Попаданец в Гарри Поттера фэнтезийный Темный Властелин. Юмор

23

Квидич меня потряс. Я еще футбол считал бессмысленным занятием. Хотя, признаться честно, когда мы с Дадли смотрели трансляцию по телевизору, я потихоньку немного втянулся. Но Квиддич? В этом мире у волшебников определенно были лишние дети. Глядя, как бладжеры во время тренировки пытаются ухайдокать всю команду Гриффиндора, я с трудом поднял отвисшую челюсть. И зная о том, что здесь проходят такие игрища, волшебники отдают детей в эту школу!

Я вспомнил бессонные ночи, когда ходил по коридорам своего замка, таская на руках маленького Стюарта. Не спалось ему. То животик болел, то зубки резались. А успокаивался лишь на моих руках. Можно было, конечно, попробовать спихнуть на нянь. Но каждый раз, когда я так делал, мне казалось, что Стюарт обиженно вопит в коридоре, пытаясь позвать именно меня. Я не выдерживал и носил на руках сына сам. Ох, Роза и Луиза тогда оттянулись со своими дразнилками. «Папаша года» – это было лучшее, что я от них выслушал. Ну, в общем, да, Квиддич меня потряс.

К тому же, если честно, я все еще продолжал бояться высоты, хотя мадам Трюк регулярно загоняла меня на метлу чуть ли не силой. Я все равно упорно отказывался летать высоко, ну снимет она там сколько-то баллов с Гриффиндорак. Не я ж эти баллы зарабатывал. Да и не влияют они особенно ни на что. Отчислить легендарного Мальчика-Который-Выжил всего лишь за отказ попытаться самоубиться на высоте 20 метров, ну нет. На это школа не пойдет.

Полюбовавшись на тренировку нашей команды, куда меня притащил Рон, я вернулся в школу, оставив рыжего и остальных первокурсников восхищаться отважными загонщиками. Ладно, хотят самоубиваться в столь юном возрасте – это их дело, но я бы на их месте сотню-другую лет подождал. В конце концов, тут еще целый мир, который предлагает много других возможностей, кроме как свернуть себе шею. Размышляя об этом, я отправился обратно в Хогвартс.

Я хотел было зайти в библиотеку, чтобы взять несколько новых книг, как меня привлекли вопли, доносившиеся из коридора около женского туалета. Этот голосок я не спутаю ни с чем на свете. Вопила Гермиона Грейнджер. Та самая выскочка, которая на каждом уроке от нетерпения аж подскакивала, и стоило вам начать обсуждать хоть что-нибудь, касающееся магии, тут же материализовывалась рядом, чтобы объяснить вам, что вы колдуете неправильно, прочитали недостаточное количество книг и не провели точный анализ.

Словом, Гермиона Грейнджер была единственной стоящей сокурсницей. Я ее обожал. Она проделывала уйму работы, которую мне было делать не досуг, и приносила сухую выжимку информации. И сейчас, судя по воплям девочки, ей явно угрожала опасность. Я поспешил туда.

По пути размышляя, что за опасность может грозить девочке в женском туалете? Самое худшее – он мог оказаться закрыт из-за, скажем, мерзавца вроде Малфоя, который попросту испортил замок. Реальность превзоша все мои ожидания, включавшие дурацкие шуточки Пивза. Опасностью, которая угрожала Гермионе, был огромный четырехметровый тролль с каменно-серой кожей, маленькими злобными глазками и решительностью на тупом лице убить Гермиону.

Огромный монстр размахивал дубиной, которая только что пролетела мимо головы девочки буквально всего в паре сантиметров. Тело Грейнджер инстинктивно немного пригнулось, но она даже не предприняла попытку побега. Всего лишь вопила. «Куда преподаватели смотрят?» – подумал я, с надеждой ожидая, что вот-вот появятся МакГонагалл, Снейп или еще кто-нибудь, кто задаст троллю по первое число. Однако никто не пришел, зато тролль сделал новый замах своей мерзкой дубиной.

Я примерно представлял, что останется от головы Гермионы, если она встретится с дубинкой тролля. Ничего – мокрое пятно на стене женского туалета. Поговаривают, что у нас уже есть женское привидение где-то в туалетах, но я лично не проверял. Все-таки Темному Властелину там делать нечего, я ж мужчина.

– Гермиона, на пол! – завопил я, вскидывая руки.

Выхватив палочку с пером птицы Рух и палочку из остролиста одновременно, я ударил заклинаниями. Поток пламени, вылетевший из палочки, с пером феникса и поток Тьмы из палочки Рух, сконцентрированные до нельзя, ударили двумя узкими точками в тролля. Заклинания вышли мощными. Идея местных волшебников концентрировать потоки магии при помощи палочек имели свои плюсы. Даже при не очень больших затратах заклинание в конкретной точке получалось довольно сильным. Так что оба они прекрасно пробили твердую шкуру тролля.

Но вот беда. Площадь поражения оказалась столь мала, что тролль попросту не обратил на раны, пусть даже глубокие, особого внимания. Зато обратил его на меня. Взревев, тролль зашагал в мою сторону с решительным настроем сначала превратить в мокрое место меня, а потом Гермиону. Я спрятал палочки обратно в карманы. Похоже, местная магия мне все еще давалась плохо.

– Ну что ж, сам напросился, скотина, – прорычал я, вскидывая руки. «Лезвие Мрака» – прекрасное заклинание, придуманное мной на основе воздушной магии. Личная, так сказать, разработка.

Гермиона от ужаса, к счастью, упала на пол. И теперь я мог колдовать беспрепятственно. По троллю не промахнусь, он ходячая четырехметровая мишень. Лезвия Мрака устремились в его грудь, глубоко вонзившись. Монстр взревел. Глаза его налились такой яростью, что теперь это была однозначно смертельная битва. Впрочем, она и до этого была таковой.

Разогнавшись, тролль кинулся на меня, я же проскользнул ему под ноги и бросился к Гермионе. Девочка, кажется, потеряла сознание. Хлопнув ее по щеке, я понял, что привести в чувство не удастся, а тащить на себе, ну... Мне в этом теле одиннадцать лет, и я довольно тщедушный мальчишка. Как бы ни старался его укреплять, это не быстро. Тролль с энтузиазмом развернулся и пошел на второй заход, явно собираясь просто раздавить нас своей массой. Или разорвать на куски, запихать и сожрать прямо здесь, не готовя. Скорее, второй вариант.

«Ну, у тебя был шанс спастись», – прорычал я, глядя в злобные глазки тролля.

Подняв руки на этот раз, я сконцентрировался как следует. Конечно, я не хотел применять темную магию в стенах Хогвартса. Это слишком опасно. За такое здесь исключить могли, и это самое малое наказание. В этом мире к темной магии относились со странным пиететом. Стоило только немножко ее использовать, и сразу же начинались очень крупные неприятности. Это я уже уяснил из лекции профессора Квиррела и объяснения Снейпа, которому задал пару провокационных вопросов.