Попаданка ледяного дракона 2

Продолжение 22.02

***

Убить дракона – сколько Мэлар грезил об этом, и вот он стоит у сокровищницы, собираясь осуществить давнюю мечту.

Массивные створки разумной преграды отделяют его от встречи с жертвой. Свет магических сфер играет на выпуклостях рельефа в виде драконьей морды. Мало кто способен открыть эти волшебные двери насильно.

Мэлар касается тёплого, словно живого металла.

Рельефный дракон открывает глаза:

– Ну что за придурок притащился ночью? Неприёмное время! – Дверной дракон морщит нос.

Разумная вещь проще, чем живое существо, главная её защита – в неумении большинства менталистов работать с такими конструктами.

– Понимаю, ты блондин, и это сказывается на интеллекте, – ворчит дверь, не подозревая, что враждебный разум вгрызается в её сознание, – но фразу «неприёмное время» должен понять даже идиот.

«Идиотская дверь, – мысленно усмехается Мэлар. – Даже не понимает, насколько странно появление здесь постороннего для Академии существа ночью… Или дверь привыкла к таким визитёрам?»

О ректоре ходят самые разные слухи. И такие, будто он знает слишком многого секретов Ордена. А раз его велели убрать, несмотря на то, что он не идёт на имперскую свадьбу, в этих слухах есть доля истины.

Мэлар отбрасывает эти мысли, как несущественные.

Мир отступает.

Сейчас есть только Мэлар и неживая сущность, заточённая в огромных створках, растянувшая свои щупальца-сети по периметру огромной сокровищницы в самом сердце Академии.

Две воли сталкиваются. В своей победе Мэлар не сомневается ни секунды: он больше, сложнее, точнее. Он – цунами с интеллектом. И хотя у стража сокровищницы нет слабостей, нет настоящих эмоций, через которые можно расшатать сознание и пробиться внутрь, это конструкт. Всего лишь искусственный конструкт. Никсэ умеют с ними работать, и пусть отец не успел передать Мэлару всех семейных секретов, его умения в этой сфере побольше, чем у остальных менталистов.

– Нельзя… входить… нельзя, – наждаком по металлу скрипит голос прогибающегося под давлением Мэлара конструкта.

Мэлар уже чувствует его весь.

Сливается с ним.

Меняет.

Дрожь пробегает по створкам, искажая изображённого на них дракона – он будто корчится в муках.

– Проходите… господин, – дрогнув, створки раскрываются.

Сокровищница Дегона. Святая святых. Мэлар без малейшего трепета заходит внутрь, ступает по рассыпанным на полу золотым монетам – этой любимой драконьей подстилке.

Золото. Золото. Золото. Клавесин в углу. Пустые полки.

Драгоценная подстилка на месте. Но самого ценного – коллекции дракона и его личных вещей – нет.

Сердце Мэлара который раз колет дурное предчувствие, и сейчас оно в тысячу раз сильнее предыдущих.

Драконы не переносят свои сокровища без веских на то причин.

Неужели Дегон правда что-то знает о планах Ордена?

***

Тачка – лучший друг дачника и похитителя сокровищ. Из всех вариантов (ледяные големы с их заплетающимися ногами, из-за чего возникает тряска, которая может повредить чайникам; ручной вынос, который слишком долгий; вынос драконом, который слишком масштабен, чтобы поместиться в коридорах) они подходят нам больше всего, и Саран, в своё время выслушав это предложение, даже гением меня назвал.

Теперь мы с двумя ледяными тачками, загруженными чайниками (шутка в том, что примораживать к дну чайники тоже нельзя, ибо мало ли что, а они сокровища), идём по коридорам мимо изображающих истуканов охранников.

Лишь общность чувств, позволяющая осознать всю трепетность привязанности Сарана к этим обыденным на первый взгляд предметам, помогает мне бороться с хохотом.

Я серьёзна. Серьёзна как никогда. Вывожу из сокровищницы, забитой золотом и колёсами, чайники. Самые обычные чайники.

Серьёзной надо быть даже внутри – иначе Саран почувствует.

«С кем я связалась, – причитает Семиглазка. – Хоть бы кило золота прихватили. Но нет, чайники вам подавай! Хоть бы полкило золотишка! Никакой хозяйственности!»

Не ржать. Только не ржать.

У стражников крайне серьёзные лица. На чайники они принципиально не смотрят.

А Саран так мило радуется. Внешне – холоден, как лёд, а внутри чуть не поёт. Дракон.

Теперь, когда причина нашего визита в озаранский дворец очевидна, вероятность нападения охраны крайне мала: мы не угрожаем безопасности отсутствующего владельца замка, а в Эёране мало идиотов, способных встать между драконом и его сокровищем.

Особенности тачек приходится учитывать, поэтому из сокровищницы мы идём не в тайные переходы, а в сверкающий ледяными узорами центральный коридор, минуем огромный величественный холл с арками и колоннами, а когда массивные створки больше похожих на ворота дверей отворяются, выдвигаемся на широкое крыльцо главного входа.