Попаданка ледяного дракона 2

Продолжение 27.01

– Оно тебя не слушается? – Саран садится на снег, поводит рукой, и от него к Семиглазке прокатывается волна льда, охватывает косу и притягивает, укладывает между нами. Ледяные тиски плотно прижимают её к земле. – Вы общаетесь мысленно?

– Да, – киваю я. – Просто она не хочет сражаться с моим отцом. Она от него в восторге и готова подчиняться ему. Возможно, причина в том, что он помогал мне с её созданием?

Снег вокруг нас приходит в движение, складывается в купол, отсекающий блеклый лунный свет. Саран разжигает нежно-голубую сферу, и пространство под куполом становится просто волшебным. А глаза Семиглазки по цвету подходят к освещению. Она пытается дёрнуться, но на рукояти намораживается больше льда.

– Может да, а может, ты просто не взяла вверх, и оружие слишком своевольничает. Это ведь живое существо, у него есть свои желания, страхи, симпатии и антипатии. Полное подчинение – особое искусство, но наиболее эффективным оружие становится, когда искренне помогает хозяину. Что делает эта коса?

– Раньше, до того, как она сломалась…

«Я не ломалась!»

Удивлённо приподнимаю брови:

– Как это не ломалась? Тебя всю скукожило, ты не отзывалась. И нормальную форму приняла только когда тебя демонический котяра накачал силой. Но даже тогда ты молчала, ни разу мне не ответила. И после этого считаешь, что не ломалась?

Саран выслушивает это с любопытством, но не перебивает, не требует немедленных объяснений… хорошо как, приятно, когда на тебя не давят.

«Я не ломалась, – ворчливо повторяет Семиглазка. – Меня чуть магия твоего дракона не убила: когда артефакт тебя выбрал, он влил в тебя прорву энергии, а она вообще-то конфликтна моей основе. Я отравилась. Мне было плохо. И этот котяра вредоносный действительно мне помог, он влил в меня демонической магии столько, чтобы я смогла переварить попавшую в меня чужую энергию и адаптироваться. Но он же меня и заткнул, чтобы я не изобличила его ложь, ведь тебе надо было не бежать, а встретиться с драконом твоим и обратиться в дракона».

Ведь чувствовала, что кошачья наглая морда в чём-то гадит!

«А теперь что с тобой? – устало интересуюсь я. – Ты такая же сильная, как раньше, или всё, перегорела?»

«Мне понадобится некоторое время для восстановления, и магию демонов я смогу так же лихо собирать и концентрировать для удара. Магию твоего ледяного – извини, нет, только если в крайнем случае и то удар по мощности не превзойдёт ваших естественных способностей. В общем, сами вы врежете так, что мало не покажется».

Всё это я передаю Сарану, как и рассказ Повелителя о демонах и планах Ордена-Культа. Саран слушает молча, Семиглазка хлопает в его сторону ресничками.

«Слушай, а он у тебя тоже ничего так. Люблю блондинов, есть в них какой-то шарм».

Чуть не падаю лицом в снег. Нет, я, конечно, рада, что Семиглазка на Сарана начинает переключаться, но слишком уж поверхностно она судит. С другой стороны, у неё из всех органов только глаза, ей внешность наиболее важна.

– Значит, демоны, – задумчиво тянет Саран и нежно проводит пальцами по моим губам, шее. Глаза у него тёмные, в них горят яркие отсветы, губы чуть приоткрыты. А у меня быстрее стучит сердце, да и у Сарана тоже – сердца бьются в унисон.

– Да, – шепчу я. – И судя по всему – не только котики вроде попавшегося мне, а кто-то посерьёзнее.

– И где этот котодемон?

– Подозреваю, что сбежал… Впрочем, он может задержаться у Шурна.

Саран не хочет никуда идти, не хочет никого видеть, кроме меня, и с превеликим удовольствием выкинул бы Семиглазку из нашего ледяного убежища.

Но он понимает, что иногда нужно противостоять желаниям и делать то, что надо.

Он вздыхает:

– Скоро у меня будет своё призванное оружие, и опыт работы с ним поможет разобраться с твоей проблемой.

«Я не проблема! – взвизгивает Семиглазка. – И вы все так плохо со мной обращаетесь, потому что я недостаточно красивая! А по внешности судить нельзя!»

А ведь я забыла, какая она бывает невыносимая! Если встретим Повелителя, спрошу, как он её затыкал.

Саран придвигается вплотную ко мне, его дыхание ласкает лицо, он прижимается лбом к моему лбу.

– Мы одно целое, – шепчет Саран, – мы никогда с тобой не расстанемся. И хотя завтра я должен ненадолго пойти в Академию, даже на расстоянии от тебя я буду с тобой, мы будем слышать мысли друг друга. Мы вместе навсегда. Представляешь?

И верю, и до сих пор поверить не могу.

Нам обоим хочется остаться здесь, мне – улечься калачиком под его крылом, Сарану – укрыть меня крылом. Удивительная общность чувств… но Повелителя надо поискать.

Саран позволяет снежному куполу распасться, поднимается и протягивает мне руку. Взяв недовольно бурчащую Семиглазку, я принимаю его помощь.

Летать ещё не умею, учиться делать это среди деревьев – глупо, а координат дома Шурна Саран не знает, так что мы идём пешком, и снег выстраивается под нашими ногами твёрдой, сверкающей в лунном свете тропой. Тихо покачиваются деревья, бушующая снежная буря почтительно перед нами расступается.