Попаданка для инквизитора, Или Ты связался не с той ведьмой!

Чёрное и белое

Книга дрогнула у меня в руках, страницы ожили, и я будто шагнула вглубь самой памяти мира.

*

Мир тонул в бесконечных стычках.

Города гибли, договоры рушились, королевства сгорали до тла.

Люди и маги не могли поделить землю, власть, торговые пути и даже само небо.

Но однажды всё изменилось.

В этот мир пришли драконы — беглецы из гибнущего измерения, проложившие путь сквозь разлом между мирами.

Поначалу их страшились, но вскоре перестали видеть в них угрозу. А потом начали прислушиваться.

Драконы принесли с собой силу и мудрость веков, которые помогли остановить безумие, и за несколько лет положили конец вековой вражде.

Так появился Круг Триединства — совет, где люди, маги и драконы впервые правили вместе.

Наступила эпоха равновесия.

Из разрозненных земель выросла единая страна — Эстерион, со столицей Сельварном.

Впервые за столетия жители континента забыли про боль и страх и смогли вздохнуть спокойно.

Эстерион процветал.

Но любая гармония — лишь затишье перед бурей.

Чаще всего миры разрушаются изнутри: не из-за внешних врагов, а из-за желающих получить чуть-чуть больше власти.

Один из драконьих родов, Ле’Арданн, решил, что их место не рядом с людьми и магами, а над ними.

Втайне Ле’Арданны начали поглощать потоки магии из Радужного Сердца — огромного кристалла, который некогда поклялись хранить. В его глубинах заключался источник всего волшебства этого мира.

Магическая подпитка давала свои плоды — сила Ле’Арданнов крепла.

Поначалу им удавалось скрывать следы вмешательства, но однажды, во время обряда контроля, всё сорвалось: Радужное Сердце треснуло, взорвавшись тысячей осколков. Неукротимая волна силы смела большой город и выжгла половину провинции.

Драконы обвинили во всём магов.

И народ, оглушенный обрушившимся на них горем, поверил.

На пепелище Альмариса умирающий архимаг проклял драконье племя:

«Вы предали источник жизни — так пусть сама жизнь отвернётся от вас.

Пусть ваши чады рождаются без песен и света.

Пусть чрево ваших жен остынет, а дыхание дочерей навсегда покинет ваши гнёзда.»

С тех пор у драконьих пар почти не рождались дочери, а со временем дети и вовсе перестали появляться.

Чтобы выжить, Небесный Народ стал брать в жёны человеческих женщин, но такие браки редко приносили потомство и каждый сын считался чудом.

Страх перед вымиранием породил фанатичную жестокость.

Ле’Арданны объявили:

“Такова воля богов. Драконицы вознеслись, оставив землю братьям.”

А чтобы больше никто не посмел оспорить их власть, они запретили магию и уничтожили тех, кто напоминал о правде.

Так страх стал законом, а ложь — основой новой веры.

Когда маги поняли, что конец близок, они сотворили семь Книг Истины — не из бумаги и чернил, а из самой памяти мира — и укрыли их в разных уголках Эстериона.

Каждая показывала прошлое таким, каким оно было на самом деле: без прикрас и лжи.

Узнав об этом, Ле’Арданны начали охоту за магическими фолиантами и сожгли их все.

Все, кроме одной.

Той, что спустя века оказалась у Ор’Ларейнов.

Той, что сейчас лежала на моих коленях…

Маги пали.

Но перед тем, как уйти к праотцам, верховные архимаги провели последний обряд: отпустили свою силу в мир.

Магия, лишённая тел, стала невидимыми искрами — рассеялась по ветру, растворилась в каплях дождя и в самом дыхании людей.

С тех пор дар спит почти в каждом человеке и иногда пробуждается в детях самых обычных родителей.

Так мир не утратил магию — он просто спрятал её в себе.

Но чтобы она окончательно окрепла, должны соединяться те, в ком она живёт.

Именно этого и боятся драконы.

Именно поэтому браки между носителями дара запрещены, а тех, в ком магия проснулась, ждёт либо смерть, либо Острова Отверженных.

*

Страницы вновь дрогнули, сцена сменилась:

Серый горизонт. Скалы.

Соленый ветер, отчаянные крики, звон цепей.

Острова Отверженных.

Изможденные люди, гнущиеся под тяжестью ноши, понуро тащат руду.

Имиритовые ошейники глушат силу.

Мужчины и женщины без имён, без права любить, без права рожать. Истощенные дети, с потухшими, старческими лицами…

Запертая в них магия гаснет медленно, вместе с дыханием.

Я смотрела и внутри всё холодело.

Инквизиция не защищала, не охраняла порядок: она хоронила людей заживо. Только не в земле, а в бездонном чреве имиритовых рудников…

*

Свет смягчается, становится ласковым и тёплым.

Утопающая в зелени долина, золото солнечных лучей, заливистый звонкий смех.

Вардария.

Женщина с ребёнком пропалывает грядку с целебными травами,

Старик учит мальчика зажигать свет на ладони.

Любовь. Покой. Счастье.

Магия — не преступление. Она естественна, как само дыхание.

— Вот она, разница между свободой и драконьим «порядком», — подумала я, — Там — жизнь, здесь — страх и ненависть.

*

Не давая мне опомниться, мир вспыхивает снова.

Огромный замок — мрамор, канделябры, полумрак.

Показная холодная роскошь, в которой нет ни тепла, ни света.

Родовой дом семьи Ван’Риальдов.

Отец Дрейкора: Ралвер Ван’Риальд — статный красавец с ледяным, безжалостным взглядом. Верховный Инквизитор, представитель древнего драконьего рода, служившего Ле’Арданнам ещё с первых времён.

Жесткий, истово преданный властителям, ненавидящий магов и слепо верующий в “чистоту крови”.