Попаданка для звездного ректора

Глава 5

ГЛАВА 5

Альзаир

Тремя месяцами ранее

Чуть скругленные стены с перламутровыми отливами замка Содружества, сотни родственников на совещании…

Все как обычно. Политика на Луне Справедливости, правила поединков и все остальное утверждались коллективно, а не лично самим императором.

Аль был крайне удивлен, когда младший брат нынешнего главы клана – Эльнир тар Лахв – после обсуждений, дебатов и голосований лично поймал его в дверях.

Аль вместе с Эльниром отошел в сторону, пропуская остальных членов клана – те потоком двигались по своим делам.

Наконец, в опустевшем помещении остались Эльнир, Аль и еще двое кзарианцев: мужчина и женщина. Их тар Лахвер не знал, хотя оба принадлежали к его роду – других на совещания не приглашали. Незнакомцы взяли лучшее от тар Лахвов: благородные осанки, особенный разрез глаз – миндалевидный, как выражались эдемцы – тонкие и гармоничные черты лица. Фигуры: тар Лахвы были одними из самых крупных среди своей расы. Всегда, даже в древние варварские времена. Именно так они и завоевали власть – в поединках между воинами разных семейств и безусловной победой в каждом бою.

Однако ответвлений фамилии, вроде тех же тар Лахверов, стер Растриев и многих других было сейчас очень много, к тому же регулярно рождались и вырастали новые поколения. Так что знать всех в лицо для таких возрастных кзарианцев, как Аль, разменявший не одну тысячу лет, выглядело почти невозможным. Да и никто особенно не старался. Далеко не все представители фамильного древа бывших императоров Кзарианы регулярно участвовали в общих делах. Кого-то не допускала семья, считая недостаточно порядочным, честным или разумным, кто-то еще только ждал своего часа – на подобных собраниях присутствовали лишь те, кто отпраздновал пятисотлетие.

Эльнир подвел Аля к паре.

При каждом движении женщины распахивался высокий разрез длинной юбки ее лилового платья, демонстрируя стройную ножку. Декольте выглядело таким, словно там, как на прилавке, демонстрировали лучшие товары.

Парень одевался обычно: в синие брюки, рубашку, жилетку и длинный кафтан, расшитый серебристыми нитями. Классика стиля тар Лахвов, которые неизменно предпочитали традиционные одежды новомодным.

Они сами были живыми традициями и старались выглядеть соответственно.

– Хочу представить тебе новое пополнение в наших рядах. Недавно получили право участвовать в большом совете Луны Справедливости. Манира сте Растрий и ее брат Кондран сте Растрий.

Аль поклонился, все еще недоумевая, зачем вообще понадобились подобные церемонии.

– Рад знакомству, – кивнул он.

– Манире шестьсот лет, и она все еще девственница! – неожиданно презентовал Эльнир. – Она из очень богатой семьи клина. Эта ветвь имеет большое влияние в колониях.

– Поздравляю, Манира, похоже, вы завидная невеста, – без задних мыслей произнес Аль.

– Ты попал в точку! – обрадовался Эльнир. – Я бы хотел предложить ее тебе в жены!

На какое-то время воцарилось молчание. Манира улыбалась, кокетничала, ее брат выглядел строго, как на реальном сватовстве. Эльнир выжидательно наблюдал за Алем, у которого просто слов не осталось.

Так вот оно что! Ему, главе одной из самых влиятельных ветвей, решили подсунуть жену из того же «помета», как не особо уважительно выражаются земляне.

Да еще и как подобрали, атриксовы дети!

Манира была высокой, довольно фигуристой для кзарианки и, одновременно статной. Прямо как Теона. Раскосые карие глаза ее меняли свой цвет с янтарного на темный, опять же – в точности, как и у попаданки! Рыжие длинные волосы, черные брови… Утонченные черты лица и маленькие, сладкие губы!

Манира, действительно, походила на Тео!

Ее брат – шатен с более светлыми бровями и ресницами выглядел, как бы это сказать – менее породисто для правящего клана. Манира же была воистину великолепна.

Аль усмехнулся. Вот же! Придумали!

И зачем ему эта жалкая копия? Пусть не жалкая, пусть не копия. Манира, наверняка, мнила себя оригиналом. Но зачем? Если у него дыхание перехватывает, становится жарко и холодно, тесно в одежде, в некоторых местах, по крайней мере, исключительно, когда рядом Тео?

Манира, конечно, могла вызвать желание, все-таки Аль – молодой, здоровый мужчина и женщины у него уже несколько лет не было. Но не более… Уж точно не чувства, не привязанность и не то странное, раздражающее и одновременно приятное ощущение, когда кого-то не хватает до дискомфорта. В теле, в мыслях, в эмоциях – во всем. Когда касаешься – и впечатление, словно впервые в жизни мчишься на звездолете. Хочется вопить от восторга, внутренности потряхивает от волнения, и ты дурной, лихой на кураже мчишься дальше. Когда лишь взглянул на нее, подошел – и ты пьян. Хочется делать глупости, говорить какую-то ерунду, но от сердца, искренней просто уже не бывает. О том что ее глаза – омуты, где ты тонешь, а губы… губы манят и заставляют желать… желать такого, о чем неприлично говорить в обществе аристократов с Кзарианны.

Когда возникает острая, болезненная потребность видеть, как можно чаще… Общаться, заботиться, в конце-то концов! И ты, удовлетворяя эту потребность, чувствуешь себя сильно лучше, чем удовлетворяя другую с такой, как Манира. То есть не с той, которую любишь…

С тем же успехом можно использовать биоботов для военных и испытателей, которые многие дни проводят в пути, в космосе, в чисто мужском обществе…

Совсем не на это рассчитывали родственники Маниры и, видимо, младший брат императора.

Аль поклонился девушке, кивнул ее брату, покосился на Эльнира и вежливо ответил:

– Я восхищен и польщен такой честью. Но, к сожалению, вынужден отказаться. Мое сердце занято другой женщиной.

– Попаданкой? – резко уточнил Кондран. – Ты отказываешься от моей сестры ради женщины без роду и племени? Ты серьезно? Да для любого честь стать ее мужем!

– Да, отказываюсь, – спокойно, но чеканно произнес Аль. – И, уж прости, но решать не тебе, какая женщина и чего стоит! Я бы на твоем месте не высказывался о Теоне Таврис в подобном тоне! Это может быть очень чревато! Теона – выдающаяся женщина! И, кстати, уникальная в своем роде! Она – нэнги, представительница расы, которой больше в нашей Галактике нет!