Помощницу злодея убьют в кульминации. Служанка в Академии

Глава 5

Мужчина просто исчез. Я осталась одна в зале. И на реальность разговора намекало лишь танцующее пламя свечей.

Страх сковал тело.

Я не понимала, что происходит. Не знала, что делать дальше.

Отсутствие твёрдой земли под ногами и крепкого плана, некая подвешенность, огромное количество тёмных пятен… Всё это будто перенеслось из моей прежней жизни.

Для чего я здесь? Какую роль брюнет должен был сыграть в сюжете? Была ли Линда на самом деле злодейкой? Как выжить и стоит ли вообще пытаться барахтаться?

Позади всё ещё лежал молоток. Меня тянуло к нему, словно я слышала какую-то тёмную тихую песню, звучащую лишь для меня одной.

Чужие пальцы тогда были на моём подбородке. Лёгкая боль коснулась кожи и тут же исчезла.

Неужели это правда?

Неужели мне действительно досталось новое тело и новая жизнь?

А вместе с ней и способность испытывать боль, верно настроенные сигналы тела, и никакой больше возможности истечь кровью и даже не заметить этого…

Мне до смерти приспичило это проверить. Должно быть как во сне, верно? Если не очнусь, значит, всё реально.

И как бы сильно мне не хотелось, придётся смириться.

Я схватилась за длинную деревянную рукоятку и окинула взглядом своё отражение в оконном стекле. В глазах мелькал одержимый блеск.

Хотелось зло, яростно рассмеяться, будто я и правда была злодейкой, обдумывающей свой тёмный таинственный план.

Отчаянно нужно было что-то почувствовать… Физически. Осознать, что испытывали все те люди, которым при мне ломали кости.

Брат прекрасно понимал, как они страдают, но ему было плевать. Я всегда была рядом. С эмоциями у меня всё было в порядке. Вот только я не могла осознать, насколько плохо другим. Жалость не испытывала первое время просто потому, что не понимала, что такое физическая боль.

Это, наверное, сказалось на психике.

И вот, у меня появился вариант стать ближе к нормальности… Или окончательно свихнуться.

Я прижала холодный металл к скуле, обдумывая, как именно это сделать.

Взгляд упал на левую ладонь.

Почему бы и нет?

Может быть, я очнусь?

Стоит лишь разок ударить, и перед глазами будет мой голодный, скалящийся лезвиями мир. От него пахло кровью и порохом, но он был моим. Родным.

И там остался тот единственный, кто был мне дорог…

Родной.

С этими хаотичными мыслями я направилась к столу, положила руку между тарелок и замахнулась.

Пламя неодобрительно колыхнулось. Кто-то прижался к моей спине, сжав талию, и схватил за левое запястье. Неизвестный успел отвести мою руку в сторону. В итоге молоток ударил по его бледной ладони.

Я отчётливо ощутила, как железо врезалось в кость, и вздрогнула.

Всё произошло слишком быстро.

Я даже не успела повернуть голову и посмотреть на того, кто решил вмешаться не в своё дело.

Мне и не пришлось.

Тот же самый красивый и уже мрачный мужчина развернул меня к себе, заставив упереться копчиком в край стола.

Его глаза мерцали в полутьме агрессивным алым цветом.

— Что ты творишь? Знаешь, сколько энергии я трачу, чтобы проецироваться рядом с тобой?

— Так, значит, я тебя не ударила?

Он зло вглядывался в моё лицо, словно надеялся найти в знакомых чертах нечто новое.

Как же хорошо я его понимала…

Мне бы тоже не помешала ясность.

— Не ударила? — он усмехнулся, а затем показательно облизнул нижнюю губу. Его язык был в крови. Интересно… — С каких пор у тебя прорезались клыки, моя милая? Неужели в тебя кто-то вселился?

Я всё ещё была в его цепкой хватке, хотя и было ясно, что на самом деле рядом никого не было. Физически. Даже на расстоянии этот мужчина схватывал всё слишком быстро, и мне это не нравилось. Впрочем, хорошо, что в этом мире был кто-то с больше чем одной извилиной в башке. Если не выберусь, хотя бы буду знать, с кем можно перекинуться в картишки.

— А если и так? Может быть, мне твоё присутствие в моей жизни осточертело. Ты спрашивал, как идут дела. Сам ведь знаешь, что Арабелла собирается бежать в “Миллениум”. Вот только я с ней не поеду, можешь нацепить чепчик и таскать её вещи, если так хочешь, мне плевать.

Этим нехитрым выпадом мне хотелось проверить теорию. Судя по всему, Линда не была никакой злодейкой и едва ли вмешалась в семейную драконью жизнь от большой любви. За ней стоял кто-то покруче.

Кто-то, кто считал её слабой, глупой и ведомой.

Кто-то, кто не дал мне себя покалечить.

Верно?

— Мне очень интересно, нашла ли ты способ отвязать себя от неё? Неужели забыла, что если решишь уйти от меня, никто тебя не подстрахует? Неужели хочешь разделять боль Арабеллы? Вы связаны, и если ты не будешь её защищать, она не доберётся до “Миллениума”. Если с нашей красоткой что-то случится, ты умрёшь. Я обещал тебя освободить, когда всё будет кончено. И мне слабо верится, что ты нашла кого-то ещё, кто готов тебе помочь. А если нашла, то я его убью. Не стоит никого впутывать в наши дела.