Попаданка для жемчужного дракона

Глава 7.

Утром я проснулась от перешептывания девушки с евнухом. Они шушукались и о чем-то спорили. Открыла глаза и посмотрела на парочку. Интересно, как они видят свою будущую жизнь, если он евнух, а у нее чуть ли не пожизненный контракт здесь, во дворце. Но сердцу, как говорится, не прикажешь. Вот они, шутки судьбы.

— Ну что? Как дела? — я обратилась к влюбленной парочке, и те всполошились, отпрянули друг от друга, смутившись.

— Госпожа, спасибо большое! — девушка рванула ко мне и упала на колени, кланяясь и пытаясь ухватить меня за руку, чтобы поцеловать. А когда я удивленно шарахнулась от нее, то схватила подол моего платья, который был не слишком чист, и начала его целовать. — Госпожа, я в неоплатном долгу у вас! Если бы у меня были деньги, я бы все вам отдала.

— Неужели получилось? — я сама была в еще большем шоке, чем девушка и Ху-ло, который, смущенно краснея, смотрел на меня, переминаясь с ноги на ногу в дверях камеры.

— Госпожа, я в неоплатном долгу перед вами, — причитает служанка. — Вот если бы вы смогли вылечить Ху-ло, и мы смогли бы пожениться, — тараторит она, и я понимаю, о чем они спорили. Парень краснеет еще сильнее и пытается остановить свою любимую. Но та уже в красках рассказывает, как бы они зажили вдвоем, если бы Ху-ло был не евнухом, а обычным парнем, и что, несмотря ни на что, она его любит и таким. Но, конечно, ей бы хотелось обычного женского счастья и детей.

— Так, — я встала и с силой подняла девушку на ноги. — Закончили причитание! — девушка замолчала, и Ху-ло приобнял ее, пытаясь успокоить. — Органы отращивать я не умею, — я нахмурилась. — Если я смогла помочь, то я рада. Благодарность принята, но на этом все. И не забудьте, что вы оба обещали никому ни слова не говорить про меня и мои способности. Вы поняли? — парень с девушкой закивали и попятились из камеры. Дверь хлопнула, засов задвинулся, и я осталась одна. Я умылась и привела себя в порядок ледяной водой. Вернулась на постель. Замоталась в одеяло и снова уснула и проснулась, только когда мне принесли обед. Это был другой евнух, что меня удивило.

— А где Ху-ло? — я поинтересовалась у неулыбчивого паренька, но тот даже не ответил на мой вопрос. Он не был похож на евнуха, скорее на стражника или воина, что уже было странно. Я поела и отдала посуду. Меня снова заперли, и мужчина ушел, оставив меня в карцере-тюрьме в полном одиночестве. Странно это все.

Императорский дворец.

Покои Тяньцзы

— Докладывай, — император лежит на пушистом ковре, обложенный подушками, и лениво тянется за виноградиной на большом блюде.

— Ваше Императорское Величество, я провел расследование и удалось выяснить, что дракона очень интересует задний двор дворца и стены, где находится карцер для служанок, — отчитывается мужчина. Он стоит на одном колене перед своим правителем, но даже в этой позе видны его стать и мощь.

— Кто находится в карцере? — император поднялся с подушек и сел прямо.

— Одна девушка-служанка за незначительный проступок находится там как раз с момента, когда во дворец прибыл Хуанджи, — продолжает рапортовать воин. — Его охранял евнух.

— Почему охранял? — Император нахмурился.

— Я снял его с охраны и допросил. И выяснил, что служанка — это ведьма-целительница, которая излечила его от травмы лица, — мужчина смотрит на правителя не мигая. — Я сам осмотрел его шрам. Опросил всех слуг и евнухов, что с ним общались, и выяснил, что в один вечер шрама не было, а на следующее утро появился шрам на лице, словно ему уже несколько месяцев. Евнух рассказал, что он играл на пипе. У него лопнула струна и рассекла щеку, девушка-служанка, что он охранял в карцере, зашила рану, излечила его. И остался лишь шрам, который с каждым днем становится все менее и менее заметным, — рассказывает воин.

— Очень интересно. Девушка-ведьма-целительница, и наш Жемчужный дракон вьется над этим местом. Думаешь, это она украла жемчужину Хуанджи? — Император встает и делает жест воину, чтобы и тот встал. Мужчина поднимается и замирает, склонив голову.

— Это еще не все, — произносит мужчина. — Мне удалось узнать, что евнух этой ночью отвел в карцер одну из служанок.

— Зачем? — правитель удивленно замер и уставился на своего подданного.

— У девушки была травма, но вернулась она в прачечную без нее и похорошевшая, — заканчивает доклад воин.

— Это все? — на лице императора появляется улыбка.

— Да, мой господин, — кивает мужчина.

— Все, что ты мне сказал, должно остаться в строжайшей тайне. Служанку и евнуха отправить куда-нибудь подальше, а девчонку из карцера доставить ко мне сюда.

Женьшу.

За мной пришли, когда я ждала ужина. И если честно, я думала, это его мне и принесли. Но вместо подноса в камеру вошел незнакомый воин и велел идти за ним. Хотя что значит велел? Он просто взял меня под руку и потащил, словно я сама не могла дойти. Я пыталась еще что-то спросить. Но сперва мужчина молчал, а когда мы подошли ко дворцу, то повернулся ко мне и, воровато оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не видит и не слышит, прошептал:

— Я не знаю, что ты натворила, но моли о пощаде прямо с порога, — шепчет евнух, что тащит меня в императорские покои. Я не упираюсь, так как понимаю: это бесполезно. Но еле перебираю ногами, не успеваю просто за широко шагающим, спешащим высоким мужчиной.