Попаданка для спящего дракона

Глава 7

Мир вокруг взрывался фейерверком красок, дрожа и вибрируя. Воздух раскалился и теперь пробегал по коже опаляющими волнами. Но это было сейчас неважно, ведь я сама таяла и плавилась, целуя Хейна. Даже не успела понять, когда он прижал меня к себе и теперь нежно обнимал, касаясь моих губ.

Эксперимент по пробуждению Спящего принца вдруг обернулся настоящим поцелуем. Не ожидала от себя такой смелости и безрассудства! Просто в тот момент я верила, что это правильное решение, а, может, действительно хотела поцеловать сиренеглазого дракона.

Мучимая чувством вины, самобичевания и, конечно, любопытства я с трудом оторвалась от мужчины и отступила на шаг, окружающее пространство разом поблеко, а бушевавший ещё секунду назад ветер дохнул горячим порывом в последний раз, погладив моё раскрасневшееся лицо, и затих.

Казалось, что мы остались вдвоём в этом мире.

"Ну же, просыпайся, я очень старалась"— пронеслось в голове. Но ничего не менялось. А как вообще должно стать понятно, что что-то произошло? Хейн смотрел мне в глаза и улыбался, но затем качнул головой.

— Извини, Соня, наверное, надо было сразу тебя предупредить, что поцелуй с моим сновиденным образом не сможет снять заклятие с тела. Я не думал, что в твоём мире тоже есть это поверие. Да и не ожидал, что ты можешь решиться на подобное… — он выглядел не менее растерянным, чем я, и продолжал держать руки перед собой, словно обнимая меня до сих пор.

— Ой, девка, ну, насмешила! — каркающий смех Рины вернул нас с драконом к реальности, заставляя отступить друг от друга ещё дальше. — Только в чужой мир попала, тут же целоваться полезла, а сначала такой невинной дурочкой прикидывалась.

— Да уж! Разве ж это видано, так к мужчине прижиматься среди бела дня на улице! — неодобрительно буркнула Лиска, окидывая нас с Хейном ревнивым взглядом.

Вот только первой подростковой влюблённости мне не хватало. А ведь я видела, какие взгляды рыжая девчонка кидала на Хейна.

— Пойдём, поговорим? Подальше от чужих глаз? — блондин почтительно взял меня за руку, словно не припадал ещё несколько минут своими губами к моим. — У нас есть немного времени, прежде, чем Стражи найдут точку выплеска магии. Боюсь, наше с тобой касание не пройдёт для них незаметным. И мой дурацкий полёт…

— Твой полёт был самым красивым зрелищем, которое мне доводилось наблюдать! — призналась, пока мы шли вдоль искрящегося лилового ручья. — Ты не должен был становиться…кхм…драконом?

Последнее слово в моём исполнении прозвучало то ли насмешливо, то ли неуверенно. Но мне до сих пор не верилось в то, что Хейн и могучее существо, парившее в небе — единое целое.

— Я стараюсь не привлекать к себе внимание Стражей снов. Ведь пока моя сестра уверена, что я беспомощен и скован заклятьем, она не опасается за своё всевластие. Но стоит ей понять, что мой сновиденный образ сохранил остатки силы, Хель знает, что она может придумать.

— Она убьёт тебя окончательно?

Даже не верилось, что среди этой неземной красоты есть место жестокости и жажде власти. Мы остановились на косе серебристого песка, постепенно уходящей в чернильную глубь ручья, окружённого высокими деревьями, доверчиво склонившими кроны к самой воде. Закат уже догорал, оставляя напоминание о себе ярким росчерком среди багряных туч, становившихся с каждой секундой всё темнее.

— Красиво. Очень. — произнесла я, залюбовавшись необычным зрелищем. — Такое ощущение, что я наконец-то дома…

Предыдущая беседа растаяла в подступившей сиреневой мгле. Сейчас казалось кощунством говорить о чём-то плохом. Это время подходило только для откровений. «И поцелуев!» — требовало сердце. «Полностью солидарен!» — предал меня и мозг.

— Ты дома, Соня! Это мир твоих предков, это и твой мир, осталось научиться управлять им. Ты — единственная из тех, кто спит и бодрствует разом. Находясь в двух ипостасях одновременно, ты обладаешь силой, неподвластной никому из ныне живущих. Никому, за исключением моей сестры Нагейн.

— Интересная у тебя сестра. С такими родственниками никаких врагов не нужно! — выпалила на эмоциях, но тут же прикусила язык. В конце концов, только оказалась в этом мире и ещё ничего не понимаю. Да и кто я такая, чтобы судить?

Я увидела, что моя фраза причинила боль Хейну: его красивое лицо на секунду исказила гримаса, словно пропустил удар. Но он быстро взял себя в руки, лишь в глазах осталась затаённая грусть.

— Знаешь, я ни с кем про неё и не говорил. Ведь люди боятся произносить имя Нагейн.

— Ой, у нас есть очень популярный фильм, где главного злодея называют «Тот-чьё-имя-нельзя-произносить». Но один из героев правильно говорит, что это лишь увеличивает страх.

— Не знаю, что такое «фильм», но полностью согласен с вашим героем. Наверное, это очень смелый человек. Если прятаться и делать вид, что не замечаешь зла, оно никуда не денется. Только вот не уверен, что моя сестра — это зло…

— Даже после того, что она с тобой сделала? — попыталась заглянуть в лицо дракона, чтобы понять его настоящие чувства, но он отвернулся и теперь задумчиво смотрел на искрящуюся воду ручья, отражающуюся в его сиреневых глазах.

— Даже после этого. Ведь я помню её другой. Той доброй и приветливой девочкой, которая взяла на себя заботу обо мне после смерти нашей матушки. Колыбельные, сказки, первые уроки магии в сновиденном мире — всё это подарила мне Нагейн. В конце концов, она ведь не виновата, что родилась такой… бракованной.