Попаданка. Инструкция по выживанию для немой ведьмы

ГЛАВА 19. НАЧАЛО РАЗГОВОРА

Победа пахла лекарственными травами, дымом и страхом.

Их не пустили обратно в «Притихший Эхо». Сразу после объявления результатов к Лиране подошли королевские гвардейцы в синих плащах — не те, что у ворот, а личная охрана дворца. Капитан, мужчина с жёстким взглядом и сединой у висков, отдал честь.
— Его Величество повелел обеспечить чемпиону безопасность и лечение. Прошу вас.
Это был не просьба. Почётный арест.

Их проводили не в темницу, а в небольшие, скромные, но чистые покои в одном из флигелей дворца, выходящие окнами на внутренний сад. Приставили лекаря — пожилую, суровую женщину, которая молча осмотрела Лирану, прочистила ей уши и нос от запёкшейся крови, наложила мазь на ожоги от резонанса и велела пить успокоительный отвар. Голос у Лираны был, но говорить она почти не могла — лишь хриплые, односложные звуки. Лекарица сказала, что со временем, возможно, речь вернётся. Но будет ли она прежней — неизвестно.

На следующий день, когда туман в голове немного рассеялся, к ним пришёл Раэль, тот самый капитан гвардии с Турнира. Он снял шлем, и его лицо оказалось моложе, чем она думала — с умными глазами и шрамом через бровь.
— Капитан Раэль, — представился он. — Отвечаю за вашу безопасность. Пока что — единственный, кому Совет Собора и дом Вальтур не могут приказать уйти. — В его голосе звучала усталая гордость. — Аудиенция назначена через три дня. До этого вы остаётесь здесь, под защитой короны.
— Защитой? Или в заложниках? — жестами спросила Лирана, Элви быстро перевела её движения.
— И тем, и другим, — честно ответил Раэль. — Снаружи дворца сейчас кипят страсти. Кассиан заперся в своих покоях, его покровители в ярости. Инквизиция требует вашего немедленного «допроса». Агенты графа Годрика рыщут по городу. Здесь вы — гость короля. Выйдете за ворота — станете добычей. — Он помолчал. — Король хочет вас услышать. Лично. Не через фильтры Собора. Это ваш шанс.

Тем временем, их маленькая команда обживалась. Торвин, как тень, стоял у двери, оценивая пути отхода и слабые места. Бренн, получив наконец доступ к своей кузне (под присмотром стражников), трудился над чем-то, принеся во дворец мешки с инструментами. Элви, освоившись, стала их связной с внешним миром — через слуг, через Раэля, она узнавала новости и передавала их жестами.

На второй день пришло первое «предложение». Через тайного посыльного от самого Мастера Вейлана. Короткое письмо: «Академия, несмотря на давление Собора, готова рассмотреть вопрос об основании экспериментального факультета прикладного резонанса. Под вашим началом. Подумайте.»

Лирана сожгла письмо в камине. Слишком рано. Слишком похоже на попытку приручить и встроить в систему.

На третий день Бренн закончил свою работу. Он принёс ей не новый посох. Он принёс две перчатки. С виду — простые кожаные. Но внутри, на ладонях и кончиках пальцев, были тончайшие вставки из разных сплавов и резонирующих материалов.
— Эхо было голосом, — сказал он, помогая ей надеть их. — Это — пальцы. Чтобы говорить на языке вибраций тоньше. Чтобы чувствовать мир и отвечать ему, не ломая. Чтобы… строить.

Она сжала кулаки в перчатках. Кожа была мягкой, но под ней чувствовалась скрытая мощь, возможность. Это был не конец. Это было новое начало.

Вечером перед аудиенцией к ней тихо постучали. Это был Раэль. Он вошёл, огляделся, убедившись, что они одни.
— Завтра, — сказал он тихо. — Будьте готовы не только говорить. Будьте готовы слушать. Король — не враг. Но он правитель. Его решение будет взвешивать вашу правду против политической целесообразности. — Он посмотрел на её перчатки, на её лицо. — Я видел, как вы сражались. Вы не просили справедливости. Вы её взяли. Завтра вам придётся взять её снова. Но уже не на арене.

После его ухода Лирана вышла на маленький балкончик. Ночь над Аэлендором была тёплой, город горел огнями. Где-то там, в этих огнях, были те, кого «гасили». Те, кого считали бракованными. Тихие. Немые. Шепелявые. Как Элви. Как она сама.

Она подняла руку в новой перчатке, сжала кулак. Она выиграла Турнир. Но её битва только начиналась. Завтра она потребует у короля не милости для себя. Она потребует закона. Закона, который признает право на магию за теми, чей голос звучит иначе.

А после… после, если выживут, они построят то самое «Ателье». Место, где тишина будет учить песню, где ритм будет равен слову, где сломанные инструменты будут цениться выше идеальных.

Сад внизу был тих. Но она уже слышала в этой тишине отголоски будущего. Шёпот учеников. Стук молотов. Звон новых, невиданных инструментов. И свой собственный голос, который, возможно, никогда не станет красивым, но зато будет говорить правду.

Она обернулась. В дверном проёме, залитые светом из комнаты, стояли Торвин, Бренн и Элви. Её семья. Её армия.

Лирана улыбнулась. Впервые за долгое время — настоящей, не скованной страхом улыбкой. И жестом позвала их внутрь.

Завтра — разговор с королём. А после — им предстоит начать самый важный разговор из всех. Разговор с целым миром, который только учился их слушать.