, давай, Алена, разбуди, спроси.

Так, надо делать ноги. Срочно. И в случае чего всё отрицать и вообще сделать вид, что ничего не было, и мы не знакомы.

Осторожно снимаю с себя сначала чужую руку. Потом соскальзываю на пол, вытягивая свою ногу из–под чужого бедра. Приземляюсь пятой точкой. Благо, тут ковровое покрытие, оно заглушает звуки и смягчает падение.

Странное ощущение инородного тела на правом безымянном отвлекло мое внимание от… соседа по дивану. Поднимаю руку.

Мама дорогая!

Кольцо!

А это что за блестяшка? Аж глаза режет от бликов. Бриллиант? Настоящий? Кто ты, бывший жених Ольги? Рома такой дорогой подарок себе позволить не может.

Только это не мое кольцо и не мне. Оно – для Ольги, а ее парень надел его вчера мне. Дарю, сказал.

Снимаю. Кладу на столик с тихим звяком. Мне чужого не надо.

Даня, о, я вспомнила его имя, громко вздохнул во сне, от чего поджилки мои натурально затряслись. А ну как проснется? Что я ему скажу? Со стыда сгорю, не иначе.

Приличная девушка, однолюбка, как я думала, а на деле оказалась…

Так, я потом подумаю, кем я оказалась на самом деле, сейчас главное – удрать отсюда, пока этот чернявый не проснулся.

Еще немного посидела на полу, не дыша, порассматривала этого Даню. Не для того, чтобы полюбоваться на случайного любовника, а чтобы запомнить и при встрече (не дай Бог! Тьфу–тьфу–тьфу!) сделать вид, что не знаю его и впервые вижу.

Хорошенький. Брови густые, ресницы в меру длинные, нос прямой. И губы с четким контуром. М–м, как сладенько причмокивает ими.

Тело даже отозвалось на эти губы. Мягкие. Ласковые. Вспомнило, как они прикасались к нему.

Хорошо ведь было?

Было!

А теперь как после всего этого смотреть в глаза Васечкину?

А никак! Предателей не прощаю!

Оля дура! Такого парня променяла на Рому. Рома тоже, конечно, хорош, но он же был занят. Мной.

Зато теперь свободен.

Даня, к счастью, поменял позу: отвернул голову к стенке, распластался звездочкой.

Он и с этого ракурса хорошенький. Прикрыть бы простынкой упругую выпуклость, но боюсь разбудить.

Убедившись, что парень спит, тихонько поднимаюсь. Быстро нахожу свое белье и платье. Какая ткань хорошая, ни одной складки. Не зря стоило половину Ромкиной зарплаты.

Поспешно одеваюсь. Хватаю сумочку, туфли и, как есть, босиком, сбегаю из этого помещения.

Уже в коридоре обуваюсь. Интуитивно выбираю верное направление к лестнице. Сбегаю вниз так быстро, будто за мной гонятся.