Попаданка мечты, или Добро пожаловать в академию

Глава 17

Я попросила Ригамеля вернуться в академию без меня, а сама направилась одна к городскому озеру. Вокруг стояла безмятежная тишина, нарушаемая лишь легким плеском воды и редким чириканьем ночных птиц. Это было место, куда редко заглядывали люди. Слишком далеко от шумных улиц, слишком мало развлечений, слишком много каракатиц на квадратный метр воды.

— Ну же, — голос сорвался на шепот, став частью ночи. Я пыталась осторожно отцепить цепкие коготки от ткани платья, но зверек лишь фыркнул, его пернатые зачатки крыльев нервно вздрагивали. — Ты же умнее, чем выглядишь, да? Всего на ночь. Видишь дупло? Там будет безопасно.

В его взгляде, устремленном на меня, читался немой укор такой силы, что у меня внутри все оборвалось. Будто я совершаю предательство.

— Не смотри на меня так, — я провела пальцем по его полосатой спинке, чувствуя подушечками пальцев частое, испуганное сердцебиение. — Они придут завтра. Если найдут тебя со мной, то нам обоим конец.

Он издал короткий, жалобный звук, но сила, с которой он держался, ослабла. Он сполз на мою ладонь, тяжело вздохнул и кивнул, будто и вправду все понимал.

— Я оставлю тебе еду, — пообещала я, выкладывая на плоский камень заветный сверток. — И вернусь. Обещаю.

Нео нехотя обнюхал «угощение», затем поднял на меня взгляд, полный такого трагизма, будто я предлагала ему не кусок мяса, а яд.

— О, великие небеса, да перестань ты! — я прикрыла лицо руками, не в силах вынести этот спектакл. — Это не прощание навек!

Ответом стало театральное фырканье. Он развернулся, демонстративно уткнулся мордочкой в лапки и замер, изображая смертельную обиду.

— Настоящий артист, — выдохнула я, но комок в горле был настоящим.

Я уже сделала шаг назад, готовая раствориться в темноте, как вдруг…

— Полагаю, это и есть причина сегодняшнего переполоха в городе? — Голос возник из ничего, низкий, с бархатной хрипотцой, которая впивалась в самое нутро.

Медленно, будто преодолевая невероятное сопротивление, я обернулась. Ректор стоял в двух шагах, возникнув словно порождение самой ночи. Его руки скрещены на груди. Рукава просторной рубашки закатана до локтей, открывая сильные предплечья.

— Э-э-э… — выдавила я, чувствуя, как неожиданный румянец заливает щеки.

Нео, предатель, тут же юркнул мне за спину, оставив один на один с этим ректором.

— Вы... что вы здесь делаете? — голос звучал чужим и слабым.

— Я задаю вопросы здесь, — он наклонил голову, и прядь волос упала ему на лоб, делая образ неприлично привлекательным. — Но, так и быть, отвечу. Я часто гуляю здесь по вечерам. А вот ваше присутствие куда более загадочно.

— Я… просто… люблю озера! — выпалила я, тут же пожалев о своей глупости.

— Это я заметил, — он громко усмехнулся. — Но прятать животных, которых разыскивает королевская стража… это уже не просто любовь к природе. Это вызов.

— Он не опасен, — я подняла подбородок, стараясь не смотреть ему в глаза. — И не виноват, что его хотят убить.

Ректор поднял бровь, изучая меня так пристально, будто пытался разгадать сложную загадку.

— Я в этом не сомневаюсь. Но вот вопрос: почему из всех людей в городе именно вы нашли его и теперь пытаетесь спрятать?

Я сжала кулаки.

— Потому что другие убьют, — выдохнула я, и гнев придал словам твердости. — А я — нет.

Он вздохнул, и в этом звуке вдруг послышалась тень чего-то, что могло бы сойти за понимание.

— Вы осознаете, что потакание этому порыву может стоить вам места в академии?

— Да.

— И это вас не останавливает?

— Нет.

Его губы дрогнули.

— Вы — самая несносная адептка за всю историю академии.

— Спасибо! — с гордостью ответила я.

— Это не было комплиментом.

— А я все равно польщена.

Он покачал головой, но вновь улыбнулся.

— Вы всерьез полагаете, что сможете пронести его мимо проверки прямиком в академию?

— Да, — я ответила без раздумья. — У меня есть план.

— Конечно, — согласился ректор. — И он, несомненно, так же продуман, как и ваше решение спасти это существо.

Я надула щеки.

— Вы смеетесь надо мной?

— Нет. Я пытаюсь понять источник этой… безрассудной уверенности.

И снова пауза. Только вода плескалась у наших ног. Нео, наконец, высунул мордочку и осторожно обнюхал воздух.

— Вы только посмотрите на него! Разве он не заслуживает жизни?

Я подхватила Нео на руки и раскрыла ладони перед носом ректора. Де-Раш замер, его глаза расширились.

— Он… меньше, чем я ожидал, — произнес он, и в его обычно твердом голосе прозвучали странные, глубокие ноты.

— Он всего лишь детеныш, — я провела пальцем по шерстке. — И он боится.

Неожиданно он протянул руку — медленно, давая возможность отпрянуть. Длинные пальцы замерли в сантиметре от Нео.

— Можно? — он спросил тихо, с непривычной осторожностью.

Я лишь кивнула, затаив дыхание. Его прикосновение было удивительно нежным. Нео напрягся, затем издал тихое урчание.

— Вы творите чудеса, — он сказал так тихо, что я едва расслышала. — Способны разжалобить даже меня.

— Это наконец-то комплимент? — я почувствовала, как учащенно забилось сердце.

— Наблюдение, — он отдернул руку, но взгляд его все еще скользил по зверьку, а затем поднялся на меня. — Вы оставляете его здесь?

— У меня нет иного выбора, — я развела руками. — Теперь вы намерены его забрать?

— Нет.

— И не скажете никому?

— Нет, — вновь повторил он.

Я выдохнула с облегчением.

— Спасибо.

— Не за что.

— Нет, спасибо не только за это. Еще за второе испытание. За то, что поделились силой. Я… так и не поблагодарила вас тогда.

Он замер.

— Вам не нужно меня благодарить.

— Но я хочу! — я порылась в карманах. — У меня есть… э-э-э…

Что у меня есть?!

— …печенье! — я торжественно протянула смятый пакетик.

Ректор посмотрел на него так, будто я предложила ему отраву.