Попаданка массового раздражения, или Случайная невеста

Глава 8

— Вас, девушек, вообще не понять! — вещал принц, который сидел рядом со мной, лежащей на подушках в тугих кольцах питона. — Одни по мою холостую душу со всей страны едут, надеясь предложение руки и сердца получить, а эта в ответ на такое предложение — вазой по голове!

Его недавно очнувшееся высочество вздохнул и, перевернув кинжальчик другой, более холодной, не нагретой стороной, приложил его рукоять к темечку, по которому ему от меня знатно прилетело.

— Ну, зато понятно, что про попаданку не соврала, — хмыкнул он. — Мало того, что вазой стукнула, еще и магией добавила. Никто из местных такой глупости бы не совершил!

— Целоваться со змеей никто из местных тоже бы не стал, — буркнула я, пытаясь повести плечами и устроиться поудобнее в кольцах огромного питона, как выяснилось, женского рода. С дуру, конечно, брякнула, разнервничалась просто, когда принц про магию сказал. Подушки, которые мне под спину принц насовал, чтобы полулежачее положение придать, поехали вниз, и я вместе с ними. Неудобно было — жуть!

— Что?! — взвился неожиданно принц, а питон, то есть питониха (если можно, конечно, так ее называть), стиснула меня сильнее. — Ты видела, как я…

Его высочество осекся и так на меня посмотрел, что сразу стало ясно: придумывает казнь поизощреннее.

— Ну я ж… Эхм… — выдохнула, постанывая от того, какими крепкими стали змеиные «объятия». — Не слепая…

— Ты никому не скажешь! — с придыханием и угрозой потребовал Эрих, приближаясь ко мне.

И я почувствовала, что хоть и случайно, но наткнулась на какое-то слабое место его высочества. Если правильно поняла из непродолжительного общения с местными, змеи у них тут не в почете. И это еще мягко сказать. А наследник престола при этом себе не просто ползучего питомца завел, а чуть ли не под хвост… Хотя питон весь в некотором смысле один большой хвост… Эм, ну в место произведения дефекации его целует. Нехорошо получается для имиджа королевской семьи. А возможно, это только вершина айсберга, и что там под толщей воды местных традиций, я и не знаю.

— Если останусь няней этой чудесной зверюшки, то, конечно, не скажу никому. Мне вообще никакого дела не будет до того, в какие игры с ней хозяин играет, — закинула я удочку.

— Хочешь остаться на должности? — кажется, его величество удивился.

— А что? Поползушка мне даже нравится, — фыркнула я. — Когда не пытается меня придушить, естественно. Жалование прекрасное. Жилье опять же… А я ведь, как мы уже выяснили, попаданка. Так что…

Правда, ведь хороший для меня вариант? А то бабуся эта странная, с ее храмом полуразвалившимся, и камнем, к телу приросшим, как-то доверия не вызывают. Надо хвататься за любой имеющийся вариант. Меня сюда призрачная, конечно, отправила, но вряд ли она предполагала, что я застану наследника престола за чем-то непотребным.

— Хм… — Эрих задумчиво постучал себя кончиком кинжала по подбородку. — Пожалуй, я могу позволить тебе сохранить эту должность, если…

— Если что? — уточнила я, ощущая, как Поползушка ослабляет хватку. Блаженство просто!

— Если согласишься стать моей невестой, — как ни в чем не бывало заявил принц, и огромная змея тут же снова сдавила меня, и голову подняла, к его высочеству потянулась, угрожающе раскрывая пасть. Насколько я помню, питоны не кусаются, а значит, она явно угрожала проглотить его целиком. Н-да, страшновато!

— Фиктивной, разумеется! — это Эрих заявил, глядя не на меня, а на змею. — А то этот отбор, эти претендентки, их родственнички со всех сторон. Сил нет! А так скажу, что сражен тобой в самое сердце. Хоть на время отстанут. Мне именно оно и нужно — время…

Поползушка пасть закрыла, голову опять ближе к моему плечу подтянула, кончик хвоста под нее подложила и глянула на меня, будто бы спрашивая: «Ну и как выкручиваться будешь?» А в том, что мне надо выкручиваться, я даже не сомневалась. Если уж принцу в печень все эти девицы и их родня влезли, то меня они вообще со свету сживут. Еще бы! Появлюсь я вся такая ничейная, его высочества сердце похитившая. Невестушка!

Но главное даже не это! Главное было то, что я прямо сейчас в тесных объятьях очень сильной и явно крайне недовольной тем, что я могу называться невестой его высочества, находилась. Ка-а-а-к стиснет меня, так и дух вон!

— Э нет! — отрицательно мотнула я головой. — Я пожить еще хочу! Отравят меня ваши придворные, чтобы место в вашем сердце освободить.

— Не отравят, — сообщил принц. — Во-первых, не посмеют. А во-вторых, понимать будут, что я тогда безутешным холостяком до конца дней прикидываться смогу. А они замуж за меня дочерей выдать хотят. Не выгодно им…

— Все равно вынуждена отказать!

— А я настаиваю!

— А я отказываюсь!

— А я снова настаиваю! Мне очень невеста ничейная на время нужна. И ты, попаданка, подходишь!

— Не подхожу, не-а! — выдала я, чувствуя, что медленно, осторожно, но снова Поползушка начинает тиски свои сжимать на моем тельце-то. — И на фиктивные отношения вообще не согласна. Это против моих принципов!

— Я ведь и разгневаться могу, и голову твою с плеч приказать снять! — принц прищурился хищно, как кот, который мышь в угол загнал.

А я голову на грудь уронила, понимая, что крыть-то мне нечем, и ситуация безвыходная: соглашусь — Поползушка из ревности (кто бы подумал, что змеи ревновать умеют!) задушит, откажусь — принц казнить прикажет. Что делать-то, ума приложить не могла!