Попаданка для Дракона, или Жена любой ценой

Глава 4. О том, что умирать нестрашно

   Говорят, накануне смерти у человека перед глазами проносится вся жизнь. Я, пока летела вниз, тоже успела о многом подумать. Например, о том, что за миг до падения я совершенно точно ощутила на своих плечах чьи-то руки. Холодные до озноба вдоль позвоночника.

   Меня толкнули! Вот вам и проклятие. Да это банальное убийство, ничего сверхъестественного.

   На этом мои мысли оборвались. Все потому, что голова встретилась с булыжной мостовой. Бам! Чавк! Острая боль пронзила правый висок и отдалась в челюсть.

  — Мммм, — застонала я.

    На какое-то время я потеряла связь с реальностью. Мир затопил знакомый золотой свет, и я решила – это рай. Именно так описывают смерть и советуют идти на свет.

   Все, конец. Но, как выяснилось, паниковала рано, постепенно свет мерк, и мне становилось лучше.

   Вскоре я снова могла видеть и двигаться. Я уперлась ладонями в мостовую и кое-как села. Похоже, я выжила после падения. Чудо! Если все мои прошлые неприятности были ради одного этого везения, то я не зря страдала.  

   Я посмотрела вверх, на распахнутое окно своей спальни. Высоко, однако. А кто там в окне?

   На улицу высунулась жуткая собачья морда размером крупнее моей головы. Черная короткая шерсть, огромные клыки, заметные даже с расстояния, и горящие красные глаза. Одним словом, ничего общего с болонкой. Где это чудовище пряталось? Почему я не увидела его сразу, как вошла в спальню?

   Но как бы жутко ни выглядела псина, толкнула меня все-таки не она. Я четко ощущала на своих плечах именно человеческие руки.

  Не без труда я поднялась на ноги, отряхнула уже не совсем белое платье и похромала обратно в дом. Упала я во внутренний двор, так что найти дверь труда не составило.

   Войдя в дом, наткнулась на прислугу – парня в одежде лакея. Только открыла рот, попросить о помощи, как он, скуля что-то неразборчивое, бросился наутек. Нервный какой-то.

  Мне за ним было не угнаться, и я побрела дальше. Сил хватило лишь на то, чтобы добраться до ближайшей комнаты. Гости все еще праздновали свадьбу, но до зала было далеко, я бы не дошла.

    В гостиной я рухнула в кресло рядом с камином и устало прикрыла глаза. Голова болит адски, особенно правый висок, левая нога вывихнута, возможно, есть внутренние повреждения. Ну что за день сегодня такой?

   — Эльвенг?! — раздался дрожащий девичий голос.

  Пришлось открыть глаза. У входа в гостиную застыли с гримасой ужаса на лицах сестры-близняшки.

  — Вы чего? — напоровшись на их спины, возмутился дядя.

  Но вот он выглянул из-за плеч дочерей и тоже побледнел.

  — Я выпала из окна, — пояснила я хриплым голосом, спеша погасить панику родственников. — Но со мной все в порядке. Отделалась царапинами и вывихнутой ногой.

   Я растянула губы в улыбке, и одна из близняшек тут же лишилась чувств. Дядя в последний момент успел ее подхватить, не дав упасть на пол. Надо же, какая чувствительная.

— Я правда в порядке, — заверила. — Только голова болит.

Я подняла руку, коснуться правого виска, но вторая сестра метнулась ко мне:

  — Не надо! — истерично выкрикнула она и схватила меня за руку.

  — Ладно, — пробормотала я, опуская руку. — Не буду.

   Мало ли какие у нее проблемы с прикосновениями. С сумасшедшими лучше не спорить.

   К этому времени дядя дотащил вторую близняшку до кресла напротив меня. Верона (кажется, это была она) пришла в себя, но снова отключилась, едва взглянув в мою сторону.

    — Ты отвратительно выглядишь, — заметила Венона – менее впечатлительная из близнецов.  

  Они каждый раз будут мне об этом напоминать? Вроде мы уже выяснили, что я не красотка.

  — Я просто неудачно упала, — проворчала.

  — Упала? — поразился дядя. — Судя по твоему виду, ты столкнулась с несущейся каретой.

    Я послала ему гневный взгляд, и взрослый мужчина вздрогнул. Вот так-то! Пусть знает – опасно злить женщину, у которой выдался паршивый день. Она на все способна.

  Несмотря на головную боль, соображала я нормально. Глядя на эту троицу, меня посетило нехорошее подозрение – а ведь кто-то из них мог меня толкнуть? Одному из них ничего не стоило войти и помочь мне выпасть из окна.   

  Вспомнились ледяные руки. Тот, у кого холодные ладони, и есть душегуб.

  — Вообще-то я не сама упала, меня толкнули, — заявила я, проверяя их реакцию.

  — Это все проклятие, — дядя подозрительно быстро нашел на кого свалить вину.

  Я не стала спорить. Вместо этого наклонилась и взяла за руку Верону. Она еще не пришла в себя, так что коснуться ее было проще всего. Но ее ладонь была теплой. Значит, не она.

  — Можно мне воды? — попросила я вторую сестру.

  Та наполнила чашку из графина на столике. Забирая у нее чашку, я дотронулась до ее руки и ощутила тепло. Что ж, это не сестры. Но они и не были главными подозреваемыми. Дядя – более вероятная кандидатура. Это он получит кучу монет после смерти племянницы.