Попаданка для графини

4

Я не спешила выходить сразу за мужчиной. Когда он исчез из поля моего зрения, я вернулась к центру комнаты и все-таки сделала, как меня просил составитель записки: затушила остальные свечи. Дымящиеся фитили поднимали в воздух десятки струек едкого дыма.

Наверняка для моего переноса сюда хозяин тела использовал какие-то особые масла, пропитавшие стержни свечей, иначе бы не было такого удушливого запаха. Было очевидно, что их здесь применяли точно не для освещения пространства.

Чтобы в случае необходимости мне не пришлось искать, возможно, редкие ингредиенты в незнакомом мне мире, я сгребла огарки в кучу и сдвинула в угол. Остается надеяться, что никто из местных жителей не сочтет их мусором и не решит выбросить.

Надеясь найти нужную мне комнату по интуитивно понятной планировке, я не учла одного нюанса - дом, в котором я оказалась, был огромен. Когда я, наконец, вышла из двери, оказалась в длинном пустующем коридоре.

Редкие двери по левой стороне холла были закрыты, и в них вряд ли кто-то жил, если судить по толстому слою скопившейся на порогах пыли. Справа от меня располагались узкие стеклянные окна, вся верхняя часть которых была затянута паутиной. Наверняка эта часть дома использовалась лишь изредка, и то разве что для хозяйственных нужд.

Я подошла к одному из них, чтобы понять, что находится вне пределов особняка. Виду открывался довольно большой, но неопрятный сад фруктовых деревьев, огороженный глухим забором. Если окончательно заблужусь и не найду столовую, по крайней мере не буду голодать. Остается надеяться, яблоки здесь такие же вкусные, как и в нашем мире.

Почему-то о смене тел я думала с куда большим ужасом, чем о перемещении в другую реальность. Сейчас мне предоставляется почти уникальная возможность изучить жизнь совершенно других людей, с иной историей развития, культурой и гепотетическими технологиями. Лишившись же тела, я потеряла часть себя и даже больше. Времени, потраченного на выматывающие тренировки в спортзале, усилий, с которыми я отращивала свои темные локоны, следила за питанием, было жалко. Очень хотелось поскорее вернуться домой, к привычной мне работе и занятиям.

Кто-то может сказать, что писать несложные программы для гаджетов и в свободное время разрабатывать реальные летающие модели квадрокоптеров для участия в местных соревнованиях пилотов-любителей отнюдь не так интересно, как иметь возможность изучить новый мир и попутешествовать в нем, но я бы с ним поспорила. Я уже начинала думать о том, как же буду обходиться без привычных мне занятий до своего возвращения. Что же занимало меня еще больше, так это как именно Даниэль сейчас распоряжается моим собственным телом, и будет ли мне вообще, куда возвращаться.

С невеселыми мыслями я поднялась по деревянной лакированной лестнице на второй этаж, рассматривая начинающие появляться портреты мужчин и женщин. Некоторые смотрели на меня своими старческими взглядами, нахмурив кустистые брови, другие же, совсем молодые, радостно улыбались. На некоторых мой взгляд задерживался чуть дольше, другие же вызывали значительно меньше интереса. От портрета к портрету стиль одежды, общие детали убранства почти не менялись. Платья у дам оказались наглухо закрытыми, минимальная длина рукавов наблюдалась лишь у самых молоденьких девушек и достигала до середины локтя. О декольте и брюках и речи, кажется, не шло.

Так, медленно шагая вдоль ряда портретов, заполнявших промежутки между закрытыми на ключ дверьми, я не встретила ни одного человека. Неужели за этим огромным домом никто не помогает следить?

Уже собираясь искать лестницу на третий этаж, если он здесь есть, я в конце коридора обратила внимание на три двери, на которых красовались витиеватые таблички.