Помощницу злодея убьют в кульминации. Служанка в Академии

Глава 8

— Да, Лида, помоги нам. Я бы погрелась над пламенем. Мне… так холодно.

— Холодно? — Жак сделался вмиг каким-то неестественно свирепым, словно вознамерился спасать свою любимую от разбойников, а не от лёгкого, прохладного ветерка.

Его глаза загорелись, он вмиг оказался рядом с Арабеллой, снял свой дорожный тёмный плащ и накрыл её плечи поверх вязаной светлой накидки.

Из-за своего заболевания я не могла потеть в родном мире. Такой вот побочный эффект.

Здесь было точно так же, но, скорее всего, уже из-за вампиризма. И в замке, и на улице мне не было ни холодно ни жарко.

И всё же я сомневалась, что Арабелле на самом деле было холодно.

Как и в её способности здраво мыслить.

Да и мыслить вообще.

— Госпожа, — добавила в голос максимум скепсиса, нисколько не стесняясь нашего “милого” спутника, — вы уверены, что именно мне нужно этим заниматься?

Арабелла, оказавшись в объятиях Жака, когда он помогал ей спуститься с лошади, захлопала ресницами и томно (ну а как же ещё?) вздохнула.

— Что? Лида, я не понимаю тебя. Пожалуйста, поспеши… Разве ты не понимаешь, как нам важно оказаться в “Миллениуме” вовремя?

Говорить, что тогда и в огне нет никакого смысла, было бесполезно.

Достаточно сделать все свои дела, посвятить пару минут разминке после седла и тронуться дальше.

Но у маленькой леди были свои планы.

— Как скажете, госпожа, — отчеканила я.

И прошлась убийственным взглядом по Жаку.

На Арабеллу мне было плевать, но мы были связаны, и мне не хотелось сгинуть так тупо в самом начале пути.

О чём она только думала? Зачем оставаться наедине с малознакомым мужчиной в такой ситуации?

Чем дольше я собирала хворост, вслушиваясь в каждый отзвук с тревогой, тем больше меня нервировало то, что во всём новом мире я оказалась прикована именно к этой дурынде.

Тот парень… Я не собиралась вестись на его уловки, но почти смирилась мысленно, что придётся сотрудничать с ним, чтобы избавиться от камня на шее с красивенным именем “Арабелла”. Это случилось, когда мне в спину полетели утомлённые слова:

— Эти слуги ничего не понимают… Приходится разжёвывать, чтобы хоть чего-то добиться. Ах, меня предал муж и в этой ситуации рядом не оказалось совсем никого разумного, кто смог бы меня поддержать, это так тяжело…

— А как же я?

— Ох, Жак, вы совсем другой…

В общем, она сказала это, когда я даже на пару тройку метров не отошла. А ведь от меня зависела её жизнь. Такое отношение даже не злило. Мне просто стало страшно, что вот ЭТО теперь — моя проблема.

Собирая сухой хворост, я пересеклась взглядом с огромным чёрным вороном, что сидел низко на ветке и не двигался, не издавал никаких звуков.

У него были красные глаза, и это привлекло моё внимание.

Но когда вспомнила, в каком мире находилась, интерес тут же угас.

Спустя пару минут птица припарковалась уже на другой ветке. Ещё ближе ко мне. Послышалось хлопанье больших крыльев. И вскоре по обе стороны от ворона оказалось ещё по одной его копии.

— Чего? — я выгнула бровь и прошла мимо.

Это, видно, вызвало у птиц вселенскую обиду. Я попала в вихрь из шелеста чёрных крыльев. Передо мной уже было больше десятка воронов. Они зависли в одной точке в форме, подозрительно напоминающей силуэт человека.

Это впечатляло, конечно, но потом мне послышался слабый крик Арабеллы, и всё остальное перестало иметь значение.

Бросив хворост, я поспешила назад.

Бег, кстати, по ощущениям давался мне лучше, чем в родном мире. Я была быстрее и не уставала, не задыхалась. Ноги будто едва-едва касались земли, словно та не могла носить на себе такое чудовище.

Позади начали каркать вороны.

Впереди… стонала Арабелла.

Она лежала на плаще стражника. Он был рядом. Надо сказать, даже слишком близко.

— Ммм, дорогой Жак, я думаю, что уже пора остановиться… Ах…

Она немного приподнялась на локотках с раскрасневшимся застенчивым лицом и слегка раздвинутыми ногами. Крупная волосатая рука Жака блуждала под её платьем.

Это… не было похоже на насилие.

— Я только начал, моя госпожа, — твёрдо заявил мужчина, сделав резкое движение, из-за которого с губ Арабеллы сорвался особенно громкий стон.

— Но… Нет, я так не могу. Лида скоро вернётся… Нам уже пора отправляться.

Она возражала нежно и соблазнительно, будто мурча. И ноги всё ещё были раздвинуты.

Неужели таким же образом нельзя было поступить с лошадью?

Я закатила глаза.

— Она ещё не скоро вернётся, — заявил он подозрительно уверенно и поддался ближе к ней, чтобы сорвать уже наверняка не первый поцелуй и впиться в шею.

Такая бездумная сцена вызывала у меня только рвотные позывы.