Попаданка ледяного дракона 2

Продолжение 11.01 (2)

Кажется, что он притворяется – слишком уж громко храпит. Кажется, он сейчас откроет абсолютно чёрные глаза и бросится на меня. И если он дёрнется, если попробует остановить – я рубану его косой, я буду драться до последнего и на всё плевать!

Стиснутые на Семиглазке пальцы ломит от того, с какой силой я её сжимаю. Страх пробирается в нервы, наполняет мышцы тяжестью, но я продолжаю отступать, а тело немеет от напряжения.

Всё дальше и дальше от демонокота, всё ближе к тёмным шелестящим деревьям. Надеюсь, подол платья не развяжется, надеюсь, под ногой не хрустнет какая-нибудь не вовремя подвернувшаяся веточка.

Но мох мягкий, и попадающиеся веточки разлетаются в труху.

Кроны деревьев загораживают алеющее надо мной полотно неба. Я крепче сжимаю Семиглазку, надеясь унять дрожь пальцев, стараясь не думать о том, что дорогу к дому Лаэра надо ещё как-то найти. Храп Повелителя теперь почти не слышен, поют птицы.

Мне бы и дальше красться осторожно, но я… я бросаюсь прочь, не разбирая дороги, помахивая Семиглазкой. Я бегу, и деревья с кустами проносятся мимо. Бегу, и воздух обжигает лёгкие. Бегу, и в одеревеневших от страха мышцах обжигающе разгоняется кровь. Я бегу, и даже если за мной гонятся, я не слышу этого за бешеным рёвом сердца в ушах…

Леса Нарнбурнского округа

Марабелл жадно вдыхает свежий утренний воздух и встряхивает головой. Тревожно оглядывается по сторонам.

Бледный хмурый Мэлар, прислонившись к шершавому стволу, наблюдает за ней, но искоса поглядывает на руку, в которой ощущает отголосок магии от статуи дракона.

«Что бы это могло значить? Неужели кто-то из моего рода создал этих стражей, – он сжимает руку в кулак. – Такой расклад не удивителен: люди всегда с мерзостной готовностью служили драконам и работали им во славу».

Его губы презрительно кривятся. Марабелл замечает это и резко произносит:

– И не смотри на меня так! Я не по своей воле потеряла след, здесь всё смердит от магии вестников.

Мэлар вскидывает голову:

– Хочешь сказать, кто-то из Ордена послал за Виторией вестников?

– Нет, я говорю лишь то, что её след перекрыт незнакомым запахом, и отголоски магии вестников намекают, что твоя строптивая дочурка бежит отсюда в компании одной или нескольких из этих мерзостных тварей.

– Не называй их так, – требует Мэлар и задумчиво застывает.

Свет восходящего солнца оттеняет его красивое даже в усталости лицо, и Марабелл исподволь любуется им. «Как жаль, что нам не по пути», – она облизывает губы, вспоминая сладкий сильный вкус его крови, и её взгляд плывёт от желания.

Мэлар со всей силы ударяет кулаком по дереву, то трескается, обиженно гудит, пока Мэлар нецензурно выражается про себя.

«Кто-то из Ордена сцапал её, – он снова, но слабее, ударяет по дереву. – Халанхар? Или ещё кто-нибудь позарился?.. Придётся возвращаться».

– Прощай. – Он выпрямляется, и его окутывает вихрь из молочного тумана, а когда развеивается, Мэлара уже нет, только мох выпрямляется, стирая углубления его следов.

От неожиданности Марабелл не успевает ничего сказать, даже моргнуть не успевает.

– Вот гад, – качает она головой и снова принюхивается.

С одной стороны ей хочется последовать за Виторией и напиться её крови. С другой – Марабелл совсем не хочет ввязываться в дела Культа-Ордена больше, чем Неспящим уже пришлось ввязаться.

Разрушенный дом некроманта Лаэра

Снег сравнял руины дома с сугробами. В свете восходящего солнца снежный покров отливает лиловым, а тени насыщены фиолетово-синим. Сейчас это место ничем не отличается от сотен подобных полей среди заснеженных перелесков, но Саран безошибочно чувствует – это то самое место.

Сделав несколько кругов и убедившись, что никто его не выслеживает, Саран приземляется в снег, нащупывает камни разрушенного дома и засовывает нос под ледяную корку, надеясь уловить запах Витории, запах их уютного ненадёжного гнёздышка, но мороз выжрал всё, не оставил ему следов.

Раскинув крылья, Саран распластывается на руинах и прикрывает глаза. Через несколько мгновений его белоснежная шкура абсолютно сливается со снегом по цвету и текстуре, так что вместо почти ровного поля получается поле с холмиком.

Саран не двигается. И мало кто из эёранцев способен заметить его в таком замаскированном состоянии, если только не наступит на него случайно. Саран почти не дышит, но он слушает, он растворяется в пространстве и ждёт свою пару, малейший признак её близости, чтобы сразу же броситься навстречу.