Попаданка. Избранная невеста дракона

Глава 6. Ларуис сишанэс ираэрт

— Ты уверена, что ее жизни сейчас ничего не угрожает? — хмуро спросил Сиан.

Его темный взгляд, напоминающий ночь без звезд, не отрывался от девушки, безвольно лежавшей на кровати. Бережно прикрытое шкурами, ее тело казалось удивительно хрупким в своей неподвижности. Оно было окутано аурой уязвимости, словно тончайший шелк, сотканный из росы и лунного света.

— Она просто потеряла сознание, — ответила жрица, чей голос немного хрипел в связи с пережитой мукой.

Девушка с большим любопытством разглядывала свои ладони. Они выглядели далеко не лучшим образом. Так, будто недавно коснулись раскаленного железа и при этом никак не желали оторваться от него. Другая бы уже кричала от ужаса и боли, но Киталиси была иной.

— Я испытывала такую боль только на пятой ступени Пути преображения. И, должна признать, это были далеко не самые приятные мгновения моей жизни. — задумчиво произнесла жрица, а после прошептала что-то себе под нос.

Вокруг ее обожженных рук тут же вспыхнул нежно-розовый свет. Он мягко пульсировал. С каждым новым вдохом девушки, тонкие розоватые нити исцеления обвивали бледную кожу. Казалось, сама рана теперь дышала, впитывая в себя свет и возвращая утраченную целостность коже.

Когда Киталиси полностью привела свои руки в порядок, небрежно смахнув с них остатки потустороннего сияния, ее голос лишился всякой тени иронии.

— Ты не считаешь, что опасность может грозить нам, раз мы в одной комнате с созданием, на которое наложили сонмасар?

Рэн перевел на нее тяжелый взгляд, в котором смешались недовольство и нечто неуловимо более глубокое. Но промолчал. Очевидно, страхи жрицы, если они у нее вообще существовали, рыцарь не разделял.

— Ничего нового мне не хочешь поведать? — вновь задала она вопрос, поняв, что на прежний так и не дождется ответа.

— Я не знал. — коротко ответил дракон.

— Полагаю, она тоже не в курсе, — проговорила жрица, присаживаясь на край широкой кровати.

Ее взгляд, обычно сверкающий, как лунный камень, теперь стал задумчивым, скользя по лицу спящей принцессы.

— Кажется, становится немного понятным, отчего ее хотели убить. — проговорила Киталиси, чьи слова теперь были подобны ядовитой росе, оседающей на сомнениях. — Правда, я сомневаюсь, что служанка знала о тайне своей госпожи и действовала из побуждений чистого героизма. Хотя, — невеселая усмешка тронула алые губы жрицы, а в глазах мелькнул холодный огонек, намекающий на ее собственные, более мрачные предположения — Такой расклад тоже нельзя исключать. Человеческие души порой столь противоречивы, что заставляют сомневаться в любых предположениях.

Она провела рукой по одной из своих белоснежных кос. Каждый ее жест был исполнен неспешной грацией, словно она была таинственной богиней, измеряющей само время.

Киталиси задала новый вопрос, будто размышляла вслух:

— Но почему ты его не ощутил? Разве это не странно…

— Странно, что тебя это удивляет. — его слова прозвучали почти равнодушно.

Но для Киталиси это было лишь фальшивым фасадом. Они были слишком хорошо знакомы с темным рыцарем, чтобы она смогла, как опытный хирург, умело препарировать его «почти». И найти в нем ростки душистой горечи. Тонкий намек на правду, которую он так старательно скрывал.

Она одним резким движением сбросила с девушки меха, обнажая прекрасное тело перед застывшим взглядом дэра Гораэля. Это был откровенный вызов, брошенный в лицо его кажущемуся спокойствию.

— Обязательно было просить ее полностью обнажаться? — обратился к жрице Сиан, чей голос был полон невысказанного упрека.

Он тут же отвел взгляд в сторону, будто ему было невыносимо глядеть на принцессу.

Вместо ответа Киталиси лишь лукаво улыбнулась.

Ее голос, елейный, словно растопленный мед, произнес:

— А тебе что, не понравилось? Перестань хмуриться и вести себя, как тепличный стебелек, никогда не видавший обнаженных цветков. Ты же рыцарь, а не испуганная девица. Вон бедняжке Эльзе одна лишь ночь с тобой так вскружила голову, что она ночами только о тебе и грезит. Что скажешь на это?

— Это была ошибка, — твердо отрезал Сиан.

— Да, да, хорошо. Вы, мужчины, частенько ошибаетесь. — проворчала Киталиси, словно отмахиваясь от его слов. — А теперь позволь проверить одну мою догадку, — ее лунные глаза вспыхнули той самой искрой, что всегда зажигалась в них, когда душа жрицы наполнялась воодушевлением. — Ты же хочешь узнать, кто поставил печать, не так ли?

Их взгляды встретились, пронзая тишину комнаты. Жрица ясно видела в его глазах понимание. Он знал, что она имеет в виду. На что намекает.

А она терпеливо ожидала его решения. Она понимала, что без его согласия ей не справиться. И была уверена: их подозрения совпадали.

— Ей не будет больно?

— Не слишком ли ты смягчился к той, кого некогда ненавидел? — парировала Киталиси, и в ее тоне проскользнула едва заметная ирония. — Нет. Она не почувствует боли. А вот ты… тебя укусит крошечный комарик.

Жрица быстро выдернула из своих белоснежных волос тонкую шпильку. Серебряный металл блеснул в тусклом свете. И с легкой улыбкой она продемонстрировала его Сиану.