Попаданка без возврата: я — главная злодейка?

Глава 27

— Ну здравствуй, принцесса. Ты уже догадываешься, кто я? — зловеще спросил барон.

Повисло неловкое молчание. Все-таки... его имя мне в голову так и не пришло. Мужчина раздражённо прочистил горло и поднял руку с перстнем, на котором был выгравирован герб его семьи — слишком уж жизнерадостный единорог.

Лучше бы это была крыса.

Имя барона было довольно известным, и со стороны невесты принца было бы странно его не знать. Только вот я и не озаботилась такими мелочами и явно задела его самолюбие. Его воображаемая корона пошатнулась; барон скрипнул зубами и процедил:

— Эльфы действительно слишком много о себе думают. Ну что за полудикие твари? Не знать моего имени — это уже преступление, за которое ты заслуживаешь порки. Послушный товар нужно хорошо воспитывать.

Судя по его состоянию, барон и правда птица высокого полёта, но он случайно не... охренел? Немного подумав, я решила, что в жиззни надо ни в чём себе не отказывать, и с чистой совестью плюнула ему в лицо. Сразу надо было — мне плохих идей в голову не приходит!

Ну, почти.

***

Действия обычно имею последствия. И не то чтобы я не ожидала какого-нибудь удара под дых, но надавать мне по спине плетью было явно лишним. Больно до ужаса! Кожа будто горит, да и злобу я на барона затаила нешуточную. Посмел меня избить? Ну что ж, за мной не стоит десяток воздыхателей во главе с принцем, но я обязательно отомщу! Сама. Как-нибудь.

Но сколько бы я ни храбрилась, ситуация не менялась: холодная камера, нога, прикованная к полу цепью и ни одного росточка в округе. Барон человек далеко не глупый — мне даже жалой соломки не подстелили, чтобы я не посмела колдовать.

А ведь это был единственный план пришедший мне в голову.

Ещё и охранников ко мне приставили аж двух. И стоят они истуканами по обе стороны от решётки, совсем ни на что не реагируя, да капают мне на нервы. Что ж делать-то?

Я откинулась на каменную стену, пытаясь размышлять. Что ж, теперь со мной нет маленького смышлёного волчонка, и Крис не мчится мне навстречу на белом коне; для этого он должен знать, где я, а после телепортационного заклинания это почти невозможно. Как я могу помочь себе сама?

Для начала, стоит понаблюдать. Я не могу вырваться, да и не знаю, куда бежать, если смогу. Может, быть послушной? Если я понравлюсь барону, он точно ослабит бдительность. В тех главах, где он заточил Айви в золотой клетке, у неё была уйма возможностей дать лёру, и останавливал её только страх перед неизвестностью.

Только вот, симпатии барон ко мне не питал, да и я как-то не очень любезно плюнула ему в лицо. Хоть убейте, мне в голову не приходит ни одной стратении соблазнения, начинающейся с плевка.

Да и... фу. Противно как-то, чтобы он ещё меня лапал?

С другой стороны, этот наспех сформированный план был лучшим — хотя бы пототому что ещё и был единственным.

Что ж, Элария, пришло время побыть в шкуре главной героини!

***

Нелегко же Айви пришлось. Я-то, по крайней мере, могу абстрагироваться от происходящего — было бы странно этого не делать, зная, что ты персонаж книги. А она, наверное, чуть не померла от ужаса в ожидании неизвестности.

Впрочем, сейчас и моя жизнь не сахар. Спина так болит, будто с меня слой кожи содрали, даром, что я не человек, и могу чуточку потерпеть. Ещё и в камере темно и воняет, стражи молчат, а барон всё не приходит и не приходит. На нервы мне действует, точно ведь специально!

Наконец, он снова пришёл. Конечно, не так-то просто оставить без внимания девушку, которая тебя опплевала. У барона вообще какое-то хрупкое эго; должно быть, поэтому он и не дотянул до статуса любовного интереса.

Психов-то почему-то любят, а идиотов уже не очень.

Раздался скрип. Камера распахнулась, и он медленно вошёл, глядя на меня сверху вниз.

— Ну что, принцесса, ты поумерила свой пыл?

Я промолчала, решив разыгрывать ступор от испуга.

Очевидно, запомнив прошлый раз, барон решил не приближаться ко мне, как будто я какой-то верблюд. Вместо этого он пару раз прошёлся по дуге рядом со мной, явно забавляясь от того, как я слежу за каждым его шагом.

Удовлетворившись зрелищем, барон похлопал самому себе.

— Как чудно! Оказалось, принцессу очень легко воспитать. Кажется, мне солгали, что ты упряма, как осёл.

— Что вы от меня хотите? — вдруг спросила я. — Я вам ничего не сделала!

Я-то, конечно, могла представить, чего он хочет — заплатить за меня могут много, да и вообще, как пройти мимо такого улова? Но чем глупее он меня считает, тем лучше.

— О-о, ты и правда ничего такого не делала, — притворно успокаивающим голосом протянул барон. — Может, хорошенькой эльфийской принцессе просто не стоило ехать в нашу страну, чтобы не попадать в неприятности. Такому глупому существу со светлой макушкой нечего делать на троне. Впрочем... на цепи тебе самое место. Из нелюдей всегда получались отличные питомцы. Знаешь, с людьми так сложно... кто-нибудь всегда норовит их пожалеть.

Наверное, мне стоит откорректировать план своего спасения. Всё-таки, мужчина передо мной срочно нуждается в кастрации.