Попаданка без возврата: я — главная злодейка?

Глава 18

Айви не очень-то спешила — явилась она не меньше, чем через полчаса. Я её за это пожурила, но в глубине души прекрасно понимала: удаляться с праздника, где ты в центре внимания, чтобы прислуживать хозяйке-тиранше, звучит не очень соблазнительно. Айви всё ещё была в своём красивом воздушном платье; склонив голову, она поставила поднос на низкий столик. Прищурившись, я могла бы представить, что сегодня мне прислуживает большое ходячее суфле.

На самом деле, Айви очень и очень хороша. Даже мне сложно удержаться от того, чтобы ущипнуть это милое кукольное лицо и заплести её пушистые рыжие волосы в пару пышных кос. Пока Элария — типаж какой-нибудь высокомерной актрисы, привыкшей к свету (метафорических) софитов и направленным на неё камерам, Айви — очаровательная деревенская простушка, добрая и нежная, как ангел.

Понятно, почему Элария так её изводила. Мало того, что эльфийские стандарты красоты в стране людей едва ли что-то значат, так ещё и между сильной и нежной женщиной мужчины чаще выбирают вторую. Когда тебе предпочитают твою же служанку, разве это не обидно?

Я всмотрелась в лицо Айви, когда она отошла на несколько шагов и застыла в позе послушной горничной, почти копируя Поппи, но сгорбившись чуть сильнее. Она явно была недовольна, что я выдернула её ради ужина, но в то же время выглядела счастливой. Как и полагается человеку, в жизни которого случилось что-то чудесное. Она танцевала с принцем! Даже я не удостоилась такой чести.

Тьфу ты, Эрик, не жених, а мечта.

Наверное, будет странно не наказать Айви. Она, конечно, не так уж и виновата. Не заставляла же она его танцвать! Тут Эрику стоит надавать по голове, за то, что прилюдно унизил невесту — в таком мире это почти измена.

Я махнула рукой, позволяя Эпелю накинуться на еду, пока размышляла, глядя на Айви. Взгляд у меня точно жуткий — это же строгое лицо Эларии, как-никак.

Тем временем мальчишка схватил очень скромного размера стейк как умел — руками. Я покачала головой, когда он вгрызся в мясо; учишь его, учишь, а потом по новой. Разнервничался?

— Айви, — начала я. Больше нельзя оттягивать — нужно отыгрывать роль злодейки, чтобы не подумали, что я с ума сошла. — Ты знаешь, что ты сделала?

— П-простите... — поклонилась Айви. — Мне очень жаль, госпожа Элария.

— Хорошо, что ты знаешь, где оступилась, — туманно сказала я. — И ещё смеешь щеголять при мне в этом платье? Хочешь казаться той, кем не являешься? Просто смешно.

Я резким движением откинула прядь волос за спину. Должно выглядеть эффектно.

Эпель уставился на меня своими большими любопытными глазами, не переставая жевать.

— Я сейчас же переоденусь, госпожа Элария, — покорно сказала Айви.

— А я тебя не отпускала, — служанка вздрогнула. Вот она, сила строгого тона злодейки! Попробуй не испугайся. — В последнее время ты слишком наглая. Почему бы тебе не отправиться в короевские конюшни и предложить им помощь? Сегодня там мно-ого лошадей — работы наберётся до самого утра. Можешь остаться в этом платье. Ты ведь хочешь бть похожей на благородную леди?

Ха! Жестоко, но без избиений, я считаю, что идеально справилась! Убирать навоз в бальном платье ночь напролёт — да такое и до слёз может довести. Хотя Айви, наверное, закалённая настоящими пытками принцессы; она не настолько нежная фиалка.

А её могли и плетью по спине отходить!

Стоило мне её отпустить, как Айви спешно убежала, чтобы получить своё наказание. Я хмыкнула; это очень и очень далеко от того, чтобы отдать её на растерзание кучке преступников. Эх, знала бы она, от чего я её спасла...

— Я думал ты её побьёшь, — изрёк Эпель, схватив еще одну тарелку. Куриные ножки? Почему-то сегодня вменю сплошное мясо.

— Кто я, работорговец? Работа в конюшне оставит время на размышления, — отозвалась я, ощупывая припрятавшиеся в складках юбки карманы в поисках платка.

Нашёлся! Только выглядит таким дорогущим, что даже жалко его пачкать.

— Слуги не должны думать, они должны слушаться, — буркнул мальчишка таким тоном, будто это что-то простое и очевидное. Тем временем я дала ему платок, многозначительно кивая на соус на щекках. — Люди не любят, когда ты пытаешься думать... Если бы кто-то из моих прошлых хозяев завладел Айви, её бы забили палками до смерти.

— Фу, какие ужасы, — скривилась я. Никто не хочет слышать такое из уст ребёнка. — Ну, мы здесь никого палками не забиваем... Ну или хотя бы я. Это бесчеловечно.

Эпель посмотрел на меня, как на идиотку. Никакого уваждения! Я мягко потянула его за ухо, чтоб неповадно было.

***

Иногда утро начинается не с кофе, и даже не со спешной попытки успеть на работу. Оно начинается с мягких подушек в роскошной комнате и неотвратимой мысли: "Я в дерьме".

Хотелось бы быть леди, которая так не выражается, но по крайней мере я не ляпнула это вслух.

Я подскочила засветло, несмотря на то, что уснула не раньше трёх часов ночи. Поппи была тут как тут, стоило только позвонить в колокольчик. Всегда готова, всегда на ногах — я бы так не смогла!

По крайней мере, после двадцати пяти лет. До этого возраста человек может что угодно.